кабинете, который Лиза хорошо помнила. Секретарь великого князя, молодой офицер в мундире лейб-гвардии Преображенского полка, показался ей смутно знакомым. Кажется, именно он проводил ее тогда в кабинет князя. Она назвала свое имя – графиня Волынская. Офицер вернулся и сообщил, что его высочество очень занят и никого не принимает. Тогда Лиза попросила карандаш, бумагу и написала несколько строк.
– Передайте это его высочеству.
Секретарь с сомнением посмотрел на записку, пожал плечами, но, видимо, проникся несчастным видом девушки. Лиза, действительно, чувствовала себя неважно последние дни. Словно какая-то тяжесть давила ее. Постоянная усталость, головные боли. Она относила это на счет всех несчастий, что на нее свалились – сначала похороны, а теперь – тревога за близких ей людей. Через несколько минут секретарь пригласил Лизу войти.
С трепетом переступила она порог кабинета, в котором когда-то выслушивала признания в любви. Великий князь Константин стоял у окна и держал в руке ее записку.
– Елизавета Александровна Лазарева? Что это значит, сударыня? Объясните!
– Никола сразу узнал меня.
Князь вздрогнул и выронил записку.
– Лиза? – он, прищурившись, смотрел не нее. – Значит это все-таки вы?
– Ваше высочество, я прошу прощения, что побеспокоила вас! Но мне совершенно необходимо с вами поговорить.
– Это все-таки ты! Ты жива! – князь перекрестился. – Слава Богу! Ты виделась с Николой?
– Да, один раз… Расскажите мне, что случилось? Что с ним? Неужели правда то, что о нем говорят?
– Его обвиняют в краже.
– Это я слышала. Но вы же понимаете, что это неправда! Это не может быть правдой! Его подставили.
– Лиза, он сознался.
Она медленно опустилась на кресло.
– Как сознался?
– А вот так! Вначале он отрицал свою вину, а потом взял и сознался.
– И как он это объясняет?
– Никак не объясняет. Не раскаивается, не просит прощения. Его душа черна!
– Господи! Как вы можете так говорить! Ведь он ваш сын!
– Лиза, я не знаю, что делать! Я разговаривал с ним, присутствовал на всех допросах. Никола ведет себя вызывающе. По всему выходит, что он виноват.
Лиза закрыла лицо руками. Константин подошел, тихо погладил ее по голове.
– Он все еще дорог тебе?
– Ваше высочество, конечно! Но не так, как вы думаете. Я не люблю его, если вас это интересует. Но я хорошо знаю его душу. Я знаю, что он слаб, подвержен влиянию, он совершил… не так много хороших поступков. Но я совершенно не могу себе представить, чтобы он мог так низко пасть! Снять камни с иконы своей матери! Нет, на такое кощунство Николай не способен, – Лиза подняла голову. – И вы в глубине души это прекрасно знаете.
Константин молчал.
– Ваше высочество, я прошу вас! Помогите ему, помогите своему сыну! Вы не можете допустить, чтобы его осудили!
– Спасибо, дорогая. Спасибо, что в такую минуту ты мне это сказала. Если бы ты знала, как злорадствует двор. Наследник со мной даже не здоровается!
* * *
По пути домой Лиза изнемогала от непонятной усталости. Она еле-еле поднялась на второй этаж, с трудом открыла дверь. Из глубины квартиры навстречу ей вышел Андрей.
– Ну, здравствуй, графиньюшка! С возвращением!
Он был в офицерском мундире с орденом Владимира второй степени. Однако, взглянув в его осунувшееся, уставшее лицо, Лиза ощутила, что случилось что-то необратимое.
– Андрей, о Господи, где ты был? – Лиза кинулась к нему на шею.
Он обнял ее и долго-долго не отпускал. Гладил по голове, целовал в макушку.
– Ты представляешь, Николая арестовали! А тебя нигде нет! Я второй день бегаю по городу. Вот, наконец, с его отцом поговорила.
– Ты бегаешь по городу из-за Николая?
– Ну конечно! Мне так тебя не хватало! Если бы ты был рядом, все было бы гораздо проще.
Андрей отшатнулся от нее.
– Ты думаешь, что я стану помогать тебе его спасать?
– Андрюша, что с тобой?
– А что с тобой? Когда ты успела стать лживой и лицемерной?
– Что ты говоришь? Ты не в себе, – Лизу накрыла паника. Она не узнавала своего друга. В глазах потемнело, и водоворот унес ее за пределы сознания.
* * *
– Маша, Маша, очнись! – словно из другого мира постепенно возвращались звуки, мысли, ощущения.
– Андрей, – она, наконец, открыла глаза. Она лежала на диване. Встревоженный Громов обтирал ее лицо и шею влажным платком.
– Маша, как ты меня напугала! Что с тобой? Ты больна?
– Нет, Андрей, я просто устала. Плохо спала ночь.
– Тебе нужно отдохнуть. Давай я провожу тебя, – бережно поддерживая, Андрей повел ее в спальню.
Он укрыл ее одеялом, задвинул штору и тихо вышел.
Лежа в кровати, Лиза размышляла: «Странное дело! Давно я в обмороки не падала. Надо поспать… Ох, Никола, Никола, что же ты наделал! И я тоже хороша. В деревню поехала зачем-то. Нужно было сразу лететь сюда, вытаскивать его. Он такой доверчивый! Ну ладно, завтра с утра попытаюсь добиться свидания с ним… Нужно выспаться, а то буду плохо выглядеть…»
* * *
Наступил вечер. Лиза немного поспала. Но ее терзала тревога, ей нужно было высказаться, выплеснуть все.
– Андрей, ты же понимаешь, Николай не мог этого сделать! Его подставили, – Лиза ходила взад и вперед по комнате.
– Конечно, подставили, – спокойно ответил Громов. – И я даже знаю, кто.
– Кто?
Он молча поклонился.
Лиза смотрела на него в изумлении и ужасе. Она начала понимать.
– Андрей! За что? Что он тебе сделал?
– Я видел вас вместе. В день, когда ты уезжала.
– Нас вместе?
– Да, вы были… – с перекошенным лицом он посмотрел на дверь спальни, – …там. Я вернулся раньше, чем Никола ушел.
Она смотрела на него, широко раскрыв глаза.
– Так ты из ревности? Боже мой! – она опустилась на стул, в отчаянии обхватила голову руками. – Сбылось!
– Что? Что сбылось?
– Предсказание «Un Ballo in Maschera»! Но Андрей, я же ничего тебе не обещала. Ничего.
– Я люблю тебя!
– Странная у тебя любовь! Причинять страдания тем, кто мне дорог.
– Он не стоит тебя! Это совершенно испорченный человек.
– Андрей, он дорог мне. Заметь, я не сказала, что я его люблю.
– То есть?
– А то и есть! То, что ты тогда видел, было… прощанием с любовью. Не знаю, поймешь ли ты меня. Вот бывает, тебе чего-то безумно хочется. Долго-долго, месяцы, годы. Ты уже изменился, а это так и не получил. И, наконец, вот оно – счастье! Но радость оттого, что мечта сбылась, сменяется пониманием, что тебе это уже не нужно. Я проверила себя и поняла, что не люблю его. Так что напрасно ты все это затеял! Ты мог бы
