сразу же развернулась к выходу. Больше она на сестру так и не взглянула. Просто ушла выполнять мое поручение.
Макси, оставшаяся в полном недоумении, посмотрела на меня и удивленно спросила:
— Как ты смог ее так выдрессировать? Почему она тебя слушается?
Я лишь тяжело вздохнул.
— Нет ничего хуже, чем две вспыльчивые лисицы.
— Это ты меня вспыльчивой назвал?
Я улыбнулся и посмотрел на Макси. Она была будто даже разочарована, и ее чувства я мог понять. Если бы я был автором, который хотел добиться какого-то признания от персонажа, мне тоже было бы обидно видеть как твой же герой показывать благосклонность кому-то другому. Это было даже похоже на предательство.
— Ты ее образ с себя писала, верно? — с улыбкой спросил я.
— Неправда, я не настолько упрямая.
— Но ведь ты точно также подошла ко мне в Межмирье, когда хотела выиграть артефакт. Помнишь?
Внезапно Макси отвернулась. Не сразу, и порядком прислушавшись, я смог уловить обрывки ее фраз:
— Была бы такой же упрямой… не стала бы приходить сюда ради тебя.
— А у тебя были другие планы? Было что-то кроме спасения мира вместе со мной? Сама же знаешь, что именно отсюда начинается наш путь.
— Тем не менее, эта деревня лишь одна из многих. — Макси холодно посмотрела на меня. — Даже если нам удастся спасти ее от вымирания, это не значит, что мы защитим всех.
— Не защитим, это факт. Но мы сможем придумать как спасти ограниченное число людей, которые впоследствии смогут заново построить мир. Это лучше, чем полное вымирание.
Внезапно мое внимание привлекла фигура девочки. Ребенок, все же приподнявшись с кровати, с полными слез глазами смотрела на меня. Она была еще настолько маленькой, что даже смотреть на нее было больно, а когда она еще и выглядела, как призрак, это было просто невыносимо.
Подняв взгляд к моим глазами, ребенок спросил:
— Я умру?
Я открыл рот, собираясь что-нибудь ответить, но внезапно заметил действия Макси. Она, подойдя к кровати, спокойно села рядом с девочкой и взяла ее за руки. Голосом полным уверенности она ответила:
— Мы с Лалой не позволим этому случиться. Ей просто нужно немного успокоиться, но, когда она вернется, мы придумаем какой-нибудь отличный способ, чтобы защитить вас.
Ребенок плотно поджал губы, закивал и снова заплакал. Макси прижала ее к себе и начала легко поглаживать по голове, а я, смотря на все это со стороны, не преставал удивляться. Конечно, в такой ситуации любой неравнодушный человек попытался бы утешить, но та Макси, которую я встретил в этом мире, была настолько истощена морально, что не хотела тратить время на обитателей своего же мира. Сейчас же ее поведение сильно отличалось.
«Мне кажется, или она наконец-то перестала смотреть на людей в этом мире как на бесчувственных героев книг?»
17. Смертельные слухи
— Эй… — прозвучал недовольный зов из-за спины. Услышав его, я сразу оглянулся и увидел девушку с красным после слез лицом. Лала, придерживая опухшую щеку рукой, неуверенно покосилась на меня и потупилась.
Улыбнувшись ей, я спросил:
— Уже успокоилась?
— Там твой друг целую телегу прикатил. Зовет тебя.
Она взглянула на меня всего лишь раз: коротко, быстро, лишь для того, чтобы убедиться, что я ее услышал. После этого, сразу развернувшись, она снова начала уходить прочь.
В этот момент я как раз стоял на улице возле колодца с водой. Погода была приятная: в меру теплая с прохладным ветерком. Но всякий раз, когда я опускал руки в ледяную воду, меня пробирала дрожь. Вот и сейчас, окунув ладони в ведро, я лишь немного зачерпнул ими воду и умыл свое лицо.
Наибольший кризис был пройден. Так думал я после ссоры двух сестер лисиц. Времени с того момента прошло не так много: какие-то жалкие несколько часов. И сами сестры сейчас все еще были в разладе. Однако они уже не кричали друг на друга и не мешали друг другу жить. Скорее они старались делать вид, что второй из них не существует, и пока что такая ситуация устраивала всех. Правда, не знаю как долго это могло продолжаться.
Тяжело вздохнув, я выпрямился, развернулся и двинулся прочь от колодца. Как и сказала Лала, Гарнар действительно ждал меня на нашей самодельной границе деревни. Чтобы как-то выделить территорию, на которую нельзя было ступать, мы выкопали ров. И здоровые жители даже не стремились переступать эту границу. С тех пор, как я объявил о сто процентной заразности заболевания, никто не приходил даже для того, чтобы увидеться с родственниками, и всякого, кого считали зараженным, почти силком приводили сюда.
Чем ближе я был к Гарнару, тем больше меня привлекали предметы, которые окружали его. Он стоял возле множества коробок, часть из которых уже была перетащена на нашу сторону деревни.
— Не знаю, как ты это сделал, — издали закричал он, — но вождь отправил ответ!
Я остановился. Подходить близко было опасно, да и соблюдать некоторые формальности все равно приходилось. Точно также и медведь напротив меня, стоял не прямо вплотную к границе, а в пяти удаленных шагах от нее.
— Письмо лежит на коробках, — предупредил медведь, — ну, а внутри все, что ты заказывал.
— Вы уже взяли себе что-то из пищи?
— Нет. — Гарнар недовольно поджал губы и как-то напряженно почесал затылок. — Староста распорядился, чтобы ты первый получил все и выбрал необходимое. Мы же не знаем, что и в каких количествах вам нужно.
Я посмотрел на весь привезенный груз. Коробы с разными вещами стояли на земле, словно пирамиды. Они были достаточно крупными, так что я не сомневался в том, что добра нам привезли достаточно.
На земле рядом с Гарнаром также виднелись полосы от телеги. Это говорило о том, что все эти коробы своими руками явно тяжело
