— Снова? — она улыбается мне, беря мою руку, и я почти шепчу: «Всегда», но вместо этого просто киваю.
— Если будешь продолжать в том же духе, — Джек следует моему примеру, встает и протягивает руку Эви, — люди подумают, что вы нравитесь друг другу.
Мы смотрим друг на друга, а затем смеемся над Джеком и уходим.
Я обнимаю Элизабет за талию, а она кладет одну руку мне на плечо, касаясь пальцами моих волос.
— Итак, по шкале от одного до десяти, — подшучивает Джек рядом с нами, — насколько ты счастлива, что через два дня наконец-то получишь свою комнату обратно?
Он смотрит на Элизабет с ухмылкой. Это тот взгляд, который я видел раньше, много раз. Взгляд, который говорит: «Я буду тебя доставать, пока ты не скажешь мне правду».
— Что? — спрашивает Элизабет, пока я смотрю на нее, мы оба двигаемся из стороны в сторону.
— Ну, все уезжают завтра вечером, максимум к двадцать шестому, так что твоя комната освободится.
— О, — выдыхает она, и я чувствую, как напряжение охватывает все мое тело.
— Ты всегда можешь остаться у меня, — предлагаю я. — Малыш к тебе уже привык.
— Только поэтому? — спрашивает Джек, и Эви смеется.
— Оставь их в покое, — отчитывает она. — Он думает, что вы двое встречаетесь.
Мой желудок сжимается.
— Что? — спрашиваю я.
— Итак, — в то же время вставляет Элизабет, — если бы мы были вместе, чего я не утверждаю, какое это имеет значение?
— Если вы не встречаетесь, — дразнит ее Джек, — то какая разница, знаем мы или нет?
Я смотрю на Элизабет и вижу, как она качает головой.
— Думаю, ты никогда не узнаешь.
— Вам двоим нужно прекратить, — советует Эви, — сегодня канун Рождества, и у Джошуа свадьба.
— Да ладно, — усмехается Джек, — он так рад, что она появилась у алтаря, ему совершенно все равно.
— Ну, мне не все равно, — заявляет Эви. — Ты хочешь, чтобы я грустила?
— Да, Джек, хочешь, чтобы она грустила? — нападает Элизабет на него. — Она с каждым днем выглядит все грустнее. Тебе нужно перестать беспокоиться о том, с кем я сплю, и обратить внимание на свою женщину и ее потребности. — Я поджимаю губы, чтобы не рассмеяться. — Они явно не удовлетворены. — Она вздыхает. — Отойди от нас, а то я закричу: «Опасность, незнакомец».
— Ладно, хватит, — вмешиваюсь я, оттаскивая ее от него. — Ты...
— Лучшая, я знаю, — перебивает она меня. — Тебе не обязательно это говорить, я и так знаю. Кстати, пожалуйста.
— За что? — спрашиваю я ее, и, черт возьми, потребность поцеловать ее так же сильна, как и необходимость продолжать дышать, чтобы остаться в живых.
— За то, что не сказала ему, что мы спим, — отвечает она. — Он бы надрал тебе задницу.
Я запрокидываю голову и смеюсь.
— Он бы не надрал мне задницу. — Я притягиваю ее к себе. — Но точно побежал и рассказал твоим родителям.
— Можешь себе представить?
— Да, — отвечаю я, желая иметь возможность поцеловать ее, когда, черт возьми, я захочу, — могу.
— Хорошо, — говорит ведущий, — наступает главный момент.
Отпускаю её, поворачивая в своих объятиях так, чтобы ее спина оказалась прижатой ко мне. Обхватываю ее руками, и она прижимается сильнее.
— Пришло время всем незамужним девушкам выйти на танцпол.
— Фу, — стонет Элизабет, — ни за что. — Отталкивает меня. — Уходим, уходим, уходим.
Она уже собирается сбежать, когда ее перехватывает Дениз.
— Вот твой шанс.
— На что? — спрашивает Элизабет. — У меня уже есть букет цветов.
— Замолчи и иди на танцпол ловить этот чертов букет, — рычит она, и Элизабет с недоумением смотрит на меня, стараясь не рассмеяться.
— Просто отойди в сторону, — подсказываю я ей, и Дениз испепеляет меня взглядом.
— Ты следующий, — говорит она мне. — Когда Джошуа будет бросать подвязку, тебе лучше её поймать.
