Это ужасно. Люк порвет со мной сейчас, по телефону. Что ж, хорошо. Я этого заслуживаю. Я ужасный человек. Я на прямой в ад.
Я закрываю глаза и готовлюсь к разрыву.
Но все, что говорит Люк это:
- Просто, мне действительно нравится здесь. Я знаю, что не должен этого говорить, учитывая то, через что ты прошла. Но это так. Я забыл, насколько сильно мне нравится Париж. И работа с дядей Джеральдом замечательная. Для меня это настоящий праздник.
Я открываю глаза. Стоп. Это совсем не похоже на разрыв со мной.
- Я забыл, как сильно мне нравится бизнес, - продолжает Люк. - Это правда фантастика. И, я думаю, тебе тоже понравится. Помнишь, как классно ты проводила время здесь прошлым летом? Так жаль, что ты не поехала со мной.
- Ну, - говорю я. - Я действительно не могу позволить себе отдых от работы.
Каждое слово звучит как иностранное, оно падает с моих губ. Но я говорю на английском языке.
- Конечно, - говорит Люк. - Я понимаю. Твоя работа важна для тебя. Сейчас я понимаю это. Этот перерыв научил меня кое-чему. Правда, Лиззи. Это так.
Я взглянула на Чаза. Он смотрит телевизор, который висит над баром. Там показывают гольф. Вспоминая его привычку смотреть телевизор в отеле - да, мы несколько раз включали там телевизор - я начинаю понимать, что нет такого спорта, который Чаз бы не смотрел.
- Тебя же не оскорбляет это? - спрашивает Люк. - То, что мне нравится здесь так сильно?
- Почему это должно меня оскорблять? - спрашиваю я. Что действительно меня бесит, так это то, что я сплю с лучшим другом своего жениха, парнем, который так же является бывшим парнем моей лучшей подруги. Да, моей лучшей подруги, которая сейчас лесбиянка. Вот, что меня бесит.
Но я не собираюсь говорить ему это.
- Ну, я почувствовал облегчение, - говорит Люк. - Я не хочу сказать, что бросаю медицинскую школу. Не совсем. Я.. Я вообще-то не уверен, что это для меня, и Париж.. ну, Париж - это великое место. Думаю, тебе действительно понравится...
Хорошо. Теперь я окончательно взбесилась. Я должна бросить трубку. Я должна бросить трубку сейчас.
- Ооо, объявили посадку. - лгу я. - Я должна идти. Позвоню тебе позже, Люк.
- О, точно, - говорит Люк. - Люблю тебя!
- Я тоже люблю тебя, - говорю я и вешаю трубку.
Что это было? Что только что случилось? Я даже не знаю, смогу ли я с этим справиться. Я быстро протиснулась сквозь толпу и скользнула на свой стул в спорт-баре Фокс, схватила свою рюмку с отверткой и осушила ее.
- Эй, полегче, спортсмен, - сказал Чаз, осматривая меня с некоторым опасением. - Знаешь, у них есть еще водка, кроме той, которая только что была в твоей рюмке.
Я поставила свою пустую рюмку и опустила голову на стойку бара. - Он хочет, чтобы я прилетела в Париж, чтобы увидеть его, - сказала я фисташкам, которые упали на пол.
- Сволочь, - говорит Чаз. - Следующее, что он сделает, он захочет установить дату вашей свадьбы.
Я подняла голову и взглянула на него. На нем была кепка Росомах, и выглядел он очаровательно - и сексуально - он был взъерошенный, как будто он только что встал с кровати.
Вообще-то, так оно и есть. Он был со мной.
Вина за то, что мы сделали, отравляла меня снова - как и сотни раз за день.
Я снова опустила голову на барную стойку. Кажется, я сейчас разрыдаюсь. Честно, разрыдаюсь.
Чаз положил свою большую руку мне на шею. - Выше нос, спортсмен, - говорит он. - Могло быть хуже.
- Как? - требую я ответа.
- Ну, - говорит он после раздумывания. - В конце концов, ты не беременна.
Это не развеселило меня, как Чаз того хотел.
