Читаем без скачивания Измена. За что ты так со мной (СИ) - Дали Мила

— Лили, что у нас с банкетом? Надеюсь, все готово? — спрашиваю ее, подойдя ближе.

— Все в полном порядке, — успокаивает она. Я, кивнув, уже хочу уйти, но секретарша вдруг задерживает меня. — Подожди. Я давно хотела вас познакомить.

Непонимающе хмурюсь, а Лили оборачивается к крепкому мужчине в темном костюме. Он стоял к нам спиной и о чем-то беседовал с гостем, но Лили отвлекает его от разговора, осторожно пробарабанив пальчиками по мощному плечу.

Мужчина оглядывается, а у меня от этой встречи весь окружающий мир будто пошатнулся, как от землетрясения.

Подумать только — Суворов. Собственной персоной. Здесь.

Его я совсем не ожидала увидеть на показе. Кроме того, не встретившись с Захаром лицом к лицу, я бы вряд ли его узнала. Так необычно видеть этого мужчину в деловом костюме и рубашке.

Это не восхищение, а факт. Захар выглядит безупречно, как и подобает бизнесмену. Такой серьезный, статусный человек. Он величествен и строг и будто только занимается предпринимательством, а не задирает чужие женские юбки.

Захар впивается в меня пристальным взглядом. Его веки один раз вздрогнули, а в глазах промелькнула немая растерянность.

Кажется, не только мне неприятна эта встреча.

Впрочем, у Суворова это была лишь секундная слабость. Потому что вскоре он прячет свои эмоции за пафосно-официальной маской.

Его голубые глаза, в которых когда-то отражалось пламя свечей, горевших тем вечером, когда Суворов устраивал для меня романтическое свидание, сейчас обжигают холодом.

Он настолько безразличен ко мне, будто не предлагал покровительство, не пытался купить мое расположение и никогда не хотел меня…

— Захар, познакомься, это Катрин, моя дорогая приятельница и коллега, — восторженно говорит обо мне ни о чем не подозревающая Лили. — Чудесная девушка. — Переводит взгляд на Суворова. — А это Захар, мой муж и самый бдительный оберег от любых поклонников!

Ревнивец, что ли? Собственник? Или Лили так шутит? Она любит пошутить.

Я, застыв в ступоре, молча смотрю на Захара, только сердце колотится сильно. Невольно вспоминаются ощущение опасности, когда Суворов приставал ко мне в своем кабинете.

— Добрый вечер, Катрин, — говорит Захар формальным тоном и протягивает руку. — Приятно познакомиться.

У меня по спине ползет холодок.

— Здравствуйте, — запоздало реагирую я. — Взаимно.

— И как вам здесь работается? Моя жена света белого не видит из-за занятости.

Ему правда интересно? Или что-то взыграло в нем, ведь я променяла должность администратора на сотрудничество с Кирияновой.

— Отлично. Лучше, чем где-то еще, — сухо говорю и спешу перевести внимание на Лили, иначе могу покраснеть. — Я пойду.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​— Беги, — понимающе кивает Лили. — Я тоже скоро подойду.

Конечно же, Суворов прикинулся, что не знает меня. Какой, оказывается, он талантливый актер, когда рядом его жена.

Я ничего не стала говорить Лили о его интрижках. Страшно вмешиваться в чужую семью, там более у них маленькая дочь. Я видела девочку на заставке смартфона Лили.

Раскрыть Захара легко, но я не представляю, что будет с Лили после. От такого горя, как измена, умереть можно. А вдруг она знает или хотя бы подозревает о похождениях мужа, и, рассказав ей о том, что Суворов приставал ко мне, Лили бы затаила обиду на меня? Вдруг бы обвинила меня? А нам вместе еще работать…

До начала показа остается тридцать минут. Почти все приглашенные уже собрались в зале. За кулисами ко мне подходит Натали и отдает папку:

— Отнеси, пожалуйста, текст рекламы спонсоров ведущему, я не успеваю — моделей надо еще проверить.

— Да, хорошо.

Забрав у нее папку, иду к боковой лестнице у сцены.

Окидываю взглядом зал, ища самое родное и дорогое сердцу лицо Давида.

Однако вместо радости испытываю резкое отвращение и растерянность, когда замечаю на месте одиннадцатого спонсора Демидова, а рядом с ним сияет улыбочкой Кристина.

