И какого же было мое счастье, когда рядом вдруг возник мой внук!
Полагаю, выжить тебе удалось лишь благодаря магии. Но, как ты создал портал для скачка, я не мог понять.
На детском теле всюду были сильные ожоги, но процесс восстановления постепенно скрыл следы воздействия огня. Особенно долго держались страшные рубцы на голове, будто тебя обожгло расплавленным металлом, или стеклом.
Спустя несколько дней особняк был восстановлен, после полной выплаты страховой суммы. Несколько сильнейших магов занимались кропотливым процессом, почти двое суток. Так что новый дом являлся точной копией старого.
Однако, погибших в пожаре детей мне уже никто не сможет вернуть!
Сыскная служба занялась расследованием происшествия, но за недостатком улик дело было закрыто. Его квалифицировали как несчастный случай.
Спустя пару дней, ты вдруг переместился микро-порталом в сад. Я сразу догадался, отчего были те странные ожоги. Полагаю, Онис нашел тебя в огне и выбираясь из дома, по пути забрал медальон из тайника. В процессе он понял, что не способен дойти до выхода и надел амулет тебе на шею, или дал в руки.
Что там конкретно произошло могу только догадываться, но предполагаю, что металл расплавился от страшной температуры и фрагменты механизма попали в твое тело. Иначе, как объяснить все последующие прыжки.
Будучи прирожденным магом, ты выжил бы и в преисподней! А получив способность открыть портал, самостоятельно покинул горящий дом, даже не умея ходить.
Последующие дни, няньки не представляли, что с тобой делать! Я понял, что долго держать в секрете постоянные телепортации вряд ли получится. Либо ты сам переместишься за пределы дома, либо кто-то из прислуги проболтается. В таком случае, возвращение старых проблем было бы вопросом недолгого времени.
Именно так, мне в голову пришла идея составить некое послание. Пока я работал над текстом, ты носил на себе эти вери́ги, чтобы привычка позволила тебе забрать письмо с собой. Ведь иногда, при перемещениях ты мог переносить различные предметы, с которыми подолгу играл.
Я был уверен, что в момент смертельной опасности, которая неминуемо наступит, ты совершишь путешествие намного дальше нашего сада.
Мне остается уповать на то, что не даром занимался с тобой ежедневно, стараясь дать возможность запомнить структуру родного языка и основы грамоты. Ты способный малый, а моя магическая помощь в совокупности с твоим незаурядным умом, позволят прочесть письмо, я нисколько в этом не сомневаюсь.
Нарочно не называю твоего имени, дорогой внук. Прими же то, которым тебя назовут приемные родители, как первое и единственное. Это будет правильно!
Не теряю надежды на встречу, твой любящий дед Манариф.»
Дочитав последнюю страницу, я сложил листки в стопку, досадуя, что части текста не хватает. Аккуратно вложив документ в коричневую сумку с завязками, убрал во внутренний карман куртки.
— Это пиздец, товарищи! — негромко дал я оценку ситуации. — Я, блядь, еще и Волоконт! И хреномаг в одном флаконе, и в башке у меня намертво застряла хреномагическая магохрень!
Раздраженно захлопнул сейф и водворив на место лакированную панель, пошел к себе в спальню.
После сегодняшнего опустошения Кристаллов Эранджава, в моем теле еще оставался вполне приличный запас рубиновой энергии. Ее я решил приберечь на крайний случай, поэтому игнорировать острую потребность в здоровом сне не собирался.
По дороге, крутил в голове вопрос о своих пространственных путешествиях.
В первый раз, я кажется сломал шею, и дремлющая во мне способность сработала как эвакуация в родной мир, где полно магической энергии. Там, я восстановился и благодаря этому выжил. Правда, не понимаю, почему попал именно в тот вонючий комбайн, на Черных Полях.
Обратно же меня закинуло с помощью молнии! А может, просто чуть не убило, при этом мозг совершил переброску по единственным пространственно-временны́м координатам, которые были ему известны.
В принципе все складывается, более-менее логично.