— Зачем? Я не хочу её. — Морщу нос и качаю головой. — Она была на ноге Мэйси. Это противно. Думаю, это даже плохая примета, если шафер поймает подвязку, которая была на ноге невесты.
Дениз не говорит мне ни слова, она просто тянет Элизабет на танцпол, в то время как Зои тащит Лекси, которая улыбается своей матери, но эта улыбка говорит о том, что она не собирается ловить этот букет.
— Лучшее в этом то, что она встречается с лучшим другом Джексона, — делится Джек рядом со мной, указывая подбородком на парня, который стоит в стороне и улыбается ей. — Как мне сказали, он помог ей уйти от её мудака-мужа, — говорит он. — Что бы он ни сделал, сейчас она расцветает.
— Ладно, начинаем, — объявляет ведущий, — раз, два, три!
Мэйси бросает букет через голову, и он приземлился прямо на Элизабет, которая инстинктивно складывает руки на груди.
— Не-е-ет, — стонет она, — это… — Она не успевает договорить, потому что Дениз так радуется, как будто только что выиграла Кубок Стэнли.
— Она следующая! — она хватает Зака за руку, который просто улыбается ей. — О боже, она следующая!
— Я не следующая, — огрызается Элизабет, покидая танцпол.
— Ладно, где холостяки? — спрашивает ведущий.
— Это ты. — Джек толкает меня в центр танцпола, и вокруг меня собираются другие мужчины и Гэвин.
— Тебе стоит её поймать, — говорю я ему, и он усмехается.
— Я и планирую, по традиции тот, кто поймал букет, и тот, кто поймал подвязку, должны танцевать вместе. — Как только он произносит эти слова, мне хочется его ударить. Он хлопает в ладоши, а я просто смотрю на него. — Весь вечер пытался привлечь её внимание.
Не слушаю ничего больше, потому что ведущий начинает обратный отсчет. Гэвин рядом со мной двигается из стороны в сторону, как будто готовится к футбольному розыгрышу. Он подпрыгивает на месте, и когда подвязка летит в воздух, я поднимаю руку, и хотя Гэвин, возможно, шире меня, я выше, так что она падает прямо мне в руку.
Джошуа оборачивается и заливается смехом, увидев, что я держу подвязку на пальце. Я подхожу к нему и засовываю её обратно в карман его смокинга.
— Можешь оставить это себе. Большое спасибо. — Я хлопаю его по груди, поворачиваюсь и вижу Элизабет, смеющуюся и качающую головой.
— Просто не смог удержаться, да? — подшучивает она надо мной, и я улыбаюсь ей.
— Как ещё мне заставить тебя снова потанцевать со мной? — подшучиваю я, притягивая её к себе и наклоняясь к её уху. — Можешь поблагодарить меня позже.
ГЛАВА 31
Элизабет
ПЕРВОЕ РОЖДЕСТВО46
25 декабря
Счастливого Рождества
Слышу сопение рядом со своим лицом, а затем чувствую, как нос Виски тычется мне в глаз. Я стону и отворачиваюсь. Не знаю, почему надеюсь, что он уйдет, но он не уходит. Вместо этого чувствую, как он нюхает мои волосы и лижет шею.
— Нет, — говорю я, поднимая руку и тихонько смеясь, когда его нос оказывается у моего уха. — Виски, — произношу я его имя, и он тут же запрыгивает на кровать, переступая через мои ноги, чтобы добраться до другой стороны.
— Виски, — сонно ворчит Нейт, — слезай.
Но вместо того чтобы слезть с кровати, пес лишь возбужденно перемещается по ней.
— Что с тобой не так?
Открываю глаза и вижу Нейта, лежащего на спине, а сверху на нем Виски, которого он треплет по голове.
— Он, наверное, знает, что сегодня Рождество, и у меня есть для него особенные угощения под елкой. — Я поднимаю руку, чтобы погладить его. — Ты поэтому так возбужден? — Я поворачиваюсь на бок, и рука Нейта, которая была под одеялом, перемещается к моей ноге, нежно ее гладя. — Хочешь открыть свои подарки? — спрашиваю я Виски, и он слезает с Нейта и спрыгивает с кровати.
— Отлично, — жалуется Нейт, — теперь он точно проснулся.
Я смеюсь, когда парень сбрасывает с себя одеяло и встает. Его обнаженное тело выставлено на показ, когда он наклоняется, чтобы взять боксеры, которые снял прошлой ночью после душа, прежде чем забраться в постель, предварительно еще раз выгуляв Виски.
