нет же! И тут преуспели. Подарили же мне способ быстрого размножения коней. Скоро он даст свои плоды.
Мы еще немного выпили с Бироном. Пили шампанское. Я узнал, что этот напиток с недавних пор стал популярным при дворе. Шетарди прибыл раньше, чем это было в иной истории. Привез напиток. У некоторых маркитантов купить шампанское можно, но очень, баснословно, дорого.
Вот только, оно того стоит. Обед с Бироном удался. Обещаний я получил даже больше, чем рассчитывал.
Мы лежали с Юлианой, обнявшись. Бирон уже уехал. Пообещал сделать всё возможное, что от него только зависит, чтобы поддержать любые мои начинания. Ну и я подарил ему часть коней, а часть он и купил. Обещал завтра прислать людей с серебром.
— Может, мне построить фрегат? — на полном серьёзе спрашивал я у Юлианы.
— Зачем это тебе? — голосом, полным безразличия, спросила жена.
— А чтоб был! — усмехнувшись, отвечал я.
Мы лежали в постели, оба смотрели в потолок. Лишь только за руки держались. Нет, мы не устали от исполнения супружеского долга. Да и вовсе лежали одетыми. Так, минутка апатии и рефлексии.
Но было приятно, что даже такое настроение моя жена поддерживала. Говорят, что с по-настоящему близкими людьми можно не только говорить, с ними приятно и молчать.
— Знаешь, а ведь мне тогда, когда ты сопротивлялась, весьма даже понравилось, — неожиданно даже для себя сказал я.
— Руки свои поганые убери от меня! — вдруг выкрикнула Юлиана.
— Ты как с мужем разговариваешь, змеюка подколодная! — поддержал я игру.
Игра удалась, хотя таким опытом лучше не увлекаться. Оскорбляли друг друга, как портовые грузчики. И как уснули, не помню, будто бы в один миг.
— Кукареку! — орал где-то неподалёку суповой набор.
Я открыл глаза и нехотя даже не встал, а скатился с кровати. Хочешь не хочешь, но за правило нужно взять: зарядка — святое дело.
Стал выполнять упражнения, уже через некоторое время почувствовал прилив бодрости. Посмотрел на мирно сопящую жену, лишь только частью укрытую одеялом, а другой частью демонстрирующую мне свои несравненные прелести. Задумался. Не будь Юля беременна, то даже бы и не задумывался — ураганом бы налетел на красотку. Однако нужно пожалеть жену. Если она спит, то пусть так и будет.
Накинул халат и пошёл в ванную комнату.
— Не хватает нам слуг, — констатировал я, глядя на пустую деревянную ванну.
Из всех слуг у нас на двоих с Юлей были две женщины, оставшиеся в наследство от опальных князей Долгоруких. Ну и два хозяйственных рабочих, задача которых, прежде всего, состоит в том, чтобы в доме было всегда тепло. Даже кухонных работников на сегодня нет. А выписывать их опять из ресторана — не вариант. Если только не на постоянную основу брать на работу.
Подумал. А чем не физические нагрузки, чтобы самому себе, а потом ещё и жене наносить воды, чтобы умыться хотя бы, уже не говоря о том, чтобы принять ванну.
Вот так, практически полуголым, в простецких широких штанах, с вёдрами я вышел во двор. Колодец был рядом. Буквально в пятидесяти шагах от парадной дома.
— Эй ты! — прокричали со стороны. — Да ты, халдей!
— Вы мне? — недоумённо спросил я.
Как-то уже вообще не верится, что ко мне хоть кто-то может таким образом обращаться. Опешил. Не сразу понял, как именно выгляжу. Впрочем, как бы и не выглядел.
— Тебе говорю! Господа твои проснулись? Али всё ещё нежатся в постелях? — продолжал говорить офицер.
— А тебя, подпоручик, по морде давно провожали? — спросил я, ставя пустые вёдра на землю.
Измайловец прищурился, рассматривая меня. А потом побледнел.
— Господин секунд-майор… э… господин бригадир, прощения просим, не признали, — повинился подпоручик.
— Бывает, — сказал я, думая, неужели я похож на слугу?
Разве же бывают слуги с таким поджарым и мускулистым телом? Впрочем, кто же смотрит на тела слуг своих? А в остальном мой вид явно не говорит о том, что перед гвардейцем почти что генерал.
Не нравится мне чин бригадира. Это уже и не полковник, что-то выше его, но одновременно ещё не генерал-майор. Какое-то такое порубежное состояние, когда и одним чужой, и среди других не стал ещё своим.
— Господин Александр Лукич Норов, вам предписание срочно явиться во дворец, — взяв себя в руки, чётко отрапортовал подпоручик.
Это меня насторожило. Лишь только некоторые вельможи в Российской империи, на пальцах посчитать, могли бы похвастаться тем, что они бывают каждый день в императорских дворцах.
Все планы коту под хвост.
И все равно я умылся. Кельнской водой протрусь. Но одеколон, если пот воняет, не поможет. А после нужно было и одется. Хотя… Интересно сколько говорили бы обо мне, если пришел бы в одних шароварах во дворец.
— А ты куда собрался? — спросила Юлиана.
Она приоткрыла один глаз, увидела, насколько я суетливый и, возможно, даже взбудораженный.
— Куда бы ты ни собирался, я с тобой! — выпалила моя жена, резко становясь серьёзной и решительной.
— Отдыхай! Меня вызвали во дворец, — сообщил я, уже завершая облачаться в свой мундир.
Пока ещё мундир гвардейский. Только сегодня собирался менять его. Вернее — шить другой, бригадирский. Правда, ничего не понятно с тем, какой именно мундир нужно будет пошить. Пехотный, наверное. Но цвет его… Это же целая дивизия, тут должны быть свои цвета. Ну хотя бы с бригадирскими знаками отличия.
— Как во дворец? — голос Юли стал тревожным. — Ты же только позавчера был на аудиенции у государыни.
Я не стал отвечать. Понятно, что случилось что-то неординарное, раз меня вызывают. Тем более, что уже завтра я собирался предоставить, прежде всего, герцогу Бирону проект создания дивизии нового образца. Нельзя было подождать до завтра?
Взял себя в руки, стал менее суетиться. А ещё улыбался Юле, стараясь показать, что ничего страшного не произошло. Убеждал жену, что вызывают меня по хорошему поводу. Может еще одну награду вручат, или подарить чего забыли. Бирон же был вчера в гостях, мог и подговорить государыню. Хотя сам думал все же о недобрых причинах вызова.
Уже через час я был во дворце. Подпоручик довёл меня только до ворот. А дальше я спешился и через сад пошёл по месту назначения. И никто меня не встречал, не объяснял, зачем же я здесь понадобился. В первой же комнате, возле лестницы на второй