- Чаз, - говорю я жалостно. - Все, что ты мне говорил тем утром после свадьбы Джилл, правда. Я знаю это. Люк действительно сделал мне предложение только потому, что боялся остаться в одиночестве. Теперь я это вижу. Он не заботится обо мне. Вернее, он заботится, но...но не так, как ты. Если бы он заботился, он бы появился на похоранах бабули. Ты пришел. Но все равно. Посмотри теперь в каком я дерьме. У меня есть жених, которого я не люблю и который хочет жениться на мне. И еще у меня есть любовник, которого я люблю, но который не хочет жениться. Почему ты не хочешь жениться, Чаз? Почему?
- Я говорил тебе почему, - говорит Чаз. - И если ты не можешь принять меня таким, какой я есть, все до последнего, тогда может тебе лучше быть с Люком. Он предлагает тебе кольцо, деньги инвестиционного банкира и квартиру на Пятой Авеню. Ты сумасшедшая, если не согласишься. Все, что есть у меня, это квартирка в доме без лифта в Ист-Виллидже и малооплачиваемая работа ассистента в колледже. Да, и еще у меня нет кольца. Я не знаю, что ты делаешь, сидя здесь со мной и миской фисташек.
Я устало посмотрела на вазочку для орехов. Он не ест их, я знаю, я говорю про орешки к пиву. По крайней мере в последнее время. Я не могла не вспомнить ту холодную ночь, когда мы так неудачно поспорили в О`Роудс, а затем я спросила себя, нужно ли все это, я имею ввиду свадьбу.
Удивительно, но с Чазом, я как будто прозрела.Я хочу сказать, что самое главное - быть вместе. Кого заботит глупая бумажка?
Стоп - что я думаю? Что со мной происходит? В кого я превращаюсь? Могу ли я действительно превратится в такой тип девушек? Девушка, которая не беспокоиться о замужестве?
Кажется это так. Я имею в виду, я же девушка, которая обманывает своего жениха - с его лучшим другом.
Я начинаю громко стонать.
- Как я могу сделать это с ним? Как мы можем сделать это с ним? - я обхватываю лицо руками. - Меня сейчас вырвет. Клянусь.
- Пожалуйста, сделай это в той корзине, - говорит Чаз. - И перестань укорять себя. Он точно не был примерным мальчиком в то время, когда вы оба были вместе.
Я уставилась на него сквозь свои пальцы:
- О чем ты?
- Ни о чем. Хочешь еще выпить? Наш рейс задержится небось еще на час. Я думаю, тебе нужно еще выпить. - он подзывает бармена. - Эта молодая леди хотела бы еще отвертку. Кетел Уан .
Бармен кивает и забирает пустые стаканы, чтобы налить выпивку.
- Мне лучше диетическую колу, - говорю я бармену. Я опустила руки и оперлась на барную стойку, пытаясь стоять ровно. Из-за водки, которую я только что так быстро прикончила, у меня закружилась голова. - Что ты имел в виду, когда говорил, что Люк точно не был примерным мальчиком, пока мы были вместе? - спрашиваю я Чаза.
- Я же сказал, что ничего. Слушай, все хотел спросить у тебя.Что там с подвязкой?
- Ты о чем? - смотрю я на него алкогольно-озадаченным взглядом
- Подвязка, - говорит Чаз. - На свадьбах. Ну, знаешь, когда жених снимает подвязку с невесты и бросает ее друзьям.
- О, - сказала я. Бармен принес мою диетическую колу, и я сделала огромный глоток. - Это еще с древних времен, когда гости должны были идти за новобрачной парой в их комнату после церемонии, чтобы убедиться, что они исполнили супружеский долг. Они требовали подвязку или чулок знатной невесты как доказательство того, что невеста лишилась девственности. Так как деревенским нравилось подражать поведению знати, это стало традицией - требовать, чтобы невесты отдавали свои подвязки или чулки после церемонии - иногда гости свадьбы отбирали подвязку силой, и поэтому жених должен снимать подвязку во время церемонии - так гости не последуют за невестой и женихом в их спальню и не будут отнимать подвязку.
