разрешил он.
– Считается, что до восемнадцатого века женщинам не дозволялось открывать магию дальше стихии Земли. Но вы сейчас сказали, что Ольга сожгла Искоростень. Сожгла магически, став первым упоминанием использования стихии Огня на нашей территории.
Дедок удивленно моргнул. Я уже думал, что он сейчас скажет «Звиняйте, попутал», но лектор снял очки с толстыми плюсовыми линзами с носа и принялся с задумчивым видом натирать их. Потом проверил на свет чистоту стекол, водрузил конструкцию обратно на нос и заговорил:
– Хорошее замечание, господин?..
– Мирный, – подсказал я.
Лектор усмехнулся.
– Мирный, конечно, как я не догадался, – пробормотал он. – Да, хорошее замечание, господин Мирный. Считается, что Ольга владела неженским набором стихий. То есть Вода, Воздух и Огонь. И да, это не традиционный порядок. Однако важно помнить, что считающийся традиционным, современный порядок открытия стихий был сформирован относительно мировой истории без году неделя, чтобы у студентов была возможность адаптироваться к своему дару. Во времена, когда не было никаких научных изысканий, а из медицины имелись лишь молитва и подорожник, выживаемость среди магов была крайне низкой. Большинство из них убивал собственный дар. И выбор открываемой стихии – одна из причин, если не основная, такой высокой смертности. С точки зрения истории языческие пантеоны богов – это просто набор магов с одной стихией. Возможно, самых первых магов. А те участники мирских событий, что упоминаются в трех мировых религиях, предположительно владели какими-то запредельными дарами. Эфир или выше, хотя теория магии не подтверждает и не опровергает этого.
То есть при особом желании колоду можно тасовать в любом порядке. Правда, может оказаться, что вместо преферанса ты играешь в русскую рулетку, но тем не менее. Стихии можно открывать не только по установленной в ИМУ очередности.
– Спасибо, – ответил я, обозначив, что получил ответ на свой вопрос.
– Ну, если вопросов больше нет… – лектор окинул взглядом студентов, которые, кажется, даже не просыпались на нашу беседу. – Продолжим.
И снова по аудитории потекло его размеренное «бу-бу-бу».
Москва, бойцовский клубАлександр Мирный
Второй рабочий день Бойцовского клуба случился примерно через неделю после первого. И надо сказать, подготовлен он был более тщательно, потому что уже не было необходимости судорожно останавливать студенческую потасовку. Теперь господа левые и господа правые жаждали начистить друг другу рыльце в порядке живой очереди.
Кроме того, в этот раз публика была более неоднородной. Не все студенты решили участвовать в нашем прекрасном тотализаторе второй раз, поскольку поистратились на первом. Но вместо учащихся магического университета прибыло много других, тоже юных и горячих.
Я смотрел за ними по камерам и размышлял о том, что возраст основной аудитории этого заведения где-то в районе двадцати. Правда, что революции делаются руками юных, неокрепших умов. Когда еще никакого критического мышления не развито, своего ничего не нажил, а родительское как свое не воспринимается.
Только чистая придурь в башке и силушка богатырская в руках.
В дверь кабинета вежливо постучали, и я свернул все окна в компьютере.
– Войдите.
Дверь распахнулась, и в комнату вошел, нет, не вошел – протиснулся мужчина. Он был таких впечатляющих габаритов, что у меня даже сами собой закрались мысли, не затесался ли в родственники парню Поддубный.
– Добрый день, – исподлобья поздоровался мужчина.
– Здравствуйте, присаживайтесь, – вежливо пригласил я гостя.
Мужчина садиться не стал. Он вообще замер посреди помещения, смотря на меня недобро, излучая скрытую агрессию.
– Вас зовут?..
– Антон Плотников, – процедил гость.
А, это тот, который по пьяной дури заложил кусок отцовской земли где-то в бескрайних просторах Сибири-матушки. Кусок земли, как назло, кормил три поколения семьи Плотниковых, так что пришлось выкручиваться.
Ловким движением фокусника я достал из ящика стола его расписку и придвинул в сторону гостя по столешнице.
– Ваш документ.
Плотников покосился на бумагу, но брать не спешил.
– И чего ты за него хочешь? – спросил мужчина.
– Вообще, я не против мира во всем мире, но конкретно сейчас хотелось бы побыстрее завершить нашу беседу, – усмехнулся я.
И тут господин Плотников вспылил. Собственно, сразу стало понятно, как так его развели и на выпить, и на заложить землицу – дури много, а мозгов недодали.
– Я с тобой, щенком, дел вести не буду! За-ради сопляка шею подставлять я не собираюсь!
Господи, когда я уже перестану выглядеть как вчерашний школьник? Это прямо очень мешает моему социально-экономическому прогрессу…
– Ты расписку берешь или нет? – спросил я, оставив все попытки провести культурный диалог.
Мужчина подошел к столу, схватил бумагу, развернул и, пробежав глазами по содержимому, громко выдохнул. Но вместо заверений в вечной любви и своем искреннем расположении этот идиот решил покачать права.
– Я на Грифа отпахал больше года! – заявил он. – Столько денег заработал, а мне – ни рубля!
– Соболезную, – сухо ответил я, чувствуя, что ничем хорошим конкретно этот акт моей доброй воли не закончится.
– Соболезновать будут твои родственнички, если ты мне эти деньги не отдашь, – оскалился вольноотпущенный боец.
Нет, решительно надо что-то сделать с рожей, а то я слишком добреньким кажусь как будто.
Плотников меж тем решил подкрепить свое намерение действием и попытался перегнуться через стол, чтобы схватить меня. А в следующее мгновение бедолага взвыл, потому что тянущаяся ко мне лапища оказалась проткнутой толстой ледяной иглой.
Мужик взвыл, мгновенно отдернув руку и прижав ее к себе.
– Шел бы ты отсюда подобру-поздорову, – проговорил я, чувствуя невероятное раздражение. – А то ведь следующую сосульку могу тебе и в глаз вогнать.
Плотников пялился на меня, как на внезапно заговорившего о мудрых вещах младенца.
– Или ты думаешь, что если за столом сидит пацан, он тут кем-то для красоты посажен? – продолжил говорить я. – Я что, девица, что ли, собой помещение украшать?
Мужик начал потихоньку пятиться, я же решил его замотивировать и сформировал в руке ледяное лезвие.
– Считаю до одного, – произнес я, и Плотников рванул на выход.
Лишь когда за ним захлопнулась дверь, я развеял технику и откинулся на спинку кресла.
– Дебил, – раздраженно произнес я, с недовольством рассматривая пятна крови в комнате.
Пришлось колотить текстовое сообщение:
«Афина, нужна уборщица. Я тут немного намусорил»
Девушка, видимо, была в приподнятом настроении, так что ответ пришел с кучей улыбочек:
«Убираем трупы или пыль?)))»
Вот ведь женщина! Совсем не понимает разницу между бессмысленной жестокостью и разумными педагогическими действиями.
«Никто не гадит у себя дома. Просто намусорил, нужно убрать»
Потом подумал и отправил еще сообщение:
«Убрать кровь»
Афина не отвечала, и я развалился в кресле, размышляя, что если каждый из кабальников Грифа будет вот таким сказочным кретином, то к концу сезона тут неминуемо появится пара трупов.
«Афина,
