сильной головной болью и прижатой к глазам ладонью. Это гром меня разбудил? Я не могла точно сказать, действительно ли что-то гремело или это были остатки кошмара.
Грозы не наблюдалось. В комнату струился лунный свет, и мне казалось, что в моей голове кто-то кричит.
Прошлой ночью я не чувствовала себя нетрезвой – просто удивительно. Я выпила, наверное, две с половиной маленькие рюмки волшебного вина, что, по-моему, было не так уж много. Но, очевидно, вино фейри оказалось очень обманчивым. И, как всегда, когда слишком много выпивала, я просыпалась ни свет ни заря.
Мои мысли сразу же вернулись к поцелую с Торином, и пульс участился при одной лишь мысли об этом.
В голове снова заорал голос, и я зажмурилась.
Но это ведь на самом деле не у меня в голове? Кто, черт возьми, кричит?
Я заставила себя встать с кровати и направилась в комнату Шалини. В лунном свете я разглядела, как она сидит в постели и трет глаза.
– Что происходит? – пробормотала она. – Который сейчас час?
Я подошла к двери и приоткрыла ее. Крики эхом отражались от стен замка, и я увидела, как по темному коридору на звук бежали стражники.
Я захлопнула дверь и снова повернулась к Шалини.
– Думаю, кого-то ранили. Но там полно стражи на случай, если появится незваный гость.
С колотящимся сердцем я подошла к оставленной у входа рапире.
Осторожно приоткрыла на дюйм дверь и снова выглянула наружу. Стражники исчезли в каком-то помещении. По камням плясали тени. Крики смолкли.
По коридору двигались силуэты, и в свете факелов я узнала принцесс, которых, как и меня, разбудили вопли. Спутанные волосы рассыпались по их ночным рубашкам. Я узнала крадущуюся вдоль стены темноволосую девушку из Красных Колпаков с округлившимися от страха глазами и тыквенно-фиолетовые локоны Этейн.
– Что, черт возьми, происходит? – спросила она громким шепотом.
Я на цыпочках вышла в коридор, и холодный ужас сковал меня изнутри.
– Что случилось? – Я осторожно приблизилась к двери, за которой скрылись стражники, и заглянула через чье-то плечо, чтобы посмотреть, что произошло.
Сквозь напирающую на дверь толпу я увидела женское тело. Женщина лежала лицом вниз, ее белые волосы разметались, как лепестки сломанного цветка, а белая ночная рубашка была испачкана кровью. Между лопатками торчала богато украшенная рукоять ножа.
– Это принцесса Алиса, – сказала я. Ее тело не двигалось.
В голове крутились обрывки нашего предыдущего разговора, и мне стало грустно. Алиса казалась милой, совсем не похожей на остальных безжалостных фейри.
Аэрон склонился над ней и развел руки в сторону.
– Никому не подходить ближе! – рявкнул он, а затем обратился к другим охранникам: – Как это могло случиться, когда у ее двери стояла охрана, а мы патрулировали коридор?
Солдат с темными волосами покачал головой.
– Никто не входил в ее комнату.
– И никто из вас не видел, как кто-то проходил мимо?
Кожу обдало ледяной магией, и зубы застучали от холода. Я обернулась и увидела пробирающегося по коридору Торина.
– Всем немедленно вернуться в свои покои, – велел он, положив ладонь на рукоять своей рапиры.
Я глубоко вздохнула и отступил в сторону. Торин был прав – не нужно, чтобы по месту преступления топтались десятки людей. Я обернулась и мельком увидела телевизионщиков. Они изо всех сил поспешно тащили по каменному полу камеру. Мне не хотелось становиться свидетелем, как Торин будет с ними ссориться из-за трансляции происходящего.
Я поспешила в свою комнату, думая о том, что Торин говорил о замке: даже он не знал каждого прохода в этом лабиринте. Как только мы с Шалини оказались в безопасности, я задвинула засов.
– Нам нужно все исследовать и поискать входы, – сказала я. С колотящимся сердцем я отодвинула в сторону гобелены и посмотрела под кроватями в поисках люка.
Шалини водила пальцами по стенам.
– Почему Алиса? – спросила она. – В лидерах, кажется, ты и Мория.
– Наверное, это Мория, – пробормотала я. – И, возможно, она не смогла сюда попасть. Алиса сегодня дважды танцевала с королем. Может быть, даже больше. Они танцевали, когда я ушла.
После двадцати минут поисков мы с Шалини ничего не нашли – кроме подсунутой под нашу дверь записки от короля:
Обыщите каждый дюйм комнаты. До моего возвращения вас будет охранять Аэрон.
Вы не должны выходить ни при каких обстоятельствах.
Мы с Шалини провели день как истинные заключенные в нашей комнате – хотя и с тоннами книг, роскошной ванной, регулярной доставкой еды и кратким визитом Аэрона, который помог нам еще раз осмотреть покои. Но теперь остались только мы вдвоем и книги. Пока мы отдыхали в своей комнате, слуги принесли тушеное мясо, куриные крылышки, голубой сыр, фрукты и красное вино.
На самом деле, если не считать угрозы убийства, у меня не было никаких жалоб.
К шести часам вечера я уже склонилась над ароматными копчеными куриными крылышками.
Мясо практически отваливалось от костей. На коленях у меня лежала раскрытая книга, которую я читала во время еды, «Замок Отранто», готический роман о временах многовековой давности, который полностью захватил меня.
Когда я оторвалась от чтения, чтобы сделать глоток божоле, раздался стук в дверь.
Шалини первой добралась до двери и прижалась ухом к дереву.
– Кто там? Опять еда?
– Это король. – Раздался сквозь дерево его глубокий голос. – И Аэрон.
Шалини отодвинула засов и распахнула дверь, впуская гостей внутрь.
Когда Торин вошел в комнату, я заметила, как он устал. Его лицо осунулось, а под прекрасными глазами залегли тени.
Аэрон поднял черный кинжал, который я видела торчащим из тела Алисы. Он взглянул на нас с Шалини.
– Вы единственные, кто хотя бы мельком видел убийцу. Это тот самый кинжал, который ты заметила в ту ночь в вашей комнате?
Я подошла поближе, разглядывая рукоять.
– Думаю, да. Конечно, было темно. Но я точно помню, что он был черным. Как оникс.
– Вы нашли потайной ход в комнате Алисы? – спросила Шалини.
Торин провел рукой по волосам.
– Картина с изображением Финварры. Никто и не подозревал, что это дверь. Она вела в ее комнату, и убийца, должно быть, проник туда, пока она спала. Проход ведет прямо в подземелья, и мои солдаты исследуют их все в поисках улик и допрашивают других принцесс.
Мне вдруг стало любопытно, и я спросила:
– Почему вы не подозреваете нас?
Аэрон склонил голову набок.
– Вы бы не смогли пройти мимо меня, верно? У нескольких других принцесс в их комнатах есть потайные ходы, которые позволили бы им выбраться наружу. А в вашей – нет.