И теперь, настало время озадачиться главным вопросом! Что делать дальше?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Новость о том, что я рожден на параллельной Земле, довольно тяжело воспринималась измученным разумом. Главный парадокс состоял в том, что я так рвался сбежать оттуда, чтобы попасть сюда! Но, оказалось, что я уже был дома, причем вполне себе мог навестить родного деда. Но нет, я вернулся на ту Землю, которая в действительности мне не родная. Пипец!
Ладно, завтра тяжелый день, а точнее уже сегодня. Поэтому следует хоть немного выспаться. Рано утром отправлюсь к Феликсу по вопросам похорон Бориса Беркутова. Ему очень повезет, если я справлюсь с эмоциями и не разорву ему глотку, голыми руками.
В спальне, я нашел бесподобно красивую Нику Веленскую. Видно, девушка просыпалась, когда меня не было. Одежда ее была аккуратно развешана в шкафу, а сама она теперь дремала, укрывшись моим одеялом.
— Тим, — она сразу почувствовала меня. — Наконец-то… не уходи больше!
Ника обняла меня сзади крепко прижавшись, а мне было очень приятно лечь в уже согретую постель. Ее нежность, спасительным теплом объяла истерзанное безутешным горем сердце.
Аккуратно развернувшись, привлек подругу к себе и тихонько поцеловал.
— Спи, котенок, я не уйду.
Она облегченно вздохнула и тут же засопела на моем плече.
«Мы в ответе за тех, кого приручили!» — избитая вроде бы фраза, привнесла глубокий смысл в нынешний момент…
За окном раздался громовой раскат, и яркая вспышка осветила ночное небо! Большое стекло рассыпалось, со звоном покрыв осколками пол спальни. Ника подскочила, сжалась от страха и закрыла уши.
— Я этого не вынесу… — бормотала она. — Что я такого сделала… почему все так… за что?
Обойдя острые осколки, я осторожно выглянул наружу. Справа, огромным факелом пылал взорванный Рендж Ровер. От поста на въезде раздавались далекие автоматные очереди. Александр Фомич спешно отдавал распоряжения своим людям, которые принялись тушить горящую машину.
Наверное, в ней было установлено взрывное устройство, а сейчас его кто-то активировал.
Впрочем, долго гадать не пришлось. Я ощутил присутствие очень мощной энергетической вспышки и неподалеку возник Феликс Эдмундович Веленский, собственной персоной. Огонь еще не был потушен. В его ярком свете, я отчетливо видел, как убийца моего отца размахивая клинком снес головы всем, кто был поблизости.
— Ника, — я обратился к подруге. — Никуда не выходи, я скоро приду.
Она молча кивнула.
— Тимофей Беркутов, — послышался голос Феликса. — Выходи сюда, парень, есть серьезный разговор!
В это время я уже шел в направлении кабинета.
— Сейчас, — голос мой звучал как из могилы. — Выйду и печень тебе вырежу!
Из коллекции отца, выбрал пару отличных индийских тулва́ров, с клинками средней ширины. Точно помню, что покупались эти мечи за бешеные деньги. Борис Беркутов летал за ними лично, к какому-то знаменитому торговцу антиквариатом. История этого оружия начиналась еще в восемнадцатом веке и думаю любого знатока удар бы хватил, если бы он узнал, что я собираюсь идти с ними в реальный бой.
Вернувшись в спальню, натянул домашние шорты, а на ноги одел удобные кроссовки, тщательно протянув шнуровку. После этого успокаивающе поцеловал заплаканную Нику и вышел прямо через разбитое окно.
Феликс ожидал меня на том же месте. Звуки стрельбы у ворот к этому времени затихли.
— Вот и мой новый компаньон, — он радушно заулыбался, отведя сторону окровавленный меч. — Тим, я не драться с тобой пришел, а договориться!
— А вот это все… тоже «не драться»? — я указал на обезглавленные тела.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я знаю кто ты! — он смотрел мне прямо в глаза. — Для экономии времени признаюсь, что в курсе того письма, которое храниться в сейфе Бориса.
— Что же ты за… животное такое Феликс? — лицо мое искажал нервный тик.
— Напрасно ты так! — он воткнул клинок в газон и убрал пальцы с рукоятки. — Анжела хоть и была тупой как пробка, но пользу принесла немалую, будучи падкой на дорогие подарки.
