только Сапфира. И та спала, хотя по мнению Стиана, ещё была вполне ночь, и она должна была бы ещё бодрствовать. Похоже, в помещении у неё напрочь сбился режим.
«Да куда Дис мог деться? Рейла уехала! Где он шляется?»
В неловком молчании они допили кофе, а потом Стиан напомнил:
— Ты хотела на что-то пожаловаться.
Дарби стала говорить о тревогах по поводу инмира, отрубания рук, выкачивания магии, потом о своём прошлом и стремлениях. Стиан не очень-то участвовал, изредка задавал уточняющие вопросы. Она придвинулась. В один момент бедро красотки случайно коснулось его руки. А потом также случайно коленки. Она будто специально подгадывала «удачные моменты».
Стиан заметил, как его потряхивает: «Неправильно все, не могу я изменять моей Лайне!» — мысленно вскрикнул он. Притворился, что глаза слипаются, упал вбок на подушку. Замер.
«Прокатило один раз, авось и в этот повезёт», — надеялся Стиан, чувствуя себя ботаником-девственником с неокрепшей психикой, пусть это и было не так.
Дарби помолчала пару минут, затем встала и в сердцах бросила:
— В бездну эликсиры! Так обломать…
Она вышла, оставив Стиана лежать. Он осторожно открыл глаза, убедившись, что Дарби рядом нет.
«Она и правда надеялась на продолжение… — подумал он. — Стоит быть с этим аккуратнее».
Хуже всего было то, что ему нравились эти прикосновения. Нравилось внимание красотки. Но это желания тела, дух верен Лайне. Он всем сердцем хотел избавиться от таких искушений.
«Рейла узнает местоположение академии, и можно будет отсюда валить, — повторял он про себя. — Не знаю, как и когда, но я доберусь до неё».
«А если она изменилась? Стала другой? Прошло уже больше времени, чем ты с ней знаком!» — тревожился разум.
Стиан контратаковал: «Она — моя половинка, я чувствую. Никогда мне не было так хорошо, как с ней».
«Ты не пробовал с Дарби…» — мозг подкинул развратную картинку красотки, которую Стиан одновременно и закинул бы подальше, и приблизил. Шальная мысль вызывала возбуждение, смешанное с отторжением.
Чтобы не рассуждать над очередными финтами разума, он сначала пересмотрел видео с Лайной, а потом схватил учебник по магохакингу.
Ближе к обеду вернулся Дис.
— Где пропадал? — возмущённо спросил Стиан.
— Грубый ты сейчас, — заметил тот. — Эликсиры?
— Они, — кивнул Стиан, не решившись объяснять истинные причины.
— Ирси и Руф позвали меня в комнате отдыха поиграть. На приставке и в настолки. Отлично посидели, всё равно не спалось. После обеда, думаю, залягу.
Уже когда он с Дисом спускался в столовую, до него вдруг дошло:
«Дарби наверняка договорилась с Ирси! Они подруги! И соседки!»
Потом сам опроверг гипотезу: «Не могла она предвидеть, как наш разговор повернётся. Сначала звала погулять ведь».
Новый послеобеденный эликсир не дал Стиану порассуждать о коварстве женщин. Теперь он уснул по-настоящему, провалявшись до самого вечера. Глянул фильм, поужинал и с отвращением проглотил ещё один эликсир. Снова заснул.
Стиану показалось, что в комнату заходила Дарби, о чем-то разговаривала с Дисом. Вроде слышал фразы: «Так целый день и спит? Дозировка, наверное, высокая». С другой стороны, всё это могло ему и присниться.
Море, песок, две обнажённые красавицы, раскачивающие гамак, привязанный к пальмам. В нём, заложив руки за голову, валялся Стиан. Одна девушка рыжая, зеленоглазая, с веснушками. Вторая — брюнетка, с тёмно-карими глазами, длинными ресницами и губами с кроваво-красной помадой. Так и качался между ними. От одной к другой. От одной к другой…
Поднялся Стиан с мыслью: «Что же принесет новос?»
Рейла улетела, а значит, её уроки могли отменить. Почему-то глубоко в душе Стиан надеялся отдохнуть, но лучше заняться подготовкой к испытаниям. С тех пор, как он начал учиться в КИУ[1], каникулы стали ассоциироваться с сессией. Месяц зубень — это, конечно, рановато для экзаменов, но мозг уже врубился на полную.
Дис в третий раз отложил будильник и перевернулся на другой бок. Стиана почему-то такой манёвр насмешил. Он сам очень нехотя одевался, думал об адепте Дамитри, о другой академии.
«Жалко, не успел Лайне весточку передать. Знать бы заранее… Почему Рейла настолько неожиданно пропала?»
Он с трудом удерживался, чтобы не начать взламывать Вэя тоже. Хватит привлекать внимание. Капля в море, но… не стоит. Если тот заметит, им не поздоровится.
— Обещ-щал с-свободу… с-сволочь, — протянула Сапфира.
Стиан чуть не подпрыгнул от неожиданности: из-за пустых глазниц сложно было понять, когда огонёк спит, а когда бодрствует.
Стиан присел напротив решетки, вырезанной в шкафу:
— Прости, не могу тебя пока выпустить. Оставайся, куда тебе идти? Ты лишилась своей стаи…
— Из-з-за тебя…
— Я случайно. Не оставишь же ты яйцо?
— Ди-итя? Ос-столоп. Мо-о-о-ё дитя⁈
— Понял-понял, — Стиан на всякий случай отодвинулся подальше. — Не сердись.
— С-с-с! — грозно шикнул тёмно-синий огонёк.
— Я тебя отпущу, обещаю. Ты разве можешь сейчас от яйца далеко отлетать? Будешь тут в безопасности, мы еду будем приносить.
— Вы теперь с-стая! — объявила она.
— Что, прости?
— С-стая! Вы!
— Нет-нет-нет, — покачал головой Стиан. — Ты огонёк, а мы нет.
— Я вождь! — клацнула зубами она. — Выпус-сти меня, пога-анец!
— Поздравляю с вступлением в стаю, — пошутил Дис, который, видимо, недавно проснулся.
— Издеваешься…
— Да я слышал. С ней сложно сладить, но зато с синтезом продвинулись.
Когда они увидели расписание в столовой, радости оно не добавило. Фанчи не шутил насчёт своих каникул, но студентам, видимо, предстояла трудовая практика. Три дня они должны были помогать уборщице чистить бассейн. Особенно такая новость опечалила Паку, который ненавидел работать руками.
Бутылочку эликсира Стиан выпил прямо за завтраком и тут же закусил яичницей с колбасой. Это был самый приятный приём лекарства от нестабильности. Самый приятный, но всё равно противный. Ох, если бы так и продолжали с собой давать эту жижу… А то Сутейг и Рейла максимум конфетки предлагали…
Через минуту, когда он склонился над унитазом, стало понятно, почему. Завтрак уходил из него со скоростью звука. Оставалось только гадать, как раньше в него влезала болотная жижа почти сразу после еды.
Бассейн теперь выглядел вполне хорошо. Окна стали наконец прозрачными, сыростью почти не воняло, сине-голубая мозаика и барельефы-раковины заиграли красками. В самой чаше оставалась куча склизкой грязи и множество ржавых пятен.
«Да… Работы хватит надолго…»
Пока они оттирали бассейн, вдоль борта ходила уборщица Лурра. Как всегда, со своей странной причёской, напоминающей жёлтый раскидистый куст. В широком спортивном костюме
