за ее эклектичностью слаженность и гармоничность.
Ил. 7.4. Бен Шан. Супермаркет (1957)
Нехудожественная графика
Внимательно прочитав приведенную выше телеграмму, адресованную Госдепартаменту, мы обнаружим еще одно крайне важное для характеристики «Американской графики» обстоятельство. Из текста следует, что выставка была организована не только силами официальных дипломатических ведомств. Наряду с посольством в телеграмме упоминается Джек Мейси, сотрудник ЮСИА, в 1963 году курировавший вопросы зарубежных выставок. В случае «Американской графики» его личный опыт и персональный взгляд на саморепрезентацию США за рубежом оказались факторами, которые в сочетании с официальной повесткой ЮСИА определили оригинальную концепцию этой выставки.
Мейси считал, что именно дизайн, и в особенности дизайн выставок, сможет эффективно способствовать распространению проамериканских настроений за рубежом. Именно он одним из первых осознал гигантский потенциал художественных экспозиций для транснационального культурного обмена в эпоху холодной войны[404]. Мейси принимал участие в организации международных выставок ЮСИА с момента возникновения этой практики в середине 1950-х годов, и к 1963 году он поучаствовал во всех крупнейших выставочных проектах ЮСИА за рубежом[405]. В его послужной список входили такие знаменательные проекты, как американский павильон «Промышленность на службе у людей» на Индийской промышленной выставке в Нью-Дели (1955) и Международной выставке в Кабуле (1956). Он был и одним из дизайнеров Американской национальной выставки 1959 года. Приступая к работе над «Американской графикой», Мейси учитывал как положительные, так и отрицательные уроки прошлого. Еще в 1955 году, сразу после выставки в Нью-Дели, Мейси написал вдумчивый 31-страничный отчет, где подробно анализировал достоинства и недостатки тогдашнего американского подхода к дизайну выставочного пространства, попутно сравнивая его с подходами других стран[406]. Многие идеи, сформулированные в этом отчете, повлияли на последующие выставки ЮСИА, включая «Американскую графику», ознаменовавшую новый этап в репрезентации американского изобразительного искусства в Советском Союзе, – что особенно очевидно, если сравнить ее с разделом искусств на АНВ 1959 года.
Первая важная отличительная черта «Американской графики» заключалась в том, что она строилась вокруг единственной – заявленной в названии – темы, тогда как на АНВ раздел искусства был лишь одним из многих направлений выставки. После Сокольников американцы стали отказываться от обширных универсальных экспозиций культуры в пользу монотематических выставок. Начиная с 1960-х годов ЮСИА отправляло в СССР только узкофокусированные экспозиции, такие как «Американские пластмассы» (Plastics: USA) и «Американский транспорт» (Transportation: USA) в 1961 году, «Американская медицина» (Medicine: USA) в 1962-м и «Американская техническая книга» (Technical Books: USA) в 1963-м. «Американская графика» продолжила эту тенденцию. На такое сужение фокуса американской выставки повлияло два обстоятельства.
Во-первых, сам Мейси давно отмечал недочеты выставок, где был представлен слишком широкий ассортимент произведений искусства и товаров. В 1956 году он был куратором выставки в Кабуле, где главную экспозицию, посвященную атомной энергии, сопровождали разделы разнообразной техники и электроники. Мейси пришел к выводу, что подобные масштабные выставки трудно организовывать, а выглядят они не слишком убедительно. Поэтому уже тогда он говорил, что, планируя участие в выставках, «правительство США должно сосредоточиться на том, чтобы ярко представить одну конкретную сферу, а не распыляться на множество незначительных тем, как будто стреляя мелкой дробью»[407]. Во-вторых, монотематические выставки лучше отвечали запросам Советского Союза по части культурного обмена. Выставка 1959 года в Сокольниках, на которой советской публике были представлены самые разные товары, от одежды до автомобилей, показывавшие, сколь ограничен выбор покупателей при социализме, получила в СССР неоднозначную оценку. Одним из следствий АНВ стало четкое нежелание советской стороны предоставить американцам шанс повторить столь масштабную и впечатляющую экспозицию[408]. Сузив тематику выставок и сократив разнообразие экспонатов, можно было нейтрализовать потенциальное влияние проектов ЮСИА на советских граждан.
Реализуя монотематическую выставку графики в 1963 году, Мейси сотрудничал с Американским институтом графических искусств (АИГИ), одной из наиболее влиятельных профессиональных организаций США по части промышленного дизайна и прикладной графики. Процесс отбора экспонатов курировали Иван Чермаев и Томас Гейсмар из нью-йоркской дизайнерской фирмы Chermayeff & Geismar Associates[409]. Кроме того, Чермаев и Гейсмар вошли в команду дизайнеров под руководством Мейси и отвечали за оформление выставки в целом: именно они определяли, как будут расположены объекты в выставочном пространстве.
На стадии планирования выставки в расчет, конечно, принимался опыт АНВ и особенно результаты демонстрации на ней современного американского изобразительного искусства. Памятуя о том, насколько мощным информационным поводом может оказаться модернизм, Мейси не упустил возможности извлечь из этого выгоду. Он полагал, что выставка 1963–1964 годов тоже должна являть различия американской графики с соцреализмом: «Хотя у представленной графики отсутствовала явная политическая подоплека, посетители неизбежно заметили бы контраст между стилистическим многообразием американского дизайна и регламентированными советскими образами»[410]. При этом подход Мейси к использованию модернизма на «Американской графике» нельзя объяснять исключительно в терминах политической истории искусства и в сопряженных с ней категориях провокации или диверсии. Действительно, в интервью он подчеркивал, что именно присущая дискуссиям о модернизме скандальность побудила его в весьма ограниченном количестве включить примеры абстракции, экспрессионизма в состав экспозиции центрального зала[411]. Эти работы, по замыслу Мейси, должны были привлекать внимание прессы и зрителей. Однако подобранные образцы модернистской графики в то же время должны были и минимизировать негативные реакции посетителей. Если на АНВ демонстрировались картины и скульптуры – «высокое» искусство, созданное для художественных коллекций и музеев, – то на выставке 1963 года современное искусство было представлено эстампами, которые правомерно должны были восприниматься как более массовое искусство, близкое народу. Кураторам представлялось, что этот менее элитарный вид изобразительного искусства могли счесть не столь провокационным и в большей степени отражающим художественные вкусы американцев, нежели огромные холсты Ротко и Поллока в 1959 году[412]. Кажется очевидным стремление Мейси (как в свое время и Гудрича на АНВ) не столкнуть американское искусство и советскую публику, а по возможности нейтрализовать негативные суждения о модернизме.
Ил. 7.5. Джек Мейси и посол США в Советском Союзе Фой Д. Колер приветствуют Нину Хрущеву на открытии выставки «Американская графика» в Москве. 6 декабря 1963 г. Архив Мейси
Но главным кураторским новшеством «Американской графики» стала не эта оригинальная подача абстрактного искусства. Новизна заключалась в самом подходе к подбору экспонатов, особенно тех, что и составили основную часть выставки вне центрального зала. В общей сложности для экспонирования было собрано более тысячи предметов. Внимательно присмотревшись к выставочным образцам и к самой концепции проекта, мы обнаружим, что кураторы истолковали понятие «графика» непривычно широко:
