class="p1">Дверь была не заперта и приоткрыта.
Глава 21
Спустя пару минут мы вышли из лифта на этаже адвоката и подошли к его двери, из-за которой доносились звуки музыки. Мы многозначительно переглянулись.
Дверь была не заперта и приоткрыта.
Я потоптался на месте. Было понятно, что здесь что-то не так. Маша потянулась к звонку, но я перехватил ее руку. Только ее отпечатков тут не хватало.
Я достал из кармана носовой платок. А потом постучал в костяшками в деревянную дверь адвоката.
Как я и догадывался нам никто не отвечал. Тогда я осторожно толкнул дверь от себя. Она легко отворилась.
— Протри обувь на коврике.Ни к чему не прикасайся, и ничего не трогай, — сказал я Маше шепотом, сам тщательно протер ноги о половой коврик на пороге и вошел внутрь.
Маша последовала моему примеру.
— Есть кто-нибудь? Тук-тук. — я спросил достаточно громко.
В этот же момент за спиной у Маши залязгали соседские дверные замки. Моя спутница не растерялась и толкнула ногой дверь в квартиру адвоката.
— Умница.
Маша — молодец, сообразила, что нельзя руками.
— Ау, есть кто-нибудь? Константин Семенович, вы дома?
Мы медленно продвигались вперед
Квартира была двухкомнатной. Довольно просторный зал или гостинная и спальня.
Но в квартире только играла музыка. Дверь в совмещенный санузел была приоткрыта. Там горел свет, я заглянул внутрь и никого не увидел.
Наконец мы дошли до кухни, которая была как бы, была последним помещением по коридору. Дверь на кухню была закрыта, но из-за дверного проема, сквозняк со свитом вытягивал воздух.
Само дверное полотно имело ажурные стеклянные вставке в деревянной раскладке, не позволяющие увидеть из коридора, что происходит внутри кухни.
Я еще раз постучал и прислушался. Ответа не последовало.
Тогда я снова взялся платком за ручку и отворил ее потянув на себя.
На кухне никого не было. Совсем. Адвокат словно испарился. Зато, окно, расположенное напротив двери, было распахнуто настежь.
Мы подскочили к занавеске, развивающейся от сквозняка, и выглянули во двор.
— Твою ж мать… — выругалась Маша, увидев распластанное тело адвоката на асфальте.
Он лежал на животе с неестественно вывернутыми в сторону руками ногами и головой.
— Вот бедолага…
— Думаешь, это она?
Я отступил от окна.
— Отойди, нас могут увидеть. Я не знаю. Всё может быть.
— Да, ты прав, — она отпрянула назад, — слишком мало времени прошло между нашим появлением тут и временем, когда он вывалился.
— Давай подумаем, она могла его вытолкнуть, пока мы их караулили на улице.
— Сколько было времени, когда она вышла из подъезда?
— Примерно без десяти одиннадцать.
Я снова посмотрел на часы. Сейчас двадцать три ноль три. На нужно выйти из квартиры и вызвать милицию.
В это время зазвонил входной замок. Я на цыпочках подошел к двери и выглянул в глазок.
— Вот блин! Соседка, — прошептал я Маше.
На лестничной клетке стояла грузная женщина в домашнем женском халате в цветочек и в прозрачных пластиковых цилиндрических бигудях на голове. Она повторно нажимала на звонок.
— Константин Сергеевич? Вы дома? У вас всё в порядке?
Она приложила ухо к двери пытаясь расслышать, что за ней происходит.
Я также на цыпочках отшагнул назад к Маше и приложил указательный палец к губам. Показав взглядом на гостинную, я слегка подтолкнул ее туда.
— Нужно вызывать милицию.
— Но ведь могут подумать на нас.
— Не могут, а обязательно подумают. Теперь мы с тобой под подозрением. Та блондинка очень непростая баба оказалась. Она нас срисовала и подставила.
— Как срисовала? Что это значит?
— Это значит, что она заметила слежку ещё в ресторане «Сказку», поэтому решила, что нет лучше времени кокнуть его.
— Почему?
— Мы невольно оказали ей услугу и подставились. Отличный подарок. Если она хотела его убить, то ей потом пришлось бы заметать следы, скрываться от свидетелей. А так теперь это наши проблемы.
— Влипли.
— Маш, нам нельзя опускать руки. Не теряем духа. Скорее всего милиция уже едет сюда.
— Как это?
— Вспомни, блондинка не дура. Но нам тоже надо позвонить, это не создаст нам алиби, но немного поможет.
Я подошел к телефонной трубке. Но Маша остановила меня
— Я тоже не дура, вот сейчас доверься мне. И дай пожалуйста телефон.
Немного поразмыслив, я передал ей трубку, которую держал в платке.
Она отложила дамскую сумочку рядом и начала набирать номер на диске.
— Алло, пап, привет. Это я. Мне очень нужна твоя помощь. Послушай, у нас проблема. У кого у нас? У меня и у Максима.
Она очень сжато, но точно изложила ситуацию. Чем немало меня удивила. Видимо она была из тех, кого адреналин заставлял не бежать, а думать.
Надо отдать должное ее родителю, он спокойно без истерик и назидательных речей выслушал дочь. Задал уточняющие вопросы.
Потом дал три или четыре коротких указания и обещал скоро приехать.
— Что он сказал?
— Ты был прав — звони в милицию. Нам нужно ожидать приезда милиционеров, ни к чему не прикасаться, не давать показаний, до его появления. Нас разведут по разным комнатам и будут допрашивать по отдельности.
— Понял.
В любой другой ситуации, я предпочел бы разобраться в ситуации самостоятельно, без посторонней помощи. А тем более без поддержки отца Маши.
Гордость и собственная харизма не позволили бы.
Но сейчас я посчитал, что рассчитывать на его помощь — это самое разумное решение. Точнее, в случае с убийством адвоката — единственное верное.
Я-то чувствовал ответственность и готов был отвечать за свои действия.
Но нельзя подставлять под следствие моих друзей Машу, Элен, Тёму и двух Серег. В конце концов это было продолжение моей войны с Солдатенко.
Я набрал номер «02», дежурный принял мой вызов. Я объяснил ему, что вызываю милицию на место преступления. Представился и сообщил, что жду наряд.
Пока мы ждали приезд милицейской группы, мы обсуждали с Машей вопрос о мотивах женщины в красном.
Информация о складе с товарами Солдатенко была главной версией. Но исключать, что женщина могла убить адвоката из мести, ревности было нельзя.
Также мы не могли исключать самоубийства и несчастного случая.
Но, к сожалению мне пришлось себе признаться в двух хреновых обстоятельстве — во-первых, из охотника я превратился в добычу. Надеюсь, что это временно. Но очень не хотелось отвечать за чужие дела и поступки.
