мере отличаются друг от друга как по своей конституции, так и по характеру поражения, нередко тот или иной новый случай применения уже испытанного метода электрофизиологического исследования дает возможность кое-что узнать о неизвестной ранее стороне мозговой функции. Когда хирург является в то же время и ученым и когда он из года в год производит операции, стремясь облегчить страдания многих сотен больных, он может получить целый ряд новых сведений. Именно таким путем группа ученых Невро-логического института в Монреале медленно и осторожно разрабатывала подход, приведший к созданию нового мощного метода. Ибо метод Пенфилда оказался эффективным. Действительно были найдены участки коры, раздражение которых в тот момент, когда больной говорил, тотчас же вызывало резкое расстройство речи. Установление точной топографии областей коры, электрическое раздражение которых ведет к таким нарушениям, и определение характера этих нарушений дало важные косвенные указания относительно того, как головной мозг управляет речью.
Характер нарушений речи, вызываемых электрическим раздражением
Пенфилд и его сотрудники с самого начала знали, что есть один вид нарушений речи, который они, несомненно, могли бы вызывать, но который представлял бы для них мало интереса, это нарушения, связанные с подавлением функции той части мозга, которая управляет мускулатурой речевых органов. Было известно, что такого результата легко достичь раздражением через электрод, введенный в прецентральную моторную зону, в область, контролирующую мышцы губ, языка и гортани Раздражение этой области действительно нарушает речь больного или делает ее совершенно невозможной. Но это был чисто мышечный эффект; он часто сопровождался непроизвольными сокращениями мышц, и после окончания раздражения больной подтверждал, что единственной осознаваемой помехой для речи была невозможность управлять мышцами. Этого рода нарушение наблюдалось только при стимуляции хорошо установленных моторных областей коры. Кроме того, только при раздражении таких областей иногда возникали положительные эффекты. При определенных положениях электрода пропускание тока вызывало у испытуемого «вокализацию», т. е. он долго тянул какой-либо гласный звук. Помимо таких понятных исключений, эффект электрического раздражения всегда был негативным; он состоял в нарушении речевых процессов, в полном соответствии с предварительной рабочей гипотезой Пенфилда.
Но Пенфилда интересовало прежде всего воздействие электростимуляции на процессы мышления, лежащие в основе речи. Неспособность больного нормально говорить, несмотря на сохранение достаточного контроля над мышцами, специалисты называют афазией. Вызванная электрическим раздражением афазия была ярко продемонстрирована во многих испытаниях, проведенных Пенфилдом. Один больной, которого во время раздражения речевой области попросили назвать предмет, изображенный на картинке, сказал. «О, я знаю, что это такое! Это то, на что надевают ботинок». После удаления электрода он добавил: «Нога». Немного позже он не смог дать название изображенному на картинке дереву, хотя знал, что это было, и правильно назвал его, как только раздражающий ток был выключен. Другой больной во время электрического раздражения не смог вспомнить слово «гребень», хотя, когда его спросили о назначении предмета, ответил: «Я причесываю им волосы». Его еще раз попросили назвать предмет, но он не смог этою сделать, пока электрод не был отключен.
Из того, что больные рассказывают о своих ощущениях во время таких испытаний, ясно, что при этом нарушается работа лишь некоторой части механизма речи. Больной узнает предмет, который он пытается назвать, его речь почти во всех отношениях нормальна, но по какой-то причине он уже не имеет «доступа» к употребительным словам, обычно легко всплывавшим у него в памяти. Убедившись, что он не может вспомнить нужное слово, он часто старается вспоминать синонимы. Однажды больной во время электростимуляции безуспешно пытался ответить на один вопрос; позже он сказал: «Я никак не мог найти это слово— «бабочка» — и тогда старался вспомнить слово «мотылек». Очевидно, больной испытывает во время таких экспериментов большое замешательство и досаду.
Закрытие доступа к хранящимся в памяти больного названиям предметов является типичным результатом электростимуляции определенных областей коры, но это отнюдь не единственная форма афазии, которую можно вызвать. Часто наблюдаются нерешительность, невнятное и искаженное произношение. Эти явления могут быть вызваны раздражением двигательной коры, но могут также быть результатом нарушения мыслительных процессов, связанных с речью, при раздражении других областей мозга. Иногда электростимуляция вызывает повторение слов и слогов. Если ток включают, когда больной считает вслух, то он часто путает числа. При этом больной может перескочить с числа 6 на 20, а потом назад, на 9. Интересно, что эта путаница носит, видимо, ограниченный характер, так как слова, не означающие числа, не появляются; больной сохраняет надлежащую психологическую «установку», но он просто не в состоянии называть правильные числа. Бывают ошибки другого рода — больной может подставлять слова, близкие по звуковому составу, скажем, «гриб» вместо «гребень», или по смыслу, например, «щипцы» вместо «ножницы», «мотылек» вместо «бабочка». Иногда он производит совсем непонятную замену: «каток» вместо «ножницы», «гребень» вместо «молоток» и т. п.
Хотя все эти результаты были получены при искусственном электрическом раздражении обнаженной коры мозга, внешние проявления были совершенно подобны тем, которые наблюдались у тех же или у других больных при распространении раздражающих токов на речевую зону в ходе спонтанных эпилептических приступов. Оказалось, что повреждения в речевых областях коры приводят к сходным дефектам речи, хотя при естественных повреждениях наблюдается в общем большее разнообразие симптомов, чем при искусственной стимуляции. Как мы скоро увидим, одна из важных для речи областей простирается от височной доли коры назад почти до ассоциативной области зрительной коры в затылочной доле. Как выяснилось, повреждение этой области поблизости от зрительной коры вызывает гораздо более серьезные расстройства письма, нежели речи. Наблюдались и иные случаи, когда больной мог правильно выражать свои мысли, но не понимал того, что ему говорили. Но как ни интересны эти случаи, они, по-видимому, сравнительно редки.
Пока мы не сможем лучше понять сущность афазии, попытки истолкования этих особых ее форм вряд ли будут плодотворными. В большинстве случаев афазии, как естественной, так и искусственно вызванной, симптомы носят более общий характер; видимо, они указывают на расстройство механизма, который в нормальных условиях используется при переходе от понятия к слову.
Локализация речевых областей коры
Па рис. 22 показаны три области коры, которые, как заключил Пенфилд на основании своих исследований, участвуют в мыслительных процессах, связанных с речью. Значительных различий между формами нарушений, вызываемых стимуляцией этих трех областей, не отмечалось; при раздражении каждой
Рис. 22. Три речевые области коры [4].
из них были случаи нарушений всех трех описанных выше типов.
Результаты Пенфилда показывают, что все речевые зоны обычно
