Нам жизненно необходим этот финт, чтобы привлечь их внимание сюда и связать их боем. Делать это нужно немедленно, чтобы они начали концентрировать свои силы именно на этом направлении.
— Как это не прискорбно, Убийца Богов, но он прав, — вдруг подала голос Аллейда, переглянувшись с Мог-Лар и Иварой, когда пауза затянулась. — Такой шаг будет хорошим подспорьем для нас.
— Я и сам это понимаю, но нужно нечто действенное, — задумчиво пробормотал хранитель, неторопливо оборачиваясь к страннице. — Нужно нечто…
Вот только уже в следующее мгновение мужчина резко осёкся и весьма быстро начал оглядываться по сторонам, словно в поисках чего-то или же кого-то. И не найдя искомого, стремительно повернулся к остальным.
— Погодите-ка, — прошептал тихо он себе под нос, — а где… Где Зеантар?
Однако слишком долго размышлять над данным вопросом ему не дали, потому как в этот самый момент в штаб ворвался один из дозорных, который ошарашил всех собравшихся следующим заявлением.
— Ваше высочество! — выпрямился тот по стойке смирно, обращаясь к посерьёзневшему Романову. — Разведка доложила, что видела красный проблеск, который преодолел защитные барьеры и направился в сторону акватории напротив, — а затем, опасливо сглотнув, воитель внезапно поинтересовался. — Это же… это же князь Лазарев, да?..
Глава 21
Демонстрация, провокация и начало войны за выживание…
— Это же… Эт… то же князь Лазарев, да?..
— Что? Князь Лазарев? — выпалил напряженно Романов, не веря в услышанное. — Куда он помчался? Живо повтори!
— Акватория… ваше высочество, — сбивчиво проговорил посыльный, чувствуя себя неуютно под напором венценосной особы. — По данным разведки он направился в акваторию напротив. Прямо… прямо в сторону Японской Империи.
На несколько вдохов в помещении возникла выжидательная пауза, которая за мгновение преобразилась в нарастающее оживление. Десятки разумных начали с непониманием переглядываться между собой, но уже секунду спустя раздался задумчивый мужской баритон, который и стал центром внимания.
— Шорох… Навести шороху…
Складывалось впечатление, что картар разговаривал в этот момент сам с собой. Однако голос хоть и звучал тихо, но услышали его все, кто находился в ставке командования.
— Навести шороху, — вновь повторил мироходец те же слова под нос, но пяток секунд спустя глаза его неосознанно расширились и тот вспомнил свою прошлую беседу с реанорцем в усадьбе, отчего не на шутку переполошился. — Неужели еще тогда… Стоп! Погодите-ка! Мать моя Алина Федоровна! — выпалил нервно он, а его взор устремился к выходу. — Быть такого не может! Он… он знал! Он догадывался, что придётся поступить именно таким образом. ЧТОБ МНЕ ПРОВАЛИТЬСЯ! — воскликнул громко Пал, а сердце его застучало быстро-быстро.
Драгун уже намеревался рвануть наружу, но его остановил взволнованный голос Романова.
— Хранитель, что задумал Захар? — взволнованно спросил цесаревич.
— До конца не знаю, но это похоже на нечто масштабное, — скороговоркой изрёк Паллад, направляясь стремительными шагами к выходу.
— Так седовласый, с которым ты стоял рядом, тот самый о ком ты рассказывал ранее? — искоса взглянув на других небожителей, с улыбкой в голосе полюбопытствовал Хамус.
Вот только каким бы веселым ни казался мужчина, его глаза в этот самый момент выглядели серьезнее некуда.
Тем не менее, хранитель Орсилая словно и не заметил данного высказывания и пропустил его мимо ушей, а ответ на прозвучавший вопрос последовал от той, от кого этого совсем не ждали, да и сама женщина быстро устремилась в сторону выхода.
— Боюсь, вы себе плохо представляете, на что способен этот так называемый «седовласый», — тихо отчеканила Аллейда. Говорившая хоть и двигалась плавно к выходу, но её посланник почему-то едва за ней поспевал. — О его деяниях я знаю не понаслышке.
Слова хранительницы Мерраввина в нынешних реалиях подействовали лучше всякого бодрящего тоника, потому как уже вдох спустя лавина людей, архидемонов и небожителей со своими подчиненными на всей скорости рванули следом за картаром и странницей Астрала.
