сладко, и я закрыла альбом. Артур рассмеялся, увидев, как я морщусь, как будто от лимона, и сказал:
— А мне нравятся твои стихи.
— Лучше не делай из этого песни. Это нельзя никому показывать.
— Когда влюбляешься, слова из тебя так и прут, это сейчас восторг немного поутих. Но все равно к этому невозможно привыкнуть, да?
Он подошёл ко мне, поправил прядь волос, провел пальцем по губам. И поцеловал. Меня накрыло волной чувств, над которой я только что смеялась. Да, к этому, правда, невозможно привыкнуть.
В два часа Артур сообщил, что я должна идти на тренировку.
— У тебя занятие по зумбе, забыла?
Не хотелось признаваться ему, что я понятия не имею, что такое «зумба», попросила проводить меня. Он не отказался.
Артур проводил меня до фитнес-центра, где я работала. Оказалось, это в пяти минутах ходьбы от дома. Дальше нужно было как-то выкручиваться самой. А как мы обычно решаем свои проблемы? Я погуглила. Зумба — это танцевальная тренировка. Танцевальная, значит, я справлюсь. Я все ждала, может, появится запах книги и покажет мне, как я до этого проводила тренировки. В зале собралось около двадцати человек, запах не появлялся. Это фиаско.
Но за пять минут до начала ко мне подошла девушка:
— Полина, можно я сегодня попробую провести, вы поправите, если что?
Конечно, я согласилась.
Но зря я вообще волновалась. Как только заиграла музыка, мое тело вспомнило движения. Мне так понравилось, оказывается, с помощью танцев ещё и тренироваться можно. Я видела по некоторым девочкам — в начале тренировки зажатые, страшно было двигаться под музыку, а к концу зажигали уже все. Вот это работа мне по душе.
После тренировки меня встретил Артур. Я даже успела по нему соскучиться.
Мы гуляли по городу и подыскивали здание для моей будущий танцевальной школы. Конечно, пока это просто мечты, но почему-то рядом с ним, с его пониманием и поддержкой, я верю, что смогу перепрыгнуть через любую стену.
На обратном пути я поняла, что почти ничего не знаю об Артуре.
— Расскажи, а о чем ты мечтаешь? — попросила я его.
Он поднял в небо наши скрещенные руки.
— Ну главное уже сбылось, хочу заботиться о тебе и дальше. Ещё хочу открыть школу боевых искусств. Рядом с твоей, кстати. Буду конкурентом.
Я, наверное, должна была слышать это не первый раз в жизни, но у меня было такое лицо, что и Артур удивился моей реакции. Он сказал:
— Ну не переживай так, сначала твою откроем.
Артур и боевые искусства. Такие несочетаемые для меня понятия. Конечно, у него спортивное телосложение, широкие плечи и видно, что он занимается спортом. Но он такой заботливый и внимательный. Бой как будто бы не про него.
Меня удивляло, что он все так же заботился обо мне, как и год назад. Приносил чай, помогал надевать куртку, поправлял одеяло. За день Артур ни разу не сказал «я люблю тебя», но я постоянно это чувствовала. Все дело в этих незаметных мелочах. Наверное, любовь — это больше не то, что мы говорим, а то, что мы делаем.
Перед сном, обнимая Артура, я боялась, что завтра вернусь обратно, что все это покажется мне одним большим сном.
И в то же время я понимала, что это скоро закончится. Потому что нет смысла смотреть «будущее» дальше, на все вопросы я уже давно получила ответы. Для нас с Артуром я сделаю все возможное, чтобы мы любили друг друга так и дальше, я уверена, и он чувствует то же самое, это и есть судьба. На прощание перед долгой разлукой (я была уверена, что мы ещё увидимся) я сказала ему:
— Ты единственный, с кем я хотела бы прожить эту жизнь. И все другие возможные жизни.
Глава 26
Я снова в своей комнате. Книга у меня в руках, только страницы пустые, даже та надпись исчезла. В окно ударил сильный поток воздуха, я испугалась, отвернулась, а когда повернулась обратно, книги уже не было, но я уже ничему не удивляюсь. Подумаешь, книга растворилась в воздухе — это пустяк по сравнению с тем, что я пережила за последние дни.
Я быстро встала и побежала к бабушке в комнату. Она сидела на диване, читала вечернюю молитву. Я резко обняла ее, чем, конечно, испугала.
— Что такое, что случилось?
Я не могла ничего сказать, все равно она не поймёт. На глазах незаметно появилась слёзы.
— Бабушка, пожалуйста, давай с тобой сходим на диспансеризацию, обещай мне, что ты пойдёшь со мной прямо завтра. Если сходишь — я обязательно найду тебе Васю Воронкова, договорились?
Бабушка не возражала, а я говорила без остановки и приводила разные доводы, как будто набрала в рот слов и никак не могла их выплеснуть обратно. Они не заканчивались. На шум в комнату зашла мама.
— Полина, что происходит, ты уроки делать сегодня будешь?
Я проигнорировала слова мамы, теперь-то я знаю, какой она может быть, и мне все равно на ее страшный панцирь, пусть бурчит сколько захочется.
Я подошла, поцеловала маму в щеку и сказала, как маленький ребёнок:
— И я тебя тоже люблю, мамочка. Конечно, все уроки сделаю.
Я хотела продолжить и сказать ей, что буду заниматься танцами, поступлю в Санкт-Петербург, но потом подумала — не время. Отложу разговор на попозже. Сначала я должна сделать выбор. Ответить двум парням, которые ждут моего решения, как приговора.
Я зашла в «ВКонтакте». В новостях высветилась цитата с картинкой, которую репостнул кто-то из друзей. Почему-то внимание задержалось, и я начала читать вслух: «У человека две жизни, и вторая начинается тогда, когда человек осознаёт, что жизнь у него только одна». Не люблю мудрости из интернета. Но эта попала в точку. Сегодня, благодаря книге «Судьба выбора», начинается моя вторая жизнь. Раньше я думала, что можно ошибиться, неправильно выбрать, и дороги назад не будет. Теперь я поняла, что ошибиться нельзя. Все, что бы я ни выбрала — это то, отчего я могу потом оттолкнуться и прийти туда, куда нужно. Принять решение — это не значит попасть в десятку или проиграть. Жизнь — это путь, и мы не можем, не выходя из дома, узнать, что нам подходит
