скорее всего ей это удавалось.
Такое поведение насторожило меня.
— Вы успели что-нибудь заказать, Тём?
— Мы заказали только мороженое. Ты же видел, что официант ходит недовольный. Ну и рожа.
— Так, ничего не заказываем, они скорее всего сейчас уйдут.
Блондинка в красном платье, прижималась все сильнее и сильнее. Танец закончился, они вернулись за свой столик.
Адвокат достал бело-красно-черную пачку «Мальборо», предложил сигарету даме. После того, как она отказалась достал рубиновую, с золотой каймой, зажигалку закурил и глубоко затянулся дымом.
Да он, настоящий советский пижон. Особая каста нарциссов. В его окружении про таких говорили, что он знает толк в «понтах».
Его артистичность, стремление покрасоваться привлекали внимание. Это и было целью. Нахохлившийся павлин, распускал хвост и метко поражал «жертв своей красоты» изящными предметами, одеждой и манерами.
Я, как и большинство мужчин в стране, терпеть не мог таких щеголей.
Люди видели, что за душой у них ничего не было, их образ был картонным потемкинским фасадом. Они прятали свою пустоту и, зачастую, глупость за внешним материальным.
В постсоветское время они выродились и исчезли, как каста. Точнее переродились в массовый класс потребителей брендов. Но это уже другая история.
Вот оно. Блондинка все же стрельнула глазами в нашу сторону. Делала она то непроизвольно. Она перевесилась через стол и что-то выговаривала адвокату.
Тот курил сидя нога на ногу, он отрицательно покачивал головой и не соглашался. Он уговаривал ее остаться. Когда блондинка поняла, что адвокат не намерен вставать — ее лицо изменилось.
Улыбка сошла с него и она, достав зеркальце из маленькой красной сумочки, начала подводить себе губы яркой помадой.
Разглядев себя, как следует, она убрала зеркало обратно, встала и, не прощаясь, пошла к выходу.
Адвокат сначала не показал виду, но чувствовалось, что ему и не хочется упускать женщину в красном платье, и жалко денег за заказанную еду.
Умело разбуженная страсть взяла своё. Он вздохнул, потушил недокуренную сигарету, достал из внутреннего кармана длинный кожаный лопатник.
Заглянув в него он извел две купюры по десять рублей положил на стол и последовал быстрым шагом за своей спутницей.
Я был в восхищении. Умница.Она разыграла свою партию незаметно для него, как по нотам.
В ее действиях чувствовался интеллект и большой опыт.
— Так, пошли за ними.
Мы спешно расплатились. Темя и я с девчонками вышли на улицу. Два Сереги оставались в ресторане и прикрывали нас со спины.
Адвоката могли охранять или наоборот пасти третьи силы. Не случайно вчера на склад приезжали Шельма с братцем.
— Люда, да подожди ты! Ну что-то с тобой, малыш? На что ты обиделась? Ну так бы и сказала, что тебе «уж замуж невтерпеж».
Нам пришлось отпрянуть назад, чтобы не быть обнаруженными.
Женщина красном шла по тротуару, а рядом медленно ехал адвокат и пытался разговорить ее через открытое окно.
— Я тебе ясно сказала, что мне там неприятно и у меня болит голова.
— Перестань, малыш. Садись, давай, в машинку. Я тебя отвезу баиньки. И не только
Он дал немного газу, обогнал свою спутницу и остановился впереди. Потом вышел из машины обогнул ее через капот и распахнул перед ней пассажирскую дверь своего голубого «Крайслера».
— А сразу вот так нельзя было? — спросила его женщина в красном ехидным тоном и села в салон. Она сияла от осознания своего влияния на мужчину.
Адвокат театрально закатил глаза, захлопнув дверь.
Он вернулся сел на свое место и резко тронул с места по пустынной улице.
— Собрались, за ним! Вот он гад, рванул! — сказал Тема, когда «Крайслер» свернул за поворот на ближайшем перекрестке, — девчонки, вы бежать сможете?
Те практически одновременно кивнули. Нам нужно было бегом преодолеть три квартала, чтобы добраться до многоквартирной кооперативной девятиэтажки, в которой жил адвокат.
Несмотря на сковывающую одежду, девчонки не отставали, я мысленно похвалил их. Мне, казалось, что мы непременно отстанем.
Но за два дома я увидел, как адвокат паркует свой американский авто у себя во дворе. Его задние фонари контрастно выделялись. Они отличались красным свечением от стопов легковушек, выпускаемых советским автопромом.
— Так стойте. Нам ближе нельзя он нас заметит, — я остановил ребят и предложил им отдышаться.
С этой позиции все было отлично видно. Женщина в красном не выходила и дождалась пока водитель подошел распахнул дверцу и подал ей руку.
Адвокат по каким-то своим соображениям, не стал загонять машину в гараж. Видимо, он собирался еще раз выезжать позже.
Запирая машину, он осмотрелся и не увидев ничего беспокоящего приобнял женщину и проводил ее в подъезд.
Через некоторое время в его квартире на четвертом этаже зажегся свет. Сквозь приоткрытую форточку донеслась тихая музыка.
Девчонки присели на лавочки у соседнего дома и тихо разговаривая стали ожидать. К нам подошли Сереги, они страховали нас и сообщили про отсутствие хвоста.
Мы шутили про «романтик» и причины неудавшегося ужина. Про то что наша слежка ничего не дала. Но я чувствовал, что вечер еще может преподнести сюрпризы.
Минут через пятнадцать мне показалось, что я услышал хлопок. Я моментально поднял глаза к окну адвоката и увидел как всколыхнулась занавеска за форточкой. Будто в квартире на пару секунд образовался сквозняк.
— Тихо ребят.
Еще минут через пять дверь подъезда хлопнула и из него вышла женщина. Сначала я не понял, кто это. Но приглядевшись я увидел, что это наша знакомая «девушка в красном». Она зачем-то старательно изменила внешность.
На голове у нее красовалась высокая, как у шотландских гвардейцев, меховая шапка, на носу красовались очки в золотистой оправе.
Вместо легкого плаща, на ней было одето пальто с лисьим воротником. Она торопливо огляделась по сторонам и быстрыми шагами засеменила в сторону улицы. Мы находись далеко, поэтому она не могла нас никак срисовать.
Я посмотрел на часы и запомнил время — 22:52.
— Боёк, Рыба, — они поняли меня с полуслова и направились за ней, а я проинструктировал их вслед — постарайтесь не засветиться и узнать, где она живет.
— Что-то тут не так. Надо сходить к нему наверх.Посидите тут, я схожу посмотрю, что там. Не стоит всей толпой ломится.
— Я с тобой, ты один не пойдешь, — твердо сказала Маша, догнала меня и взяла под руку, когда я направился к подъезду.
Спустя пару минут мы вышли из лифта на этаже адвоката и подошли к его двери, из-за которой доносились звуки музыки. Мы многозначительно переглянулись.
