тут заживо!
Верлен нахмурился и коротко кивнул.
– Ты прав, – признал он, заслоняя собой от огня Сефизу. – Сюда, поторопимся!
Казалось, они бежали по затянутым дымом темным коридорам целую вечность, но в конце концов все же добрались до двери, спроектированной и построенной Гефестом несколько лет назад. Благодаря оставшемуся у Верлена ключу двери, запечатанные магией бога механики, открылись перед ними.
Впереди их ждал туннель, до поры до времени не тронутый пламенем.
Гефест торопливо перешагнул порог, и, когда двери закрылись за ними, сдерживая созданный Янус проклятый огонь, ноги бога механики задрожали от облегчения.
Глава 31
Лориан
Лориан вместе с другими оставшимися в живых мятежниками бежал по коридорам величественного дворца, стараясь покинуть его как можно скорее, а им в спины дышала волна страшного жара. Величественная обитель богов, жемчужина архитектуры, полная произведений искусства, из которых люди успели увидеть лишь ничтожно малую часть, была объята пламенем. Мальчик не знал, поняли ли его товарищи, что именно произошло в подземельях, когда Элдрис вызвала богиню своего культа.
Лично он понятия не имел, что это было…
Теперь им надлежало следовать за весталкой по лабиринту высоких галерей Собора, но, похоже, пережитое подкосило женщину.
Она задерживала весь отряд, едва волочила ноги, дрожала с ног до головы, опиралась на посох – казалось, каждый следующий шаг дается ей все труднее. Очевидно, ритуал, в ходе которого Элдрис отдала Владычице Туманов часть своего тела, выкачал из нее все силы – что неудивительно, учитывая, что она лишилась руки.
Видя, что мятежники один за другим обгоняют весталку, дабы поскорее добраться до выхода, Лориан заколебался.
Судя по потрескиванию, доносившемуся из галерей, откуда они только что выбежали, там бушевал ужасный пожар, грозивший уничтожить основание всего здания. Опасность становилась все более ощутимой; чтобы выжить, им следовало бежать что есть мочи.
Однако Лориан не мог последовать примеру своих спутников и бросить Элдрис в огне. Он относился к ней как к матери и предпочел бы умереть, чем ее покинуть.
Мальчик встал рядом с Элдрис – с той стороны ее тела, которая была механической, потому что другую сторону частично поглотила та пугающая богиня, – и попытался поддержать весталку.
– Спасибо… мой дорогой ангел, – с трудом выговорила Элдрис.
Она чуть не упала. Лориан попытался ее подхватить и с ужасом понял, что от тела женщины, скрытого платьем, мало что осталось. Во всяком случае, там, где полагалось находиться ее здоровому боку, теперь была пустота.
– Владычица вас исцелит? – встревоженно выпалил он, хоть и догадывался, каким будет ответ. – Вы стольким ради нее пожертвовали… это меньшее, что она может для вас сделать…
– Видишь ли, мальчик мой, передать часть своей плоти богине – это величайшая честь, – простонала Элдрис сквозь стиснутые зубы. – И потом, нехорошо желать возвращения того, что было подарено от чистого сердца…
– Но… А Сефиза, она, вероятно, могла бы…
Лориан обернулся и едва не упал.
В конце длинного коридора, по которому они шли, вздымалась огромная стена черного пламени, грозя вот-вот поглотить их обоих.
Мальчик понял, что дым, заволакивающий все вокруг, – это уже не вызванный весталкой туман, а гарь от пожара, стремительно уничтожающего дворец…
Лориана вдруг захлестнула паника, он изо всех сил потянул весталку вперед, вынуждая ее ускорить шаг.
– Да что происходит-то? Это из-за магии той богини? Неужели она не понимает, что убьет всех людей, которые еще находятся в Соборе, если огонь продолжит распространяться с такой скоростью?
– Янус все понимает. Знай, она делает только то, что до́лжно, ангел мой…
Лориан стиснул зубы.
Если погибнут обитающие в Соборе жрецы и аристократы – наплевать, мальчик не испытывал к ним ни капли жалости. Вот только помимо знати в огромном дворце живет множество слуг, набранных из простонародья, – а ведь они никогда не принимали участия в злодеяниях, творимых правительством Ориона. Как и Лориан, как и все самые бедные подданные Империи, эти люди годами страдали от тирании правителя, не в силах ничего сделать. Они заслуживают шанса на спасение, а вовсе не гибели в адском пламени, вызванном новой деспотичной владычицей.
Лориан снова бросил быстрый взгляд через плечо: пламя неумолимо на них наступало. В галерею, по которой мальчик вел спотыкающуюся весталку, высыпала толпа людей – все они с ужасом смотрели на подступающий со всех сторон огонь, а потом поворачивались и бежали к выходу, спасаясь от неминуемой смерти.
– Я завершила свой труд, – пробормотала Элдрис, держась металлическими пальцами за плечо мальчика. – Я даже вновь увидела одну из своих сестер, хотя долгое время думала, что, кроме меня, в нашем ордене никого не осталось… Теперь я могу спокойно умереть. Ты должен меня оставить, Лориан. Отныне мои услуги не потребуются нашей богине, но, вероятно, ей пригодятся такие сильные и верные солдаты, как ты…
– Мы выберемся отсюда вместе! – заверил ее мальчик, удваивая усилия. – Вы спасли мне жизнь, теперь я должен спасти вашу.
Остальные мятежники успели уйти так далеко вперед, что Лориан даже не различал их силуэты в плотной толпе других беглецов. Поэтому он просто следовал за остальными людьми, надеясь, что скоро они доберутся до выхода…
Со всех сторон слышались крики, становившиеся все пронзительнее – людей подхлестывали страх и невыносимая боль, – так что вскоре под каменными сводами дворца царил невообразимый гвалт.
Расталкивая бегущих людей металлическими локтями, Лориан сумел довести Элдрис до главных дверей. Вместе с толпой других бедолаг они наконец-то вырвались на улицу и отыскали свой отряд – мятежники ждали свою предводительницу в центре дворцовой площади.
Взгляды всех столпившихся на площади людей были устремлены вверх. Инстинктивно Лориан тоже поднял голову и посмотрел в ту сторону, на один из балконов, расположенный на третьем этаже дворца.
На балюстраде стояла богиня и бесстрастно оглядывала скучившуюся перед Собором толпу. В ее открытых ладонях пылали языки черного пламени, озаряя ночной мрак странным светом; она хранила зловещее молчание, и от нее веяло смертельной угрозой. Длинные волосы цвета белого золота разлетались за ее плечами, подхваченные порывами горячего ветра.
Взгляд Янус скользил по толпе и наконец остановился на Элдрис. В
