на встрече решил поприсутствовать его отец, Илья Алексеевич Лобачевский.
– Добрый день, – поздоровался первым Лобачевский-старший и протянул мне руку для приветствия.
– Добрый, – ответил я на крепкое рукопожатие.
– Андрей рассказал мне о вашем интересе к нашим ресурсам, – начал Илья Алексеевич, когда мы уселись в переговорной друг против друга. – Это очень необычное предложение, если честно, так что простите мне мое любопытство и присутствие.
В «любопытство» главы рода тут если кто и поверил, то только Василиса. И то не факт: она улыбнулась настолько профессионально вежливо, что я аж восхитился. Наверняка Илья Алексеевич решил проконтролировать отпрыска, что в целом и верно, и не очень. С одной стороны это, конечно, правильно. С другой – мы у них взаймы не брали, что тут могло пойти не так?
– Тогда давайте приступим к обсуждению? – предложил я.
Присутствующие согласно закивали, и Василиса взяла слово.
Девушка очень сжато и в урезанном виде передала суть проекта, о чем я просил ее заранее. Несмотря на благородство, которым кичились аристократы, мне бы не хотелось, чтобы кто-то ушлый с большим широким набором ресурсов обогнал нас в разработке первой социальной сети.
– Таким образом, нам требуется вот такое количество специалистов вот такой квалификации, – закончила Василиса свою речь.
– На какой срок? – уточнил Андрей.
– Предварительно на год с возможностью продления аренды, – ответила Корсакова.
– Год – это приемлемо, – согласно кивнул боярич. – Вы будете размещать сотрудников на своей территории?
– Мы хотим предложить вашим специалистам гибридную форму работы, когда они сами выбирают, какое количество дней находятся в офисе.
Лобачевский-старший мгновенно оценил идею, я это понял по глазам мужчины. Но вопрос он задал в слегка снисходительном тоне:
– Экономия на аренде?
– И это тоже, – спокойно ответил я. – Но в основном нам близка по духу ваша идея создания комфортной рабочей среды. А что может быть комфортнее, чем работа в кафе или на любимом диване?
А еще работа вне офиса растягивает рабочее время в бесконечность. Но вам об этом лучше не знать.
– В целом не вижу препятствий, – согласовал наше предложение Илья Алексеевич. – Это все нюансы?
– Есть еще один чисто формальный момент, – улыбнулся я. – Мы хотим подписать с вашей компанией в целом и всеми предоставленными сотрудниками в частности соглашения о неразглашении. А также о том, что все результаты работ принадлежат нашей компании. Все-таки у нас сфера интеллектуальной собственности…
У Лобачевского-старшего на мгновение глаза хищно сощурились, а затем он коротко хохотнул:
– А Нарышкин был прав, ты очень умный парень! Это мне на самом деле нравится даже больше вашей безумной идеи, – заявил боярин. – Так что, когда вы прогорите, я с удовольствием возьму вас обоих на работу. У Василисы высокие профессиональные качества, а у вас, Александр, задатки прекрасного управленца.
Корсакова возмущенно вспыхнула, но промолчала. Я же вежливо улыбнулся: становитесь в очередь, Илья Алексеевич.
Куда только деваться от этих щедрых предложений, ума не приложу.
– Мы направим вам проекты документов завтра до обеда, – пообещал Андрей, прощаясь с нами в холле, и негромко добавил: – Не принимайте близко к сердцу слова отца. Он много интересных проектов на своем веку повидал, но почти никто не выжил.
– Мы его удивим, – пообещал я.
– Уф-ф-ф! – шумно выдохнула Василиса, едва мы оказались на улице.
– Да, денек был напряженный, – согласился я. – Не хочешь поужинать? Я последний раз ел на завтраке в университете.
– С удовольствием, – улыбнулась Корсакова, и я предложил ей локоть.
Первый шаг к семейному благополучию был сделан, и это стоило отметить.
Глава 21
В этой Москве тоже имелась Новая Москва. Это был небольшой район высоток из стекла и бетона на набережной, очень напоминающий Москва-Сити. Только этажность у зданий поменьше, форма поизящнее, а в центре вместо огромного торгового центра разбит парк. Полагаю, очень красивый в сезон, но осень уже ободрала большую часть листьев, и только регулярно перестилаемый газон бодро держался в зеленом цвете.
В местных реалиях это был проект фракции Промышленников, которым хотелось козырять перед иностранными коллегами свежими креативными решениями. В целом этот вариант небоскребов мне нравится больше того, да и внутри как-то поуютнее. Возможно, сказывалось личное отношение владельцев башен – они регулярно наведывались на стройку и раздавали люлей нерадивым дизайнерам, архитекторам и рабочим на местах.
В одной из таких башен и располагался ресторан со скромным названием «Высота», куда я и привел Василису. Об этом интересном местечке мне рассказала Мария Нарышкина, как самая активная тусовщица нашей компании.
Ну, или бывшая тусовщица. Тут уж зависит от того, как Меншиков постарается.
– Добрый день, у вас заказан столик? – радостной дежурной улыбкой встретила нас хостес.
– Да, на имя Александра Мирного, – кивнул я.
Девушка сверилась с планшетом и пригласила нас следовать за ней.
Приехать самому все проверить времени у меня не было, но я успел прощелкать фоточки в интернете. Что мне понравилось у «Высоты», так это интерьер. Все было сдержанно, строго – такой суровый шик. Без давящей бессмысленной роскоши, чем часто грешили местные элитные заведения.
Несмотря на вечер, ресторан был заполнен примерно наполовину – сказывался будний день. Разделения на благородную и неблагородную публику здесь если и присутствовало, то очень незаметное глазу. Все-таки сказывалось, что принадлежит квартал вообще и заведение в частности просто богатым людям, а не богатым аристократам.
Столик наш располагался возле окна, и вид открывался потрясающий. Бывал я однажды в свое время на высоких этажах в Сити, так вот праздничный фейерверк в таких местах можно наблюдать сверху вниз.
Темнело сейчас рано, в городе уже зажглись фонари, и контрастная картинка за окном создавала настроение праздника. Впрочем, нам действительно было что праздновать.
Вежливая, строго одетая официантка принесла нам меню в красивых, тяжелых кожаных обложках и отошла в сторону, ожидая, когда мы будем готовы сделать заказ.
Пролистав несколько плотных страниц, я быстро выбрал себе борщ на утке, стейк с овощами на гриле и баночку черной икры на десерт. Помню, в детстве отец привез из Астрахани черную икру, и это была самая вкусная икра в моей жизни. Ее можно было намазывать, словно масло, на кусок хлеба. Наверное, я такое больше в жизни не пробовал, но дать шанс мажористому ресторану хотелось.
Василиса была более консервативна: салатик, какое-то скучное горячее в буханке хлеба, кусочек шоколадно-миндального торта на десерт.
– Напитки? – уточнила официантка.
– Чай? – как-то неуверенно произнесла Корсакова, заставив меня посмеяться.
– Девушке к десерту чай, да, – произнес я, обращаясь к официантке. – А вообще, нам бы какого-нибудь игристого.
– Мы можем предложить вам вина европейских домов или отечественные, – медленно проговорила девушка, после чего доверительным тоном
