не упоминает об этих событиях, потому что она не хочет разоблачать того, кто ее подставил. То есть, правду она писать не хочет, а описывать официальную версию скандала ей неинтересно.
– Не забудь, примерно в это время она ждала ребенка. Вынуждена была бежать в Пьемонт, где, как мы выяснили, вышла замуж за твоего прадедушку.
– Может быть, она бежала от этого некто? Спряталась от него?
– Очень может быть… И все же мне страшно интересно, какие чувства были у Лизы к этому некто.
– И любил ли он ее?
– Ну, это понятно – любил. Иначе не пошел бы на такое.
– Ну, это вопрос спорный. Мы вообще с тобой давно уже забрались в область научной фантастики. А что было дальше с нашим князем?
Элена продолжила рассказ.
– Осенью 1874 года его под конвоем увезли из Петербурга. Дальше он жил в ссылке, под надзором. Семь лет его перевозили с места на место, нигде не позволяли остановиться, обзавестись связями.
– Да, воображаю. Только ты на новом месте с кем-то познакомился, подружился, может быть, даже влюбился. Бац! – и тебе говорят: «Поехали!» Да я бы сошел с ума! Или занялся наукой.
– Ты прав, есть версии что, Николай действительно в конце концов сошел с ума… и занялся наукой. В 1877 году в Оренбурге была издана брошюра «Водный путь в Среднюю Азию, указанный Петром Великим» за подписью «Николай, великий князь». А через год, там же он издал вторую под названием «О выборе кратчайшего направления Среднеазиатской железной дороги». Еще была брошюра «Аму и Узбой», которую спустя тридцать лет перепечатали с рекомендацией автора как «одного из лучших исследователей Средней Азии».
– А он мне нравится! – воскликнул Распоно. – А где же наша героиня? О ней ничего?
– О ней – ничего. Видимо, ее рядом в этот период не было. Дальше. В 1881 его ссылают в Ташкент. Там он живет под именем полковника Волынского. Дает триста тысяч рублей на постройку театра.
– А откуда у него такие деньги?
– Это его содержание от двора.
– Неплохо у вас содержали ссыльных преступников!
– Не забывай, он – родственник императора. Потом, он строит прекрасный дворец в центре Ташкента, который и поныне является одной из самых ярких достопримечательностей города. Учреждает стипендии для талантливых выходцев из Туркестана.
– А он мне еще больше нравится!
– В своем завещании половину своего наследства он передал на благотворительные нужды.
– А что со второй половиной?
– Вторую он разделил между своими многочисленными детьми. Вообще, женщин у него было много – жены, любовницы. Не понимаю, был ли между его связями промежуток, в который могла бы вклиниться наша героиня?
– Если и был, то очень маленький.
– А она пишет: «пройдя каждый в свой черед, путь страданий, мы снова встретились, чтобы попытаться утешить друг друга и залечить наши раны. Наша любовь получила последний шанс». То есть она подразумевает, что они провели последние годы вдвоем и им никто не мешал. А тут – целая батарея детей и внуков.
– В общем, жил человек на полную катушку! Ни в чем себе не отказывал!
– А еще великий князь занимался предпринимательством.
– Да-а-а? Он не перестает меня удивлять!
– В Ташкенте он завел мыловаренный завод, фотографические мастерские, бильярдные, продажу кваса, переработку риса и хлопковые мануфактуры. На деньги, получаемые от предпринимательской деятельности, им был построен первый в Ташкенте кинотеатр «Хива»…
– Это, если не ошибаюсь, в честь того места, где он подвиг совершил и крест Владимирский получил?
– Не знаю, может быть.
– Да, вот такой многогранный человек этот Николай. На собственные деньги прокладывал оросительные каналы. Занимался благоустройством города Ташкента: замостил улицы, построил клуб, больницу для бедных, богадельню, цирк и даже… – Элена запнулась, – публичный дом, который назывался… «У бабуленьки».
Посмотрев друг на друга, они покатились со смеху.
– Ну, с чувством юмора у Николая все было в порядке!
– Перед смертью он побывал в Петербурге. Царя в это время уже свергли, и великий князь Николай больше не был поднадзорным ссыльным. Сыновья его воевали на фронтах Первой Мировой. Умер он 14 января 1918 года в Ташкенте от воспаления легких.
– А что же Лиза?
– Думаю, в какой-то момент она присоединилась к Николаю в Ташкенте. Возможно, она просто жила рядом. Как частное лицо. И там окончила свои дни. Рядом с человеком, который… сейчас… «который был причиной моих злоключений в молодости, но впоследствии жертвенно искупил свою вину, тем самым, ввергнув себя самого в пучину несчастий…».
– Да, все так. История получила завершение. Наше исследование закончено. Тема закрыта.
Элена перебирала распечатанные листки. И все-таки что-то в этой истории не сходится!
Глава тридцать восьмая. «А счастье было так возможно»
Ясным майским утром Елизавета Александровна Лазарева вернулась в квартиру на Екатерининском канале. У парадных дверей грелся на солнце дворник.
– С возвращением, ваше сиятельство!
– Здравствуйте, Семен, ну как вы тут?
– Да, все хорошо. Только дворецкий ваш это… загулял, похоже.
– Как… загулял?
– Да почитай уже дня три как его не видно. И до этого пропадал на сутки-двое.
– Да что вы такое говорите! Не мог он…
– Ну, вам виднее. Только я пьяных в своей жизни насмотрелся. А этот Громов ваш – тот еще фрукт.
Лиза поднималась по лестнице в большой тревоге. Что случилось с Андреем? На запойного пьяницу он вовсе не похож. Она вошла в квартиру. Пусто. И похоже, давно. Везде порядок. Она вздохнула. Но рассиживаться некогда. Нужно выяснить, что с Николаем. Середина дня. Если поехать в Зимний, то может быть, еще не поздно застать там Константина Николаевича.
* * *
Великого князя в этот день Лизе увидеть так и не удалось. В Зимнем сказали, что он в Адмиралтействе. Она полетела туда – но он уже ушел. Решилась ехать в Мраморный дворец.
Стоя во внутреннем дворе, Лиза наблюдала, как подъехала коляска, из которой вышла немолодая высокая дама в манто бежевого цвета, отделанном соболем. Это была великая княгиня Александра Иосифовна, мать Николая.
– Ваше высочество! – решилась обратиться к ней Лиза.
– Что вам нужно, милочка?
– Я пришла узнать по поводу Николая… Николы. Ведь он не виноват, правда?
– Ах, и вы туда же! Держитесь подальше от моего сына, дорогая! Много вас тут, сочувствующих. Раньше надо было думать!
Лиза почувствовала себя так, словно ее отхлестали по щекам. А ведь княгиня права – она действительно оказалась в славном ряду его любовниц.
Вернулась домой. Андрея не было. Всю ночь Лиза не сомкнула глаз. С утра поехала в Адмиралтейство. Великий князь был там, в своем
