до Казани, Ибрагим взбеленился пуще прежнего. Как это, освободить всех рабов? А кто же будет трудиться на казанцев? И дерзкое русское войско поставило на уши всё ханство, уходило целым и невредимым! Мирный договор хан не утвердил. Вооружал кого мог, повелел во что бы то ни стало догнать и уничтожить воинов Беззубцева и Руно.
Они как раз остановились у Звеничева Бора, где год назад Ряполовский перерубил ханскую гвардию. Остановились отдохнуть, поставили палатку с походной церковью – помолиться, что война завершилась. И вдруг вся река покрылась казанскими лодками, по берегу их сопровождала конница. Воеводы не растерялись, скомандовали к бою. А ополченцы за время похода сработались. Мгновенно заняли места на вёслах. Русские лодки ринулись в атаку на вражеские. Схватились на воде, кололи друг друга копьями. Сходились бортами и рубились, опрокидывали лодки противника.
Казанцев обратили в бегство, преследовали. Но они отплыли к другому берегу, а там была их конница, полила наших ратников стрелами. Они тоже повернули назад, к своему лагерю. Тогда казанцы погнались за ними. Русские опять развернулись навстречу и отбросили их. Эти атаки туда-сюда продолжались целый день. Но врагов потрепали очень крепко, ночью они убрались. Рать Беззубцева и Руно поплыла дальше уже безо всяких приключений.
Северному отряду князя Ярославского, которого так и не дождались, пришлось гораздо хуже. Тысяча бойцов добралась только до Вятки. А лесная республика объявила: у неё с Ибрагимом уже мир, воевать она не будет и отряд через свою территорию не пропустит. Целый месяц воевода уговаривал вятских удальцов и их предводителей. Они собирались на вече, спорили. Наконец, согласились пропустить Ярославского и его ратников, но сами так и не пошли.
Отряд доплыл до ханства, и от жителей узнал, что война кончилась. Решили возвращаться домой самым коротким путём, по реке Каме. Но на них-то казанцы отыгрались. К тому войску, от которого отбились Беззубцев и Руно, добавились новые толпы. Перегородили реку ладьями, связав их между собой. И по берегам собрались тучи татар. Со всех сторон посыпались стрелы. Русские пошли на прорыв. Сумели захватить часть лодок, перекрывавших дорогу. Разрубили скрепляющие их канаты, приоткрыли коридор между ними. В него стали проскакивать наши лодки. Но спаслись лишь 300 человек. Ярославский и 700 ратников погибли.
А Иван Васильевич узнал, что подписанного договора казанцы не соблюдают, продолжаются бои. Но И откладывать новое наступление до следующего года он не стал. За зиму хан оправится от ударов, пополнит войска. Нет, дожимать врагов надо было сейчас, не давать передышки. В конце июля уставшие ратники Беззубцева и Руно вернулись к причалам Нижнего Новгорода, а их уже ждал приказ – не расходиться, в августе будет новый поход. И по всем городам великий князь уже созывал дополнительные отряды ополченцев. К концу лета стало ясно, что Ахмат не нападёт, и полки конницы с Оки тоже получили повеление идти в Нижний Новгород.
Стекались все силы Руси. Командовать государь назначил своих братьев, Юрия Дмитровского и Андрея Угличского. Но это специально, показать – вон какого высокого ранга воеводы! Значит, и рать у них несметная. На самом-то деле братья не слишком хорошо умели воевать. Зато помощниками у них были лучшие командиры Иван Патрикеев, Данила Холмский, Фёдор Хромой. По Волге двинулись флотилии лодок с пехотой. По берегу – лавина конницы, сверкая доспехами. Узнали в Вятке – спохватились, срочно пригнали послов, умоляли о прощении. Что ж, государь простил. Не хотел лишних проблем с буйной республикой. Но потребовал, пусть тоже шлёт ополчение.
А казанское-то войско совсем измочалили в прошлых боях. Ибрагим больше не посмел вывести его на битву, остановить русских. Созывал всех воинов в Казань, оборонять город. 1 сентября государевы полки подошли к ханской столице. Посады после нападения Руно так и лежали сгоревшие, грудами обломков и головёшек. Наши воины сразу заняли их, окружили крепость. А освобождённые рабы подсказали: – источники воды не внутри города, а за стенами, отсюда вода текла в Казань. Эти источники нашли, перекрыли и… всё. Крепость была переполнена сбежавшимися отовсюду татарами, а воды у них не стало. Застонали, завыли, как тут обороняться, если жажда мучит? Ибрагим выслал вельмож для переговоров. Ему назвали те же самые условия. Дать клятву никогда больше не задевать Русь и отпустить всех христиан, захваченных в плен за 40 лет. Деваться было уже некуда, хану пришлось согласиться.
Открылись ворота, из них хлынул поток невольников – женщин, мужчин, ребятишек. Они заливались слезами радости. Целовали руки и стремена воинов, славили своего освободителя, Ивана Васильевича. Не могли поверить, что отныне они будут слышать вокруг не татарскую, а родную речь. Видеть свою, русскую природу, родные избы. И никакой хозяин не будет ими помыкать, орать на них, наказывать. Они возвращались домой! Хотя у многих и домов-то не осталось, деревни сожгли при набегах. Другие так долго были в рабстве, что о них дома уже забыли. Освобождённые искали среди ратников земляков. Расспрашивали, пристраивались к ним, чтобы возвращаться вместе. А тех, кому некуда идти, встречали чиновники государя. Звали поселиться в его сёлах. Обещали льготы, освобождение от податей, помощь на первое время – избу поставить, хозяйством обзавестись. А что ещё нужно? Для русских вся Русь становилась общим большим домом.
Пушка XV века
Русские воины на лодках
Глава 17
Как новгородские бояре предавали Русь
Новгородское вече
Из всех княжеств и земель Руси Новгородская республика была самой обширной и богатой. Ей принадлежали другие города – Торжок, Порхов, Старая Русса, Ладога, Орешек, Холмогоры, области на Неве, на Ладожском и Онежском озёрах, на Северной Двине и Белом море, весь Русский Север до Урала. Хотя жители всех этих мест никаких прав в республике не имели. Их города считались «пригородами» и должны были выполнять, что решат в Новгороде. Его так и называли – «Господин Великий Новгород».
С «пригородов» он собирал подати, с таёжных племён – дань драгоценными шкурками пушных зверей. Их и другую русскую продукцию продавали за границу, Новгород был крупным центром международной торговли. У чужеземных купцов здесь были собственные улицы, подворья. От этой торговли и всех подданных республика получала огромные прибыли. Но доставались они, конечно же, не всем новгородцам. Богатели бояре и крупные купцы, «золотые пояса». И управляли республикой далеко не все новгородцы. Только считалось, что на вече принимали общее решение. Рулили те же самые «золотые
