масштабным сражением с ордой, мы с тобой общались на тему создания автономной системы «Цитаделум», помнишь? — дождавшись моего утвердительного кивка, она продолжила. — Так вот, мы с тобой обсудили такой момент, как дополнительные вычислительные мощности. Хочу обратить твоё внимание, что они нам уже требуются, если ты планируешь развивать цифровое управление Цитаделью.
Из моей груди вырвался тяжёлый вздох:
— Ты уже второй человек, который мне об этом говорит. Вычислительные мощности нужны не только для системы, но и для проекта Николь и для Старка, который сейчас задумал одну очень интересную штуковину. Так что нужно раздобыть их как можно скорее. Думаю, займусь этим уже сегодня, единственное, надо узнать, как обстоят дела у наших разведчиков, — я взял в руки рацию и, зажав кнопку, произнёс: — Галилео вызывает Девятого.
Свободной рукой я несколько раз щёлкнул по мышке, выведя изображение с разведывательного дрона второй рубежа на свой экран.
На мониторе появилась одноподъездная свечка в шестнадцать этажей. Классическое для начала двадцатых годов оформление фасада из бежевого и темно-коричневого силикатного кирпича. Небольшая территория перед подъездом, парковка и детская площадка. Вполне себе стандартный вид типовой застройки. Исключением был лишь небольшой сквер с каким-то памятником в его центре.
— На связи, — отозвался хриплый динамик голосом подполковника.
— Как обстановка? — прокрутив колёсико мышки, я приблизил изображение с коптера.
— Всё нормально, действуем согласно моему плану. Продолжим двигаться ночью, — ответил Гроза.
Мой взгляд бегло осмотрел окрестности, подмечая несколько заторов на перекрасках и явные следы жизни людей, которые сейчас выглядели как мародерские забастовки — разбитые витрины магазинов, груды перевернутого мусора и следы от пожаров.
— А не лучше бы вернуть парней на базу, чтобы отдохнуть здесь? — поинтересовался я, глядя на то, как на крыше высотки, занятой разведчиками, произошла смена караула.
— Рэм, ты хочешь получить воинов или шайку мародёров, млять? Пацаны должны научиться жить за периметром, ебана, а это невозможно будет сделать, если они будут постоянно бегать домой к мамочке, на! Только практика и ещё раз практика, нахуй.
Я усмехнулся:
— Не буду спорить с человеком, который разбирается в этой сфере лучше меня. Ты скажи мне лучше вот какой нюанс: я тут вылазку планирую, и мне нужно знать, какими силами я буду её производить.
— Галилео, — со вздохом произнёс подполковник, — если это не срочно, то на нас пока не рассчитывай. Мы тут ещё на пару дней точно, итить их. Сегодня как раз должны добраться до одного весьма интересного местечка, на. Кстати, попутно мы вытащили немало гражданских. Нужно будет их как-нибудь переправить к нам. Я думал, ты как раз этим и займёшься, а ты вона, на вылазку собрался, млять.
— Понял, в принципе ничего страшного. Тем более что я же не единственный человек в Цитадели, кто сможет справиться с этой задачей. Думаю, что спасение выживших можно будет кому-то и делегировать. Ты мне скажи, что по бешеным, их всё так же много?
— Нет, не много, — отрезал Гроза, — с улиц основная масса ублюдков свалила, но остались мудоебы в домах. Такое чувство, что оставшаяся нечисть решила в них перезимовать. Если хочешь двигаться по дорогам, то это можно делать вполне спокойно, на. Однако не забывай про технику безопасности, млять. На звук они выбегают наружу.
— Это понятно, — отмахнулся я, будто подполковник мог видеть мой жест, — просто я думал делать вылазку с помощью первого рубежа, а теперь придётся обходиться силами других рубежей.
— Кстати, насчёт этого, на, — в динамике повисла недолгая пауза, пока подполковник думал над тем, что сказать, — помнишь, ты говорил про устав?
— Угу, — пробормотал я.
— Галилео, надо пересмотреть некоторые положения и поменять тактику, она слишком неэффективная, млять. Я имею ввиду про роль разведчиков в ней. Но это уже мы сделаем после нашего возвращения.
Я нахмурился:
— Хорошо, а глава первого в курсе?
— Так точно, в курсе.
— А где он сейчас?
— На вылазке, проявил инициативу.
— Понял. Разберемся с уставом по возвращению. Значит, сейчас сформирую отряд для сопровождения гражданских. С вас — координаты и детали. А так держите в курсе, если вдруг что.
— Принял. Конец связи, — произнёс подполковник, завершив сеанс связи.
Надув щёки, я с шумом выдохнул, заведя руки назад. Количество навалившихся дел прижимало к креслу. Желание контролировать каждый процесс соперничало с тягой выйти наружу и принять личное участие хоть в каком-то мероприятии. Это состояние напоминало басню Крылова.
Мне захотелось как можно скорее разобраться с этим, но я понимал, что самое главное — разобраться в своей голове, чтобы понять с какой стороны начинать. Потому я решил немного отвлечься. Рука сама собой потянулась к камере.
— Привет, народ, на связи Рэм, и это «Бункер Теслы». Сегодня у нас седьмое декабря. На улице пасмурно, холодно и осадки могли бы быть, но это южная зима, так что у нас опять плюсовая температура и солнечно, — я улыбнулся в кадр. — Короче, какие дела: мне нужно сегодня порвать задницу, но успеть сделать три важных дела! А именно: обчистить под ноль ближайший дата-центр, притащить спасённых разведчиками людей к нам и каким-то хером придумать как перетаскивать тяжелые вещи для будущей постройки стены. Все эти мероприятия напомнили басню про Лебедя, Рака и Щуку. Так вот, эта троица тянула в разные стороны и нихрена не двигалась с места. У меня сейчас похожая дилемма, которую нужно решать. Естественно, первым делом необходимо понять, как её решать, то есть понять, кем из этой троицы ты являешься, — я призадумался на секунду, — пусть лучше я буду лебедем! Щукой я точно не стану, так как без хвоста плавать неудобно, — я указал на свои ноги, — а вот становиться раком — это уже точно не про меня! — мой ржач разлетелся по ангару.
Боковым зрением я заметил, как все повернулись в мою сторону, дабы посмотреть, что случилось, но, заметив в моих руках камеру, вернулись обратно к своим делам. Каждый, кто уже был хоть немного знаком с моими закидонами, знал, что я часто угораю на камеру. Между тем я продолжил:
— Следовательно, если я лебедь, то, в отличие от остальных, я умею летать. Летать, летать… — шёпот сорвался с моих губ.
Озарение пришло яркой вспышкой из прошлого. Колёса зашлифовали на месте, когда я резко стартанул обратно в сторону мастерской.
