купальнике я или бюстгальтере? И этот план сработал. Теодор на долю секунды завис на этом зрелище, и я выиграла для себя время. Быстро натянув следующую толстовку, Тео остепенился, отставая от меня. Но продлилось это недолго. Пока я копошилась со штанами, Теодор уже напялил на себя толстовку, и в целом он выиграл.
— Так нечестно! — воскликнула я.
— Честно! — слукавил Тео.
— У тебя руки длиннее, чем у меня, — воспротивилась я обиженным голосом. Тео засмеялся.
— Ты проспорила мне кино!
— Да поняла я уже… Поняла, — отозвалась я и бросила на пуфик штаны.
Шторка раздевалки резко отворилась. Мария-Луиза и Финн смотрели на нас с… непониманием или изумлением?
— Oh, meine Güte!*(Ну ничего себе!) — воскликнула Мария-Луиза, лопнув жвачкой.
— Niedlich wie Tauben, was!* (Милые, как голубки!) — добавляет Финн с такой интонацией, что по коже проходят мурашки от осознания, что мы с Тео — как на ладони…
Глава 22. Теодор
Сказать, что даже у меня сердце ушло в пятки, — ничего не сказать. Финн и МариЛу смотрели на нас с Лией таким взглядом, будто бы мы сотворили что-то непозволительное.
— Lass das Rollo herunter!* (Закрой шторку) — восклицаю я и резко закрываю шторку.
Лия выглядит смущенной. Но в ту же секунду, шторка вновь открывается и я вижу довольную ухмылку МариЛу и Финна.
— Warum hast du nicht gesagt, dass ihr zusammen seid? (Чувак, почему ты не сказал, что ты встречаешься с ней?) — спрашивает Финн, а МариЛу хихикает.
— Наверное хотел все утаить от лучших друзей? — восклицает подруга, толкая в бок Финна.
Лия отворачивается и напяливает на себя свою рубашку, а я, прикрываю ее своим торсом.
— Es ist nicht das, was sie denken* (Это не то, о чем вы подумали!) — шиплю им в ответ и закрываю вновь шторку. Но Финн настойчив. Он открывает ее вновь и ставит руку к косяку.
— Ja, das meinte ich dami* (Это именно то, о чем я подумал), — выдав удовлетворительную улыбку на лице говорит Финн. Мы около пары секунд смотрим друг на друга, а после, Финн закрывает перед моим носом шторку и роняет: — побыстрее там воркуйте, мы еще чуть-чуть подождем.
Я тихо выдыхаю. Лия со стеснением переодевается, и мне ничего не остается, как сказать:
— Lea, du musst bitte entschuldigen…wir waren total breit. (Лия, прости меня за то, что сделал).
— Все нормально, — отвечает она, хотя я вижу, что ее губы трясутся. — Мари-Луиза и Финн поймут, если мы им расскажем правду.
Мы замолкаем. Мне хочется что-то добавить, но слова предательски не вяжутся на языке. Нужно переодеться и выйти к ним, как ни в чем не бывало. Впрочем, мы так и сделали.
Финн и Лу ждали нас на кассе. Лия положила то, что хотела взять, и уже приготовилась расплатиться, но я протянул свою кредитку.
— Тео… — воскликнула она.
— Рассчитайте нас вместе, — твердо сказал я и, не обращая внимания на Лию, смотрел на выскакивающую сумму в экране кассы.
Больше в этот вечер мы не говорили о том, что произошло в примерочной. Только Финн изредка подкалывал нас, но Мария Лу заткнула ему рот. Женская солидарность взяла верх над издевками, поэтому друг прекратил попытки задеть нас с Лией. Справившись со всеми покупками, Мария Лу предложила заказать еду в закусочной на вынос, так как скоро заведение закроется, но Лия отказалась.
— Ну ладненько, — отозвалась Лу, переминаясь с ноги на ногу. — Завтра в десять утра сбор всех у универа.
— Да, мы будем вовремя, — заверила Лия.
— Уж постарайтесь не опаздывать!
Это прозвучало как упрек, но я не отреагировал. Мы пожали руки с Финном и, попрощавшись с Лу, двинулись со сводной к машине.
— Голодна? — спросил я у нее, когда мы подошли к тачке.
— Я устала, — ответила грустно Лия. Открыв дверцу машины, она добавила: — Поехали домой?
Я кивнул.
Включив легкую музыку, мы понеслись по пустой трассе к дому в надежде, что завтра всё пройдет гладко. Нужно было собрать сумку с вещами, подзарядить устройства и… выспаться. Ведь впереди был кемпинг и ровно три дня на природе рядом с Лией.
* * *
По приезде домой я помог Лие с пакетами. Отец и Анна лежали в гостиной на диване и смотрели какую-то комедию. Нехотя поинтересовавшись тем, как у нас дела, они быстро потеряли интерес к скучному рассказу, пока Лия мямлила о том, что купила и какой я молодец, что оплатил покупку.
За похвалу, конечно же, спасибо, но это все равно не скрасит то, что случилось в примерочной. Оставив пакеты на кровати Лии, я развернулся и сказал:
— Вроде бы всё.
— Спасибо…
— Тебе помочь еще?
— Нет, — мотает головой сводная. — Дальше я сама.
Ее высокий хвост растрепался. Лия выглядела очень милой, и, поймав себя на мысли, что хотел бы ее поцеловать, удержался в самый последний момент. Возможно, это было правильным — не давить на нее. Но я едва ли мог сдержать внутри себя разгорающиеся чувства к сводной.
Молча выйдя из ее комнаты, я направился к себе. Решил, что стоит собрать вещи заранее. Открыв спортивную сумку, я стал складывать в нее все, что мне нужно. Повербанк поставил на подзарядку, как и наушники. Надеюсь, что на три дня этого хватит. Я знал, что в Фюрстенфельдбруке в зоне кемпинга все равно есть современные условия проживания: эти места исключительно оборудованы для студентов и охраняются. Даже несмотря на то, что место для кемпинга находится достаточно далеко от зоны охраны, все равно можно было ехать и не переживать, что телефон будет разряжен.
Ближе к полуночи ко мне зашел отец.
— Тео?
Я перебирал вещи в шкафу, когда он окликнул меня.
— Да?
— Ты еще не спишь?
— Нет.
Отец зашел в комнату и закрыл за собой дверь.
— Что-то случилось?
Батя тихо выдыхает.
— Нет, просто зашел к тебе сказать кое-что.
— Я весь во внимании.
Батя присел на край кровати.
— Мне бы не хотелось, чтобы после поездки меня вызывали в университет.
Я развернулся и уставился на Батю.
— Некоторые поездки заканчиваются не очень хорошо.
— Если ты про предохранение, то всё под контролем, — обрезаю его долгую речь, сложив руки на груди.
— Gut, — отзывается он, но всё равно замечаю, что батя чем-то встревожен.
— Как Анна?
— Ей лучше, спасибо.
— А что с конференцией? Почему не переносят?
Батя поднимает на меня свой встревоженный взгляд.
— Мы хотели расписаться с Анной после конференции. Уже назначили приблизительную дату свадьбы, но всё пошло по чёртовому месту!
Выгибаю бровь.
— Это из-за тех ученых?
