Читаем без скачивания Измена. За что ты так со мной (СИ) - Дали Мила

— Мечту? — осторожно переспрашиваю я.

— Да. Я всегда хотела утереть нос мужу, чтобы он пожалел. Только не было у меня ни Модного дома, ни денег, ни публики. Конечно, сейчас его в зале нет, но зато есть твой муж. Ты готова, Катрин?

— Ради вас — на все, Эльвира Леопольдовна. Но что мне нужно делать?

— За мной! — решительно командует Кириянова.

Она заводит меня в гримерку, где переодеваются модели.

— Милана! — окрикивает длинноногую девушку Эльвира. — Не надевай финальное платье. Сегодня моим ангелом будет Катрин.

От ее слов меня охватывает и шок, и ужас, и восторг.

— Я же не модель, — тихо напоминаю начальнице, — я не умею дефилировать. Это огромный риск — выпускать меня на подиум.

Кириянова усмехается.

— Кто не рискует, дорогуша, тот не пьет сама знаешь что! А я пригубить бокальчик-другой не против. Кроме того тебе не нужно обладать особыми навыками. — Развернувшись, берет меня за руки. — Просто выйди и дай понять этому засранцу, что он не бросил тебя, а потерял!

И на меня накатывает какое-то воодушевление. Неужели огненная энергетика Кирияновой так подействовала?

Все мои комплексы будто выцвели, я на время забываю о них. Мне действительно захотелось блеснуть. Засиять бриллиантом впервые в жизни, а не стоять привычно на вторых ролях.

— Я отомщу, Эльвира Леопольдовна.

— И правильно. А я с наслаждением посмотрю!

Эрик с огромным энтузиазмом и безграничным уважением к мнению Эльвиры Леопольдовны берется за работу со мной. Лично завивает мои волосы в воздушные волны. Подчеркивает глаза темной тенью, наклеивает ресницы. Улучшает черты лица румянами и хайлайтером.

— Губы накрась ей алым, — приказывает Кириянова, — чтобы даже с дальних рядов было видно, как она улыбается.

Когда мне показывают платье, я не могу сдержать восторг и ахаю. Оно будто сшито из миллиарда маленьких льдинок. Без рукавов, с манящим декольте. Когда его надеваю, свет преломляется и создается впечатление, что светят не лампы — свет исходит от меня…

Ритмичная музыка в зале меняется на таинственную — мой выход. И я, затаив дыхание, иду, не чувствуя под собой ног. Не описать словами, что я ощущаю! Захватывающее дух чувство, как при свободном полете.

Все софиты и внимание устремлены на меня. Я улыбаюсь как никогда прежде — широко и свободно. Мне так хорошо и легко сейчас, что на коже появляются мурашки.

Я не тороплюсь, даю возможность рассмотреть гостям платье и меня. Аккуратно кручусь, меняю позы.

На середине подиума вспоминаю о мечте Эльвиры Леопольдовны и поворачиваюсь к креслам, где сидят Кристина и Тимофей.

Кристина скрещивает руки на груди, прищуривается. А я снова улыбаюсь, едва не хохоча. Сейчас мы точно каждый на своих местах. Смотрю на любовницу сверху вниз, а она на меня. Кристина не выдерживает первая и отводит глаза в сторону.

Да, именно сегодня каждый на своих местах. Я наверху, словно белая птица, взмывшая под самые небеса, а Кристина внизу, как и положено рептилии.

Перевожу взгляд на бывшего мужа.

Что, не ожидал увидеть меня в роли модели? Не думал, что в погоне за пиаром и славой встретишь тут свою «зашуганную, скромную домохозяйку»? Теперь на моем фоне твоя Кристиночка похожа на отекшую бабёнку с недовольной кислой миной. Ее даже не увидеть рядом со мной.

И я ликую. Честно слово!

Наблюдая, как вытягивается от удивления морда Тимофея. Он будто не верит, что я могу быть такой. Смотри, смотри, идиот несчастный. Запомни меня такой, потому что другого случая полюбоваться больше не будет.

— Ты потерял меня навсегда, — говорю тихо.

Но Тимофей понимает, прочитав по губам, и в его глазах мелькает раскаяние.

Подсолнух тянется к солнцу, а мухи летят на дерьмо. Демидов был по натуре жужжащей мухой, не способной оценить чудный аромат и сладость солнечного цветка. Он постоянно искал себе бутон получше, пока однажды не вляпался в дерьмо, переступив порог квартиры соседки. Там и увяз. Там ему и место.