На бывшей соседке яркое красное платье из трикотажа, обтягивающее фигуру и подчеркивающее округлившийся живот. Мне мерзко видеть ее беременность. Пока Тимофей чем-то занят, уткнувшись в телефон, Кристина как сойка вертится по сторонам и разглядывает прибывших мужчин.

На языке так и вертятся слова: «Успокойся уже и не ищи себе партию повыгоднее, Тимофей тебя бетонно застолбил. На полгода точно, пока в животе ребенок».

Кристина поднимает правую руку, поправляя волосы, и на ее безымянном пальце что-то блестит. Кольцо? Неужели Демидов все-таки сделал ей предложение?

У меня в горле собирается горький ком.

А может, организаторы допустили ошибку? Вдруг их не должно быть на показе? Тогда сразу же побегу к охране и попрошу вывести Кристину и Тима, чтобы атмосферу в зале не портили.

Вспомнив о папке, открываю ее и наспех перелистываю страницы. Проклятье. Демидов в последний момент предложил Кирияновой спонсорство в обмен на рекламу. На страницах даже текст приготовлен о его фирме по грузоперевозкам.

Узнаю бывшего мужа. На семью он жалел денег, но ради пиара его кошелек всегда открыт.

Затаив надежду снова мечусь взглядом по залу. Давида нет. Не приехал, хотя обещал. Расулов держит слово. Он не мог обмануть…

Окольными путями доставляю ведущему папку и опять прячусь за кулисами. Начинается показ. Из колонок звучит музыка. За сценой толпятся наряженные модели.

— Катрин, — ко мне со спины подходит Кириянова, — не топчись без толку, у тебя новая задача.

— Внимательно слушаю, Эльвира Леопольдовна.

— Я не доверяю обслуживание здешним официантам. Поэтому спускайся в зал. Будешь любезно стоять возле спонсоров с подносом и предлагать им напитки во время показа.

— Я? — тяжело сглатываю. — Где стоять?

— Между десятым и одиннадцатым креслом.

Подсчитав кресла с ужасом понимаю, что Кириянова хочет отправить меня стоять возле Кристины. От одной только мысли, что мне придется улыбаться этой нахалке, внутренности в животе начинают скручиваться.

— Эльвира Леопольдовна, неужели больше некому?

Она приподнимает бровь:

— А у тебя есть возражения? Взгляни, я уже послала девушек помогать гостям, — она взмахивает рукой в сторону зала.

Сказать Кирияновой слово против никто не имеет права. Это известно всем, однако я не могу так унизиться. Сделаю что угодно, только не ухаживать за любовницей мужа.

— Не к этим людям… К ним не пойду.

Эльвиру явно не устраивает такой расклад.

— Откуда в тебе взялось чванство? Прикуси язык и делай, что говорят. Они важные люди.

— Они твари, Эльвира Леопольдовна.

Кириянова смотрит на меня так, что по одному ее взгляду стало понятно — после показа буду писать заявление по собственному желанию. Это в лучшем случае. В худшем — меня выкинут со скандалом.

Но я не могу заставить себя выйти и прислуживать Кристине. Ни за какие деньги. Даже если завтра буду вынуждена побираться. Не ей…

— Ты меня очень огорчила и подвела, Катрин, — начальница разворачивается и шагает прочь.

Расстроенно потоптавшись, кидаюсь за Кирияновой.

— Постойте, я объясню! — догнав женщину, встаю перед ней, преградив дорогу. — Вы же меня знаете, я всегда выполняю работу на совесть, но тот человек в зале — мой бывший муж, а девушка — его любовница. С ней мне изменял Тимофей прямо за стенкой, ей заделал ребенка. Из-за нее выгнал меня из квартиры. Поймите меня, пожалуйста.

— Это не повод не выполнять мои указы, — отвечает она холодно.

Конечно, железная леди. И на что я надеялась?

— Ясно, — вздыхаю, прячу от Кирияновой поледеневшие, дрожащие руки. Опускаю глаза, скрывая слезы разочарования. — Вы меня уволите.

Но Эльвира не уходит. Прищуривается и очень внимательно окидывает меня взглядом с ног до головы.

— Ты сейчас напоминаешь меня тридцать лет назад. Такая же подбитая лебедь, — ее голос неожиданно смягчается. — Мне тоже изменял муж, лупил, издевался. Знаешь, а у меня ведь сохранилась мечта. Возможно, с твоей помощью я ее наконец исполню.