- Что, так и не вернулась память к тебе? – участливо склонилась надо мной Дарья.
Я лишь отрицательно покачала головой.
- Я и не знала, что так бывает, - растеряно хлопала глазами Лиза.
- Бывает, - утвердительно качнула головой Даша, и продолжила, - Дядьку Ефима помните? Так вот он однажды с крыши пьяный упал. Думали, переломался весь, а на нем ни единой царапины, лишь головой повредился, тоже не помнил ничего. Но с тех пор, ни капли в рот не брал.
Девушки весело щебетали, передвигаясь по моему дому, и вовсю хозяйничая без моего спроса. Даша, деловито усадив меня за стол, принялась расчесывать частым гребнем мои волосы. Лиза орудовала кочергой у печи, ставя глиняную плошку с лепешками подогреваться в ещё не остывшею печь. Варя же, не стесняясь, рылась в моём сундуке, аккуратно откладывая в сторону белую рубаху, расшитую красной нитью и мой любимый синий сарафан.
- А почему этот праздник Лельником называют? – решила я уточнить у сестер, - Какое странное название.
- Дед сказывал, что его Лельником кличут в честь богини весны Лели, - начала пояснять для меня Дарья, - Каждый год богиня Леля прилетает вместе с перелетными птицами. В старину люди выбирали место повыше, покрасивее, да побогаче, чтобы встретить приход Лели песнями и танцами. Отсюда и пошло название «Красная горка». Красная, стало быть красивая.
- На красной поляне в этот день парни и девушки, хороводы водят, песни поют, да самую красивую березку выбирают, чтобы потом нарядить её красивыми венками, да лентами, - подхватила рассказ сестры Варя.
- А ещё на этом празднике выбирают самую красивую девушку на селе, наряжают её в белую длинную рубаху и украшают венком из весенних цветов. Она и будет олицетворять собой богиню на празднике. Прочие девушки станут плести венки из трав и складывать их к ногам девушки-Лели, а она же потом раздаст эти венки всем незамужним девушкам и неженатым юношам.
- В этот день немало пар обручаются, - мечтательно встряла в разговор Лиза, - Парни выбирают себе подруг по сердцу, чтобы вместе встретить рассвет, приход Ярила. С его первыми лучами, сговорившиеся парочки должны принародно обменяться со своими возлюбленными венками и поклониться солнцу. А оно, то бишь Ярило, должно своим светом благословить их союз.
- Любопытно, и снова очередная языческая традиция, - безэмоционально подытожила я, задумчиво глядя на полочку со своими склянками и зельями. Кажется, вон то, зеленое, обладало тонизирующими и обезболивающими свойствами.
И действительно, незаметно плеснув его себе в глиняную чашечку, с каждым новым гладком я чувствовала, как мои измученные мышцы отпускает боль, а в тело снова возвращаются лёгкость и бодрость.
- Как думаете, - снова послышался задумчивый голосок Лизы, - Кого нарядят Лелей на этот раз?
- А кого обычно выбирали до этого? – ради приличия я решила поддержать разговор, хотя мне не особо было это интересно. В этот момент меня больше волновали события прошедшего дня.
Я точно помнила всё, что произошло накануне, и призраков, и мост Калинов, и реку Смородину, и князя Кощея. Облегченно выдохнув, я только сейчас поняла, что основную проблему я решила, и все души не упокоенных были благополучно переправлены мною в Навь. И теперь угроза обращения их в нежить миновала. А то, что в болоте остались их останки, так это не та беда, над которой стоит убиваться. Эту проблему я уж как-нибудь решу со временем. А может и не стану торопиться, назло одному противному болотнику. Пусть, пусть помучается. Я им всем ещё припомню, и лешему, и водяному. Каждый получит от меня, каждый!
- Что с тобой, Настя? Ты какая-то бледненькая, – озабоченно посмотрела на меня Даша, - Ты не здорова?