Насладившись триумфом, я иду дальше, оставляя Тимофея и Кристину позади, а вместе с ними и жажду мести. Остановившись на краю подиума, растерянно оглядываю зал и…

Не вижу того самого человека, который вылечил мою истерзанную душу, ради которого мне хочется дышать.

В темноте зала, на противоположной стороне подиума замечаю движение.

Оборачиваюсь туда и, наконец, вижу Давида. Он поднимается ко мне, держа в руках охапку алых роз. Охрана ему не препятствует, а расступается.

Невозможно за всем уследить, но интуиция подсказывает, что обо всем позаботилась сама Эльвира Леопольдовна.

— Ты великолепна, — шепчет Давид, остановившись рядом со мной.

Я в приятном шоке, не знаю, что делать: принять цветы или обнять Давида? Я выбираю его, крепко прижавшись к родному мужчине. Вдыхаю его аромат. Самый лучший.

Овации из зала оглушают. Вспышки камер репортеров слепят глаза. Похоже, наша лавстори отлично зашла модной публике!

Неудивительно, что на банкет семейка Демидовых не осталась. Едва завершился показ и закончились благодарности спонсорам, как парочки и след простыл…

А в ресторане чудесная атмосфера. Играет тихая музыка, гости празднуют. Настроение у всех замечательное. Я, с позволения Эльвиры Леопольдовны, все еще выгуливаю ее платье.

Я, Давид, Лили и Суворов стоим отдельной компанией. Нам с Захаром неловко быть рядом, но нас всех вместе собрала Лили.

— Подумать только! — удивленно восклицает она. — Давид, каким боком ты спелся с Кирияновой? Это она тебя наняла, чтобы вы с Катрин всех разыграли?

Переглянувшись с Давидом, смеемся. Расулов уже по-хозяйски кладет руку мне на поясницу, от чего брови Лили взлетают на лоб.

— Мы действительно вместе.

— Вот как? А почему ты ничего мне не сказал? — с легкой обидой выпаливает она. — Ладно — Катрин, но ты-то знал, что мы вместе работаем. Зачем скрывал?

— Всему свое время, Лиль. И, кстати, я прямо сейчас решил исправиться, поэтому торжественно заявляю тебе о приглашении на нашу с Катей свадьбу. Вот. Ты узнала об этом первая.

И правда первая.

Не понимая, поворачиваю лицо к Давиду, наблюдая, как он достает из внутреннего кармана пиджака бархатную коробочку.

— Давид? — изумленно шепчу.

— Ты станешь моей женой, Катёна?

Растерявшись, хлопаю глазами. Раньше я думала, что Давид предсказуемый мужчина, от которого не нужно ждать сюрпризов. Похоже, я поторопилась с выводами. Беру свои слова обратно.

— Да…

— Люблю тебя.

И ему все равно, что о нас подумают люди на этом светском мероприятии. Впрочем, как мне в эту секунду абсолютного счастья. Давид надевает мне на палец кольцо с бриллиантом и нежно целует в губы.

— Поздравляю, — сухо выдавливает Суворов.

— Спасибо, Захар, — оторвавшись от губ любимого радостно отвечаю.

Давид предложением так осчастливил меня. Этих эмоций хватит, чтобы простить Захара за прошлое.

ЭПИЛОГ

Месяц спустя

Мой первый выход на подиум выстрелил прямо в цель.

Платье на мне было удачное, и еще, возможно, я, будучи не профессиональной моделью, не умела держаться по правилам, когда демонстрировала наряд, а вела себя так, как подсказывало сердце. Еще и Давид вышел ко мне с букетом, обнял у всех на глазах.

Это было нестандартным решением для Кирияновой и рискованным.

Однако оно вызвало большой интерес. Я запомнилась.

Спустя пару дней телефон в Модном доме разрывался от звонков. Светские модницы звонили и просили сшить для них такое же платье.

Эльвира Леопольдовна, обладая острым коммерческим чутьем, сразу же просекла фишку и предложила подписать еще один контракт, в котором предлагала мне на три года стать лицом Модного дома.

Я не стала упускать возможность и согласилась.

Кириянова организовала фотосессию, на которой я чувствовала себя настоящей звездой.

Вскоре билборды с рекламой Модного дома стали появляется на улицах города. Эльвира Леопольдовна знает, как продвигать свое дело.