Толпа разумных и высших существ всего за несколько мгновений добралась до наивысшей береговой точки посёлка Преображение. Столпившись у самого её обрыва или же при помощи магии воспарив в небеса, они во все глаза наблюдали за тем, что творилось на территории акватории, ведь в этот самый миг прибрежная линия в паре-тройке десятков километров от её начала окрасилась в цвета алой молнии и с каждым мгновением выплеск силы только увеличивался и разрастался на глазах, приобретая при этом три различных оттенка энергетической мощи.
От увиденного глаза Ростислава Романова внезапно расширились, а внутри нечто ухнуло куда-то вниз. Потому как Палач Российской Империи в этот самый момент без какого-либо сокрытия воочию демонстрировал десяткам, если не сотням тысяч разумных предел своих способностей. И судя по реакции окружающих и тех, кто знал о прошлом Зеантара, не один он был шокирован подобным.
Цесаревич неосознанно совершил движение вперед, словно пытался остановить друга, но идти дальше было попросту некуда. В последний миг чья-то крепкая хватка вцепилась ему в плечо. Он успел лишь услышать отчетливый звук раскрывающихся крыльев, а затем Романов и сам не понял, как оказался высоко в воздухе, стоя рядом с хранителем Орсилай, который подобно ему немигающим взором наблюдал за происходящим.
Правда, следом за мироходцем в небо воспарили все, кто мог это сделать, включая его избранниц. Толпа разумных в гробовой тишине стала наблюдать за выплеском силы Жнеца Бездны.
И чем дольше Ростислав наблюдал за деяниями князя Лазарева, тем всё быстрее и сильнее одолевало его нарастающее ошеломление, потому как на глазах у сотен тысяч душ, что собрались по всей береговой линии, последний реанорец творил то, что считалось невозможным для обычного человека.
Наряду со свирепствующей стихией молнии начала сгущаться еще одна стихия, которая была темнее самого непроглядного мрака. Мощь явившей себя тьмы нельзя спутать ни с чем. Вот только шок цесаревича и тех, кто расположился на земле, стал еще больше, когда миру явилась еще одна, уже третья по счёту, сила. И глядя на неё Ростислав невольно сглотнул и поежился. Он чувствовал её. Даже в отдалении на десяток километров. Ведь ему, как никому другому она оказалась знакома. Подобной мощи он не ощущал даже от собственного отца. Князь Лазарев явил всем присутствующим могучую и грозную стихию льда.
— Глазам своим не верю… Я знал, что Зеантар силен, однако это… — прошептал растеряно уникум, но в голове у него тотчас зародилось страшное осознание. — Я не понимаю… Зачем? Зачем он продемонстрировал всем свои способности? Он ведь всеми силами пытался их скрыть? Я знаю, что мы все на краю гибели… И это правильно… Но…
Большинству смертных предстало как самое настоящее чудо, так и в то же время их сковал душераздирающий страх и изумление. Три литые стихии одновременно свирепствовали над акваторией Восточного моря.
Не прошло и пары вдохов, как те самые три могущественные силы начали сливаться воедино, образуя колоссальных размеров магическое копьё.
— Всё находится глубже, Ростислав, гораздо глубже, — пробормотал задумчиво картар, а последовавшие далее слова еще больше ошеломили Романова. — Да и на нашу удачу это не вся его сила. Далеко не вся…
Хранитель Орсилая и сам до конца не понимал столь опрометчивых действий реанорца. Но уже в следующее мгновение мироходец краем уха услышал нарастающий ликующий рёв под ногами. Взгляд его невольно обратился вниз на то самое огромное столпотворение объединенных армий, что скандировали всего несколько слов, которые превратились в боевой клич, и в глубине его глаз невольно вспыхнуло замешательство, которое сменилось ужасающей догадкой.
— Так вот, что ты задумал, мой реанорский друг…
* * *
Непрерывный ритм угасания… Предельный сдвиг…
Телепортация, как и всегда сработала моментально и безотказно. Вот я только что миновал главной вход в штаб командования со всеми его спорами и генеральскими обсуждениями, а минуту спустя уже нахожусь километрах в тридцати от суши.
Правда, как бы я ни старался, однако пара барьеров из-за моей спешки меня каким-то образом засекла. Но на это плевать. Теперь скрываться
