Читаем без скачивания Реинкарнатор - Сергей Синякин

Анна прошлась по комнатам и обнаружила сына на кухне. Недовольно сопя, Мишутка мыл полы. Кухня была в длинных мокрых разводах.

— Мишенька! — слабо ахнула Анна Леонидовна. — Что, у нас дома полы помыть некому? Зачем ты себя изводишь?

Миша бросил тряпку, посапывая, протопал в свою комнату и вернулся с листом ватмана, на котором темнели старательные каракули.

— Вот, — сказал он, протягивая лист бумаги матери.

— Что это?

— Стихи, — сказал сын. — Сегодня написал.

Хаты сжирало пламя,Был небосклон свинцов.Вышел на бой с врагамиПрапорщик Жеребцов.

Верным он был ОтчизнеИ заветам отцов.И любил больше жизниРодину Жеребцов.

Чтил уставы военные,Был отцом для бойцовКомандиром отменнымБыл Иван Жеребцов.

— Мишенька, — Анна Леонидовна подняла на сына недоумевающий взгляд, — а кто он, прапорщик Жеребцов?

— Ну ты даешь, мамка, — сказал Миша. — Забыла, что Флобер ответил на вопрос, с кого он писал госпожу Бовари?

Честно говоря, Анна Леонидовна смутно помнила, кто такой Флобер, но вот кто такая госпожа Бовари, она не знала. В конце концов, со дня окончания школы не один год прошел, а жизнь заставляла Анну Леонидовну Брюсову больше интересоваться правилами торговли, чем беллетристикой. Она стыдливо поинтересовалась у сына, что именно ее Мишутка имеет в виду.

— Однажды французского прозаика Флобера спросили, с кого он писал образ героини своего романа «Госпожа Бовари», — раздумчиво сказал ребенок. — И знаешь, что он ответил? Он сказал любопытствующим: «Эмма Бовари — это я!»

Глава 25

Даосов ночевал у Натальи.

Вроде бы все закончилось, но беспокойство не оставляло Бориса Романовича. Только представьте себя на его месте. События последних дней вышибли Даосова из колеи обыденности. А кто бы остался безучастным к происходящему? Правда, о нагло обобравшем его бесе Даосов думал без особого раздражения. Более того, он жалел лукавого! Оказывается, система разлагала не только людей, от системы страдали и бесы. Похоже, что подобное происходило и в верхнем мире. Вот только способы урегулирования своих проблем бес выбрал не слишком корректные. А с другой стороны, что от него еще можно было ожидать, от исчадия Ада?

— Слушай, Даосов, — сказала Наталья, закинув на любовника длинную горячую ногу и тем самым отвлекая Бориса Романовича от размышлений. — А почему бы тебе на мне не жениться? Нет, правда, котик, я буду верной женой. И готовить я умею.

Даосов обнял женщину и, не открывая глаз, поцеловал ее ведущие губы.

— Я подумаю, — пообещал он. — Только не забывай, меня ободрали как липку.

— Не в деньгах счастье, старичок. — Наталья куснула любовника за ухо, дразняще прижалась к его груди.

— Кстати, как твоя нога?

Наталья села, огорченно разглядывая темный синяк на бедре. Синяк впечатлял.

— Болит, — пожаловалась она. — Нет, Даосов, ты представляешь, они меня как драную кошку в багажник запихали! Нормальные люди могут так поступать?

— Люди еще и не так могут, — зевая, сказал Даосов. — Слушай, ты меня завтра разбуди пораньше. Кажется мне, что денек не из легких будет!

— А ты не ходи, — сказала Наталья, укладываясь рядом и обнимая Даосова за шею. — В конце концов, ты на себя работаешь, а не на дядю или государство. Позвони своей нимфоманке, пусть она за тебя завтра отдувается.

«Хорошо бы, — сонно подумал Даосов. — Выдернет меня завтра мэр, а у меня ни одной души. Ведь не поверит, посчитает, что я против него играю». Впрочем… Борис Романович сонно осклабился. Была в этой истории своя прелесть. Кажется, он знал, какую приманку подбросит Брюсову. Знал и не сомневался, что мэр Царицына на нее польстится. Прием был, конечно, не слишком честным, но угрызений совести Даосов не чувствовал.

Тем более что сны ему в эту ночь не снились.

Борис Романович не ошибся. Рабочий день его начался с визита референта главы города. Терентьев подождал реин-карнатора в прихожей, сопроводил Бориса Романовича к машине и даже открыл перед ним дверцу. По всему было видно, что получил референт указание вести себя почтительно и корректно.

