А в Женьке клокотала ненависть к Евгению, ревность и злость. Она решила больше общаться с Зоей, чтобы справиться со своим негативом.
Они подружились. Женька была рада, что у нее наконец-то появилась подруга. Это неправда, что горбатого только могила исправит. Горбатого исправит любовь, и тогда у него на спине расправятся крылья — те, что раньше были сложены горбом. И он начнет летать! Совсем как Зоя.
Прошел целый месяц. Женька уже ничего больше не ждала. И от планов завести себе мужа тоже отказалась. К чему ей чужой человек в доме? Хватало родителей, которые не понимали, что с дочкой происходит, и требовали, чтобы Женька проверила свое здоровье. Объяснять же им, что была больна душа, она не хотела.
Как-то они с Зоей вместе пошли с работы до метро. Обычно Колокольцеву подвозил жених — главный инженер Серегин, но в тот вечер он задержался дольше обычного. Шли, болтали ни о чем и обо всем сразу, подошли к подземке. И там Женьку ждал сюрприз.
Гавриил — который тоже изменился!
Вместо тощего переростка он превратился в импозантного мужчину, который вышел навстречу Женьке.
— Привет, — сказал он, — нужно поговорить.
— Какие у тебя кавалеры, — подмигнула ей Зоя. — Ну, я побежала!
— Привет, — вздохнула Женька. — Как дела?
— Отлично. Мы с Любашей купили машину в кредит. — Он кивнул в сторону красного автомобиля. — Собираемся проехать по всей Европе! Мир посмотреть. А то застряли в четырех стенах.
— Здорово.
— А почему так вяло радуешься? Впрочем, молчи. Можешь не говорить. Он тоже страдает.
— Кто?
— Евгений.
— Знаю, что страдает. Только по кому?
— По тебе однозначно. Ты почему его бросила?
— Я никого не бросала, — развела руками Женя. — Наши пути разошлись, как и взгляды. Мы же постоянно ссорились!
— Если человек тебе безразличен, ты никогда не станешь с ним выяснять отношения, — усмехнулся Гавриил.
— Ему не безразлична Стелла, — фыркнула Женька.
— Стелла вышла в очередной раз замуж. В Лас-Вегасе. По ее просьбе Евгений встречал новобрачных в аэропорту с цветами и подарком. Как друг. И ничего больше.
— Извини, я спешу на электричку. — Женька готова была разреветься.
— Не извиню, потому что я чувствую себя обязанным, — приложил руку к сердцу Гавриил. — Вы — мне, я — вам. Не могу я видеть, как вы оба страдаете!
— А ты меня и не видишь.
— И это плохо. Но гораздо хуже, что тебя не видит он.
— Никто ему не мешает приехать и посмотреть!
— Ага, значит, так: приехать и посмотреть. Записано. — Гаврила постучал пальцем по виску.
— Мне действительно пора, — заторопилась Женька. — Привет Любаше! И удачно съездить по Европе.
— Вообще-то это будет свадебное путешествие…
— Ого! Началась эпидемия свадеб? Поздравляю.
— Заходи в гости!
— Как-нибудь — обязательно, — пообещала Женька, скрываясь в метро.
— Не нравится мне это «как-нибудь», — пробурчал ей вслед Гавриил.
Костромину она так и не позвонила, осталась верна своим принципам: уж лучше никто, чем кто попало. Правда, образ этого «прекрасного принца» теперь был определен до мельчайших деталей, и он целиком и полностью совпадал с внешностью и характером Евгения. Кстати, он звонил. Два раза. И оба раза Женька, торжественно выслушав его бурчащее приветствие, отключалась, давая понять, что ей не о чем с ним говорить. Вот если бы он приехал! Но Евгений к ней не спешил. Это было обиднее всего! Потому что сразу возникала подленькая мыслишка, что рядом с ним все-таки Стелла. Успевшая ради великой первой любви бросить новоиспеченного мужа.
Зато промозглым холодным утром воскресного дня Женьке позвонила Ольга Геральдовна. Услышав ее голос, Женька, уставшая мотаться на работу на электричке, сжала в кулак свои желания и собралась ответить вежливым отказом. Ничего, она ищет недорогую комнату и обязательно ее найдет в скором будущем!
— Приезжай к нам, Евгения, — сказала довольно милым голосом бывшая хозяйка съемной квартиры.
— Я уже нашла другую квартиру! Спасибо за предложение, — поспешила ее огорчить Женька.
— В твоей новой квартире не будет таких котят, которых родила Матильда, — заявила та. — Они совершенно удивительные создания. Все время пищат! Одновременно открыли глазки и рты. У меня от их писка голова идет кругом. Я сказала Евгению, что в свою квартиру больше ни за что не вернусь! Это же невозможно! Три кошки и кот! Я еще не выжила из ума, чтобы обзаводиться таким бесчисленным потомством. Ну, не топить же их. Останусь жить на даче, благо она у меня зимняя…
— У Матильды появились котята?! — опешила Женька.
— Я же говорю: две кошки и один кот. Все черные с белыми галстучками, в маму. Кто отец — неизвестно! Испортил всю родословную, проходимец. Я подозреваю одного разгульного черного кота, но не делать же генетический анализ?! Это всего лишь дворовый кот! И когда она только успела?! Ее не было дома всего несколько часов.
— Это была любовь с первого взгляда, — улыбнулась Женька. — Мне можно на них посмотреть?
— Разумеется, дорогая! В любое удобное для тебя время.
— Тогда я приеду сейчас?!
— Жду тебя, приезжай!
Женька не видела, как Ольга Геральдовна отключила телефон, погладила Матильду, лежащую рядом со своими котятами, и потерла руки.
— Все получилось, Матильда! Все, что я задумывала, получилось. Он ждет, и она едет.
Выходя из квартиры, Ольга Геральдовна с порога крикнула в приоткрытую дверь комнаты Евгения:
— Она уже едет! Действуй, внук!
Женька действительно быстро собралась и поехала. Она говорила себе, что пока там находится Ольга Геральдовна, ей ничего не угрожает. Хотя что ей может угрожать? Вряд ли Евгений выйдет к ней навстречу. Он уже и думать-то о ней забыл!
У подъезда Женька столкнулась с Эммой Павловной. Та шла с пакетом, в котором лежали клубки шерсти.
— Я занялась вязанием крючком в клубе для тех, кому далеко за… Это успокаивает нервы. По-моему, в вашей бывшей комнате разместился приют домашних животных. Не ходите туда, там слишком хлопотно. Пойдемте со мной. У нас в клубе есть несколько интересных мужчин, которым тоже далеко за. Вы же понимаете, что в бешеном ритме сегодняшней жизни необыкновенное везение — встретить своего мужчину. И не важно, сколько ему лет! Ивану Борисовичу шестьдесят. Ах, жизнь так быстротечна!
— Спасибо за приглашение, но я зайду в приют, — улыбнулась Женька. — Ивану Борисовичу привет.
— Вашему тоже привет, — многозначительно кивнула Эмма Павловна.
«Моему? Вряд ли», — подумала Женька и побежала на лестницу.
