того одного, по счастью, сегодня был выходной.
Столик, за которым я так ничего и не съела, находился сбоку, и если ты входишь через главную дверь, твой взгляд падает на него не в первую очередь, так что когда они меня заметили и только начали наводить на меня свои бортовые орудия, я уже была готова открыть огонь. На этот раз никакие моральные терзания меня не мучали, и это было так же просто, как поражать мишени в тире.
А с мишенями в тире после тренировок с папой Бэзилом у меня вообще никаких проблем не возникало.
* * *
Я обыскала агента Смита и изъяла из его карманов две запасные обоймы (одну тут же вставила в пистолет, потому что незаряженный пистолет полезен примерно так же, как и хрустальный молоток), ключи от машины и бумажник (если уж начала мародерить, то зачем останавливаться?)
На улице перед рестораном стояли две гангстерские машины и только один гангстер, которого оставили их сторожить. Он нервничал и курил, и смотрел на дверь, и в руке у него был пистолет, и поскольку моя кавалерия так и не прибыла, я застрелила его сама, потому что он стоял между мной и «приусом», на котором я собиралась отвалить.
Парень явно не ожидал, что из дверей вывалиться залитая кровью женщина в драном платье и с дорогущим (нет, я никак не могу это пережить) пистолетом в руке, и на лице его появилось удивление, словно ему явилась Годзилла с напомаженными губами и розовым бантиком на хвосте.
Впрочем, удивление его длилось недолго. Я выстрелила дважды, целясь куда-то в середину корпуса, и когда он упал, я не стала проверять, как он и спрашивать о его самочувствии.
«Приус» приветливо распахнул двери, стоило мне поднести ключ на несколько шагов, я плюхнулась за руль, бросила пистолет на пассажирское сиденье и стартовала с места с пробуксовкой и визгом шин, прямо как я люблю.
Я проехала целых полтора квартала, прежде чем мне навстречу промчалась кавалькада из трех удлиненных черных «эскалейдов» ТАКСа.
* * *
Покинув пределы Маленькой Италии, я припарковала «тойоту» на обочине, оторвала рукав от жакета и плотно перевязала шею. Потому что царапина царапиной, а кровь все еще идет и такие ранения вообще непредсказуемы.
И только сейчас я сообразила, что ехать-то мне и некуда.
Мои пистолет, документы, ключи от квартиры и телефон заперты в машине, а ключи от машины и всю мою одежду я последний раз видела в салоне красоты, куда меня притащил агент Смит, и даже если мое добро до сих пор там, то в столь позднее время салон, скорее всего, закрыт.
В шее пулевое, на бедре ожог, вдобавок, когда я выбиралась из зала, перешагивая через итальянские трупы в хорошо пошитых костюмах, я умудрилась наступить на какой-то кусок чего-то, довольно острый, и теперь у меня болела и кровоточила левая ступня. Мне определённо надо было к врачу, но в больницу, положенную мне по полицейской страховке, я обратиться не могла. Потому что там непременно спросят, что со мной случилось и как я умудрилась заполучить все эти прелести даже не на дежурстве, и что мне им говорить?
Впрочем, в любую официальную клинику мне тоже нельзя, потому что у меня огнестрел, а они обязаны о таком сообщать, даже в том случае, если я сама из полиции.
У ТАКС наверняка должен быть свой лазарет, ведь не всегда их агентов валят сразу наглухо, как Смита или ребят из взорванного фургона, но после того, что произошло сегодняшним вечером, я не горела желанием продолжать наше с агентством общение. По крайней мере, не прямо сейчас.
В «приусе» наверняка стоял их маячок, и по-хорошему от машины следовало бы избавиться, но ходить пешком, да еще и без обуви, я была не готова, а навыки по угону современных транспортных средств в списке умений моего персонажа, к сожалению, отсутствовали. Поэтому я решила сделать ставку на скорость и доехать туда, куда мне надо, пока ребята из «эскалейдов» будут заняты инвентаризацией мертвых тел.
Сама я насчитала десять, и пять из них можно было записать на мой счет. А ведь если бы Вито Дженовезе согласился погулять со мной по ночным улицам, всего этого можно было бы избежать.
Приняв решение, я вывернула руль, выезжая с парковки, но, разумеется, забыла посмотреть в зеркало, так как голова моя была забита совершенно другими вещами, и переднее крыло «приуса» тут же притер какой-то ковбой на «додже». И там было-то всего две царапины на «кенгурятнике», но возбудился он так, словно кузов под замену. Я давно заметила, что на пикапах в Городе ездят в основном неадекваты.
Он выскочил из машины, размахивая руками, пнул колесо «тойоты» железным носком своего кожаного сапога, и, увидев за рулем женщину, сходу обозвал меня тупой овцой. В чем-то я с ним была даже согласна, и отрицать свою вину в аварии я не собиралась, но зачем сразу грубить-то?
Он подошел ближе и я опустила водительское стекло. А ты должен понимать, что выглядела я, как жертва вампира, которая каким-то чудом не только выжила после укуса, но и умудрилась забить кровососа голыми руками.
А на соседнем сиденье у меня лежал пистолет.
К чести этого парня могу сказать, что он сделал всего лишь один шаг назад, перестал бухтеть и поинтересовался, все ли у меня в порядке.
— Нет, — сказала я.
— Я вызову «скорую», — предложил он.
Это было так себе предложение, до больницы я могу добраться и сама, силы на это еще оставались. Но у него была машина, и если я уеду отсюда на ней, то смогу избавиться от «приуса», местонахождение которого может отследить ТАКС. Конечно, если они всерьез возьмутся за мои поиски, это поможет мне выиграть всего пару часов, да и вообще это игра в одни ворота, потому что я не собираюсь пускаться в бега, но мне нужно было какое-то время, чтобы привести мысли в порядок.
И не только мысли, к сожалению.
Пока я придумывала новый план, ковбой снова предложил вызвать мне «скорую» и даже полез в карман за телефоном.
— Не надо, — попросила я. — Лучше отвезите меня к ветеринару.
Глава 21
Ситуация с моим предполагаемым сюжетом так ни черта и не прояснилась.
С одной стороны, меня подстрелили, и это могло свидетельствовать о том факте, что никакой сюжетной брони у меня нет. С другой стороны, рана была не смертельная, и вполне допустимо,