— В общем, так, Боря, — уже в дверях встретил реинкар-натора энергичный мэр. — И не возражай! Все продумано до тонкостей. Воду пить будешь? Или что-нибудь покрепче желаешь? Садись, садись, дружище, нам надо детали обговорить. Значит, так: ты инструктируешь все имеющиеся у тебя души, и мы подсаживаем их в тех, кто может голосовать против меня. В первую очередь, конечно, в учителей и рабочих тракторного завода, завода гидрометизов и некоторых других предприятий. Список я уже набросал. Представляешь, все будут ждать, что они против меня проголосуют, а они будут голосовать за меня! Как тебе мысля? Нравится?

— Мысль неплохая, — осторожно согласился Даосов, пощипывая бородку. — Только вот одна загвоздочка у нас с вами наметилась. Душ-то у меня нет!

— То есть как? — Мэр машинально выпил стакан минералки, налитый им Даосову. — Как это нет? Темнишь, Боря?

Кинуть меня решил?

Даосов молча протянул ему газету с объявлением, которое было обведено красным фломастером. Брюсов прочитал объявление, поднял глаза на реинкарнатора и некоторое время укоризненно смотрел на него.

— И ты продал? — тоном государственного обвинителя спросил он.

— Если бы! — Борис Романович коротко пересказал мэру события недавнего прошлого,

Мэр слушал его, недоверчиво вздернув левую бровь. По лицу Валерия Яковлевича Брюсова было видно, что ни на грош он не верит сидящему перед ним прощелыге. Загнал по объявлению души, а теперь оправдания придумывает, сочувствия ищет.

— Так… — Валерий Яковлевич энергично потер подбородок. — Значит, ваши души уже у него? Я правильно понял? — Даосов кивнул, стараясь не смотреть мэру в глаза.

— Скажите, — Брюсов заерзал в кресле, — я так понял, что он еще и договора оформляет?

— А вы что, хотите с ним договор заключить? — Даосов искоса глянул на мэра.

Наверное, такое же выражение лица было у доктора Фауста, когда к нему подкатил со своими предложениями Мефистофель. Даже и гадать не стоило, видно было, что Сатана здесь будет править бал. И случится это в самое ближайшее время.

— Ладно, — сказал мэр. — Ты мне скажи, условия договора та сторона выполняет добросовестно?

— Разумеется, — пожал плечами Даосов. — Кто бы с ними договора заключал, если бы они шельмовали! Сами понимаете, им иначе нельзя. И так клиентура редка, а начнешь мошенничать — так последних клиентов растерять можно. Только я вам рекомендую до заключения договора классику почитать. Особенно Данте, у него в «Божественной комедии» очень хорошо муки грешников описываются.

Похоже, говорил он все это в воздух. Не слушал его Валерий Яковлевич. По хитрому выражению на его лице было видно, что мэр напряженно прикидывает, как ему беса кинуть. Занятие это безнадежное, за тысячелетия все лазейки обитателями Ада были изучены и надежно перекрыты. Но каждый, кто решается продать свою душу, полагает, что он умнее предшественников. Брюсов исключением не стал. Скользнув безразличным взглядом по потерявшему общественно-политическую ценность реинкарнатору, Валерий Яковлевич вызвал в кабинет референта.

— Значит, так, — сказал мэр, протягивая референту газету с обведенным адресом. — Свяжешься с человеком, который сидит по этому телефону, договоришься о встрече. Да повежливее будь. От него много зависит.

Видно было, что Даосов для них уже интереса не представлял. Все мысли мэра были направлены на встречу с обидчиком Бориса Романовича, он уже мысленно подписывал договор с бесом на выгодных для себя условиях. Можно подумать, что такие условия существуют! Конечно, бес и мурло свое приветливым сделать может, и предложения задвинуть такие, что голова от них кругом пойдет. Бес в помощь, мужики! Каждый, как говорится, делает петлю из веревки, которая ему к лицу.

— Я пойду? — спросил Даосов.

— Конечно, конечно. — Валерий Яковлевич Брюсов рассеянно смотрел сквозь него. — Только это… Обойдемся без предупреждений, Борис… э-э-э… Романович. Сами понимаете, что в таких деликатных делах молчание действительно становится золотом. — Мэр подумал немного и добавил: — Здоровье опять же сохраняется. Да что я вас убеждаю? Вы, Борис Романович, и сами все хорошо понимаете, правда?

— Разумеется. — Реинкарнатор неторопливо поднялся. — Не буду давать вам советов, Валерий Яковлевич, думаю, что вы тоже осознаете последствия принятого вами решения.

Он прошел мимо вахтера, упоенно читающего газету, и вышел на улицу. Даже не верилось, что все прошло без излишних осложнений. Нет, все-таки и среди политиканов встречаются иной раз разумные люди! Тут Борис Романович на радостях, пожалуй, и поспешил. Разумный человек не сунется договор с дьяволом заключать. А именно это мэр Царицына как раз и намеревался сделать. Ишь глазенки-то как загорелись!