чем ты думаешь?”
23. Проблемы и их решение.
POV. Денис.
Я кое-как разлепил один глаз и тут же закрыл его обратно, застонав от боли. Башка в прямом смысле слова взорвалась от резанувшего по зрачку света и явно не собиралась склеиваться обратно. Попытался сдвинуть руку, чтобы нащупать вторую подушку и накрыть ей лицо, и не понял, что ее держит. Тело будто отказывалось меня слушаться и даже на простейшее движение шарахнуло по нервам болючим предупреждением:
- Лежи и не рыпайся.
Лежу. Не рыпаюсь. И мысленно мечтаю сдохнуть. К треску в голове добавился адовый сушняк, к нему через несколько минут плюсанулась пульсация в затекших руках и ногах, а еще спустя какое-то время что-то уперлось мне в грудь и упало на нее с нечеловеческим хрипом, в котором больше угадал, чем услышал слово “мама”. Где я? Кто я? Что я?
В памяти зияющая дыра размером с вселенную, и единственное воспоминание, которое смог выскрести - мы втроем сидим на полу перед телевизором, смотрим американский футбол, ржем и хлещем текилу за очередной фол и потасовку. Кошка стопку, мы с Лукой две. Чет вроде чтобы по справедливости и чтобы не накидаться раньше времени. Что было до и что было после - не помню. Снова пробую разлепить глаза и пошевелиться, но то ли я вчера набухался до того, что забыл как это делать, то ли меня спеленали по рукам и ногам и бросили связанным на диван.
- Мама, - раздалось болезненное шипение в ответ на мои попытки вернуть себе свое тело.
Перед глазами поднялось какое-то расплывчатое пятно, пригрозило мне, что оно больше со мной не пьет, и рухнуло обратно, застонав от удара о мою грудь. Правда и я застонал, составляя компанию, а через мгновение дуэт превратился в трио.
- Ден, я тебя ненавижу, - прохрипело справа, а сверху угукнуло и добавило:
- Лукашик, я с тобой полностью согласна.
- Заглохните оба, - сморщился я. - Башка и так трещит.
- Кошка, пни это хамло.
- Не могу.
- Чего так?
- Хреново мне, Лукашик.
- Как я тебя понимаю, Гель, - Люк едва ощутимо ткнул костяшками мое плечо, потратив на это последние силы, и тяжело вздохнул. - Хотя бы укуси эту сволочь.
- Сейчас попробую.
Сверху что-то зашевелилось, шеи коснулись сухие губы, и до меня только сейчас дошло почему не мог пошевелиться и кто на мне лежит.
- Кошка, даже не рискуй, - прохрипел я, не в силах сделать ничего больше.
- Заглохни, садист, - обожгло мое ухо, а после в шею снова ткнулись губы. - Лукашик, я укусила, а ему пофиг, - пожаловалась девчонка.
- Кусай сильнее.
- Сейчас, - новый "укус" и сокрушенное. - Все. Я больше не могу. Кто-нибудь дайте водички.
- И мне, - прохрипел я. Поднял освободившуюся руку и попросил, - Бармен, счет, пожалуйста.
Шуточку оценили. Сперва захрюкала Кошка, следом гоготнул Лука, а я прикрыл глаза, проваливаясь в обострившееся и крайне приятное ощущение от улыбающихся в шею губ.
С похмелья вообще не хотелось спорить и даже что-то говорить. Каждый лишний звук рвал всем троим головы, поэтому мутные джентльмены уступили право не менее мутной даме посетить туалет и ванную первой. Сами поползли по стеночке на кухню, где к всеобщей радости нашли на нижней полке холодильника три полторашки минералки. Свою мы с Лукой вылакали и даже немного ожили. Третью, оставленную Кошке, решили не открывать, справедливо решив, что раз бухали на равных, то и с похмельем выгребать без ущемления по половому признаку.
- Пиздец мы вчера дали, - просипел Лука, обводя взглядом ряд пустых полторашек.
- Еще бы вспомнить кому, - шутканул я и зашипел от болезненного взрыва в голове на смех друга.
Поставил вариться кофе и приложил к пульсирующим вискам смоченное холодной водой полотенце. Второе протянул Луке и поддержал его блаженное мычание, стараясь не думать, чтобы мозг хоть немного оклемался перед тем, как начнет восстанавливать утраченные воспоминания. Правда мне особо и не думалось. В башке медленно крутилось как меня “кусала” Кошка, и это воспоминание, зациклившись, действовало похлеще любых таблеток. Минут пять спустя, я уже потянулся за сигаретами и смог сделать глоток крепкого кофе.
- Терминатор херов, - прокомментировал мое воскрешение Люк, дополз до раковины прополоскать полотенце и снова застонал от блаженства.
- Это скил, детка, - ухмыльнулся я.
- Это называется профессиональным свинством, Ден, - выудив сигарету, Лука посмотрел на меня и помотал головой. - Бухали поровну, а отходняки у меня одного.
- Пошел ты.
- Сам иди.
- Сволота.
- Слабак.
- "Анальгин" лучше дай.
- Сейчас я тебе средство получше намешаю.
"Включатель" придумали задолго до меня, но я его малость переработал. Поэтому получившееся зелье очень хреново выглядело по цвету. Что-то больше похожее на варево из использованных подгузников в перемешку с ошметками непонятного происхождения. Только эта мешанина очень эффективно прочищала мозги и снимала похмельный синдром. В баре такое подавать я бы не рискнул - клиенты воротили нос от одного только вида “Включателя” и предпочитали похмеляться пивом, - но Луке протянул, посоветовав не вникать в рецептуру и довериться. Зажав нос, будто от содержимого стакана несло помоями, Люк залпом выпил все до последней капли и растекся по диванчику. Пару минут изображал расплющенный овощь, а после хмыкнул:
- Прикольная дрянь.
- С вас две пятьсот.
- Хрена лысого не хочешь?
- Как-нибудь обойдусь. Кофе?
- Угу.
И пока друг отпивался кофе, я намешал ровно такой же коктейльчик для Кошки и понес его в ванную. Пару раз стукнул в дверь, зачем-то потянул ручку и малость прихренел от того, что девчонка не удосужилась закрыться. Она стояла под струями душа за практически прозрачной шторкой, сквозь
