трагической развязке, тем чаще в его ближнем и дальнем окружении всплывала тема наркотиков. К сожалению, обыденный человеческий ум склонен к легковесным обобщениям и вере в устоявшиеся штампы: мол, где рок-н-ролл, там обязательно секс и наркотики рядом. Мало кто хотел понять тогда Хоя по-настоящему. Было ясно, что Москва ему для жизни органически не подходила. Стало совершенно очевидно, он крайне озабочен собственным будущим и перспективами группы. Да, альбом записан, но как его исполнять на концертах – в нем много рэпа, что технически совместить не возможно. Это значит, на концертах будет звучать в основном только прежний материал…
Двое музыкантов последнего состава были не сильно озабочены проблемами группы и просто работали за деньги, отстраненно, как чужие. А в Воронеже росли, почти не видя отца, двое маленьких дочерей – одной пять лет, другой тринадцать. Вот патологическая база тогдашних Юриных переживаний. И никакие наркотики здесь близко не стояли. Я уже писал, что Хой отнюдь не был святым, в его жизни встречалось всякое, но в тот период он был чист. Об этом не раз говорил и гитарист Вадим Глухов, который проводил с Юрой огромное количество времени. Растерянность, состояние неопределенности и темные предчувствия – вот что угнетало Хоя день за днем. Плюс, конечно, серьезное заболевание печени доставляло все больше проблем.
В 2000 году группа «Сектор Газа» дала 14 концертов, в том числе два в Германии – в Дрездене и Франкфурте. Остальные в России – несколько городов Подмосковья, выступление в Минске, четыре площадки в Москве. Последний концерт команды в России в полном составе состоялся в московском кинотеатре «Ереван» 21 апреля.
Выход группы на сцену надолго задержался по вине организаторов – Юре пришлось извиняться перед публикой. Но когда Хой вышел к людям, народ о своем негодовании сразу забыл. Перед началом выступления Юра рассказывает залу о своих проблемах и делах: о поездке в Германию, о том, что альбом уже записан, но Gala тянет с его выпуском. Дальше говорит о планах на лето… доснимем клип, доснимем «Сказку»… Он как бы утешает фанатов (или самого себя?) – ребята, все будет нормально, все будет хорошо…
Вот композиции, которые исполнил Юра в последний раз: «Попец», «Песенка», «30 лет» (на третьем куплете вокал пропадает, затем снова включается), «Туман», «Не дает», «Ява» (в несколько ускоренном варианте), «Теща», «Снегурочка», «Давай-давай», «Лирика», «ГАИ», «Бомж», «Ночь перед Рождеством», «Вурдалак», «Вампир», «Ночь страха», «Сожженная ведьма» (Юра все же включает в концертную программу две песни с еще не вышедшего нового альбома), «Утопленник», «Вальпургиева ночь», «Сельский кайф», «Трипак», «Сифон», «Илья Муромец», «Колхозная», «Взял вину на себя», «Пора домой»…
«Домой, домой, пора домой» – поет и в то же время кричит Юра в финальной песне на последнем в истории его группы выступлении в родной стране. Смотришь на это – и невольный вопрос рвется: «А где, где твой дом, Юра? Куда тебе пора, дорогой?» Вообще смотреть этот концерт и печально, и больно. И не только потому, что он последний. Просто слишком хорошо видно: Хой остался один на один с собой. Глухов и Аникеев присутствуя на сцене реально, фактически на ней отсутствуют, просто выполняя свою работу. Нет сценического света, нет вменяемых задников, дым-машины и других атрибутов концерта популярнейшей группы в стране. Зато есть самое главное – полный зал людей, знающих каждую песню Юры наизусть. Их лица пару раз мелькают на записи, посмотрите. На них же все написано, как на холсте.
21 июля Юра дает свое последнее интервью. Трудно сказать, вышло ли оно в эфир воронежского телевидения, для которого снималось, но запись сохранилась и доступна в сети. Хой контактен, пребывает в хорошем настроении, отвечает на вопросы охотно. Рассказывает, что долгое пребывание в Германии порядком ему надоело, обещает, что осенью выйдет новый альбом и что концертов в Воронеже пока не планируется… На вопрос о том, куда делась группа, почему о ней так долго не было слышно, как бы в шутку отвечает, что целых два года «в голову лезла всякая гадость, но песни не лезли». Снова говорит о съемках клипа и о своей давнишней мечте – доснять «Сказку». Главный посыл того интервью в том, что Хой планирует жить и работать дальше. То есть иногда в последний период он все же выбирался на светлую сторону, но… Последний кадр этой записи – Юра выходит из дома на улицу вместе с журналистом канала, садится в свою «Дэу» и уезжает, исчезая за поворотом.
В последний раз Хой вышел на сцену один, точно так же, как на самом первом выступлении в далеком 1987 году. Это был тот злополучный фестиваль «Звуковая дорожка» в «Лужниках», где Юра так и не смог допеть «Демобилизацию» до конца. Об этом мне подробно рассказал Алексей Привалов в своем интервью, так что останавливаться на том эпизоде второй раз смысла нет. Скажу лишь, что Алексей зря думал, что Юра на него в сильной обиде. Из здания Дворца спорта Хой вышел рассерженным и злым. В машину они сели с Кимцовым и поехали к Юре домой. Поначалу Хой, конечно, негодовал: «Блин, так опозориться, это же вообще!» Но злость сошла с него быстро и без остатка, за одну секунду. Что-то словно щелкнуло – и Юра вернулся в свое обычное состояние: шутил, курил, строил планы. В общем, все обиды быстро забылись, а остаток того дня 25 июня Хой и Кимцов провели за самым бесшабашным занятием на свете – стреляли по пустым бутылкам из травматического пистолета. В последнее время Юра серьезно интересовался пневматическим оружием, приобрел себе каталог и первый пистолет. Несколькими днями позже Хой уехал из Москвы в Воронеж. Теперь уже навсегда.
4 июля 2000 года – черный день календаря
Ирина Клинских. Второго июля папа приехал из Москвы. Это было лето, страшная жара, поэтому решили всей семьей поехать отдохнуть к бабушке в Усмань. И он нас на машине повез. Туда же приехали тетя из Питера, ее дети. Большая семья снова была в сборе. Папа вообще Усмань любил, отдыхал там душой. И правда – там было хорошо, спокойно, весело. Кстати, о песне «Теща». Его отношения с бабушкой были великолепными, абсолютно противоположными тому, о чем в песне поется. Обычно, будучи в Усмани, он покупал свое любимое «Жигулевское» и брал у дедушки тараньку – тот сушил ее в сарае килограммами. В этот раз он не пил, потому что ему нужно было ехать назад, в Воронеж, там было много работы над клипом «Ночь страха». Но для всех нас вскоре наступил день страха… 4 июля 2000 года между 12.00 и 12.30…
Папина смерть… Мама рассказывала, что он ее давно чувствовал. И говорил: «Мне кажется,