- А? Что? – моргнула я, - Нет, всё хорошо, - и я поспешила снова вернуться в разговор, лихорадочно вспоминая, о чем говорили мне девушки, - Так кого, говорите, выбрали Лелей на прошлый праздник?
- Любашу, - уныло ответили мне хором подруги.
И почему я не удивлена? Ну, ещё бы. Хотя… Надо отдать должное внешности светловолосой красавицы, она была всем хороша, и лицом, и фигурой, и ростом. Ей бы ещё выражение лица чуть подобрее, помягче бы, вместо этой вечно брезгливой и недовольной мины. Ну да бог с ней, я на её корону первой красавицы на селе не претендую.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
И вот уже знакомая «красная поляна», знаковое место села, где проводятся все важные мероприятия и праздники. Почва уже совсем просохла и покрылась густой сочной травой, костры разожжены, парни и девушки в весёлом ожидании топтались на поляне шумной гурьбой.
Что-то подобное мне уже доводилось видеть на празднике проводов Масленицы. Молодые неженатые мужчины снова стояли особняком и с интересом поглядывали на девушек, а девчата в свою очередь разбились небольшими стайками, смеясь и перешептываясь между собой.
На мне сегодня красовался мой любимый синий сарафан, а в волосы была вплетена ярко-синяя лента, подаренная мне Дарьей Морозовой. Эта лента цвета луговых васильков очень подходила к моему сарафану, а вместе они очень гармонично подчеркивали цвет моих огромных синих глаз. И как сказала Лиза, когда я была полностью одета, что если меня не выберут сегодня Лелей, то значит, всё село ослепло и не видит очевидного.
Праздник набирал обороты. Возле поляны была выбрана одна из молодых берёзок, которую молодые парни принялись украшать венками из весенних трав, что молодые девушки плели тут же, усевшись кружками и распевая песни. Рядом с молодой березкой была установлена небольшая скамеечка, также украшенная различными травами и цветами.
Я пойду, млада на Лельник
Поутру гулять,
А миленок на свирели
Вслед зачнёт играть.
Как подруженьки нарядят
Лялею меня.
В девичьем веночке сяду
На скамейку я.
Вейся, зелен мой веночек,
Руса косонька…
А я девушка – цветочек,
Как берёзонька –
Я бела, стройна, кудрява.
Розы на щеках,
И полнеба просияло
В голубых глазах…
Девушки пели, а парни с заинтересованным видом поглядывали на них, о чем-то негромко пересмеиваясь между собой.
- Пора, пора уж и Лелю выбирать, - любовно оглаживая свою окладистую бороду, громко провозгласил староста села, - Давайте девоньки выходите, да красным-молодцам себя покажите.
Девушки подскочили со своих мест и тут же закружились в весёлом хороводе. И я была среди них. С плетением венка у меня как-то не заладилось, а вот хоровод водить – дело не хитрое, с этим я справлялась на отлично.
- Любке Лелей быть! - восторженно прокричал чей-то мужской голос, и вслед за ним послышались и другие одобрительные крики.
Я окинула девичий хоровод взглядом и остановилась на высокой светловолосой девушке, чьё разрумяненное лицо зарделось от удовольствия и от признания её красоты.
Но вдруг в толпе парней раздался другой голос:
- Прохорову Настьку нарядите Лелею! - а вслед ему закричали и другие, - Ей Лелей быть. Настю нарядите!
Гул толпы нарастал. Кто-то продолжал выкрикивать имя Любаши, но другие, коих было значительно больше, продолжали выкрикивать моё имя.
- Правильно! – неожиданно закричала Лиза Морозова, - Любка на прошлом празднике уже была Лелею, так пусть теперь Настёна ею побудет.
К крикам сестры присоединились и Даша с Варею, а затем и другие девушки. Но и подруги Любаши не остались в долгу, они отчаянно отстаивали свою товарку, чуть ли не с кулаками кидаясь на сестёр Морозовых.
А я же стояла с широко распахнутыми глазами, не зная, куда себя деть. