я смотрю на людей. Глядя на человека, я вижу: это сам Бог, ступающий по земле, покачиваясь, как лоскут на волнах1.
В другой раз, когда Рамакришна приблизился к статуе богини Кали, чтобы поклониться ей, кто-то произнес: «Я слышал, что это творение скульптора Набина». «Верно, – ответил мудрец, – но для меня она – воплощение самогó Духа»2.
Фактически религиозное переживание такого рода характерно не только для индуизма, но для всех религий, зародившихся западнее Ирана. Тот же смысл можно увидеть в буддийской мантре ОМ МАНИ ПАДМЕ ХУМ, «драгоценный камень в цветке лотоса». Драгоценный камень абсолютной реальности (нирваны) лежит в лотосе Вселенной.
Та же мысль в китайском «Дао Дэ Дзине»:
Приметы невидимого неисчислимы,рождение его беспричинно.Не имеет причины – не обладает именем.Называю глубочайшим корнем неба и земли.Подобно прозрачной вуали:поверхность ее бездонна, глубина ее имеет облик.И так без конца3.
Соответственно, предельная цель восточных культов – осознание тождественности верующего с этой реальностью, растворение индивидуальности в единстве всего сущего. В религиях Запада, напротив, поклоняются трансцендентному Богу, отличному от своего творения и пребывающему вне его. Подтверждение тому можно найти в Брихадараньяка-упанишаде:
И когда говорят: «Приноси жертву тому богу», «приноси жертву другому», то это лишь его творение, ибо он – все боги.
Поистине, в начале это было Брахманом. Он узнал себя: «Я есмь Брахман». Поэтому он стал всем [сущим]. И кто из богов пробудился [к этому знанию] тот стал таким же.
Так и поныне – кто знает: «Я есмь Брахман», тот становятся всем [сущим]. И даже боги не могут помешать ему в этом, ибо он становится их Атманом. Кто же почитает другое божество и говорит: «Оно – одно, а я – другое», тот не обладает знанием. Он – как [жертвенное] животное перед богами. Ведь, поистине, как многие животные приносят пользу человеку, так и каждый человек приносит пользу богам. Даже когда бывает взято одно животное, это причиняет неудовольствие, – чего же говорить о многих? Поэтому, им [богам] неприятно, когда люди знают это4.
Сравним с Книгой Бытия:
И сказал Господь Бог: вот, Адам стал как один из Нас, зная добро и зло; и теперь как бы не простер он руки своей, и не взял также от дерева жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно. И выслал его Господь Бог из сада Едемского, чтобы возделывать землю, из которой он взят. И изгнал Адама, и поставил на востоке у сада Едемского Херувима и пламенный меч обращающийся, чтобы охранять путь к дереву жизни5.
Путь к древу жизни и есть то, что у индусов называется марга («путь»), у китайцев – Дао, в дзэн-буддизме – мумонкан («застава без ворот»). А херувим, охраняющий вход в сад бессмертия с пламенным мечом в руках, похож на храмовых стражей, которые стоят на востоке у входа в любое святилище.
Мне навсегда врезалась в память фотография, увиденная в какой-то нью-йоркской газете. Дело было во времена Второй мировой войны. На фотографии были изображены два гигантских стража из храма Тодай-дзи в японском городе Наре: на лицах – свирепые гримасы, в руках – поднятые мечи. На изображении не было видно ни самого храма, ни благостного лика Будды, сидящего у дерева Бодхи. Только эти грозные херувимы в угрожающей позе, и подпись: «Вот каким богам поклоняются японцы».
Рис. 15. Конго-рикиси (санскр. ваджрапани, «громовержец»), гигантские стражи, размещенные по разные стороны портала Великих южных ворот перед Тодай-дзи, храмом Будды Махавайрочаны, «великого солнечного сияния». Нара, Япония. Дерево. Высота 8 м. 1203 г.
Но на самом-то деле все наоборот! Ведь это наш бог не пускает нас обратно в райский сад. В то время как на Востоке прижизненная цель каждого человека – пройти мимо стража и вкусить плод вечной жизни.
Религии отождествления
Назовем такой тип религиозного мироощущения «мифологическим отождествлением». И основная идея тут в том, что понятия абсолютной истины, энергии, реальности Вселенной лежат за пределами всякого определения, всякого представления, всякой категории, всякой мысли. Они – вне человеческого понимания. Поэтому неразумно поступает тот, кто, уподобляясь нашим богословам, начинает вопрошать: «Каков есть Бог? Справедливый? Милосердный? Гневливый? Какой народ он избрал: евреев, христиан, магометан?» Думать так – значит проецировать человеческие чувства и тревоги на нечто, находящееся за пределами исторического времени, что в корне не верно. Такой антропоморфизм не соответствует развитым религиям, так же, как и обычай наделять тем или иным полом тайный источник бытия. Ведь, как ни странно, именно то, что не поддается определению, не вписывается в рамки ни одной из категорий, не может быть названо, и есть та всеобъемлющая сущность, энергия, бытие всего сущего, включая нас самих. В этом и заключается глубинный смысл – будучи предельно трансцендентным любым рамкам и определениям, оно имманентно присутствует во всем, в каждом «драгоценном камне, лежащем в цветке лотоса».
В качестве примера возьмите первое, что попадется под руку, пепельницу или ручку, и, держа в руках, постарайтесь вглядеться в нее. Забудьте ее название, забудьте, для чего она предназначена и, продолжая глядеть, серьезно спросите: «Что это?» На одной из страниц «Улисса» Джеймс Джойс утверждает (и в этом – квинтэссенция его искусства): «Любой предмет, при напряженном его созерцании, может служить вратами вхождения в нетленный эон богов»6. Любой предмет, оторванный от своего назначения, освобожденный от системы обозначений начинает раскрывать нам тайну своего бытия, которая тождественна тайне бытия Вселенной. Одна фраза из великой книги «Мир как воля и представление» глубоко засела у меня в голове: «Каждый индивид, это – сполна вся воля к жизни»[46]. Как мне кажется, в ней Шопенгауэр сформулировал основную идею своей философии. А вот знаменитые слова славного мудреца Аруни к его сыну Шветакету: «И эта тонкая [сущность] – основа всего существующего, То – действительное, То – Атман. Ты – одно с Тем, Шветакету!»
Все восточные мудрецы единодушно заявляют, что «ты» в их учениях – не то же самое, что ты сам о себе думаешь. Ведь ты заключаешь себя в рамки пространства и времени, осознаешь себя частью мира преходящих вещей, имеешь имена, привязанности, воспринимаешь себя уникальной личностью. Медитация нети-нети (санскр. «ни то, ни то») существует для того, чтобы перестать воспринимать все предметы дискретно, как грани драгоценного камня реальности. «Я – это не мое тело, мои чувства, мои мысли, но продукт своего сознания». Все мы, подобно тому, как металлы притягиваются магнитом, а вода меняет свой уровень под действием Луны, каждой частичкой нашего существа движемся к более полному самосознанию. Вот что написал знаменитый физик Эрвин Шрёдингер в книге «Мой взгляд на мир»: «Но для того чтобы вообще мыслить одно тело выделенным среди всех остальных совокупностью своих характерных особенностей, нет оснований. Это было
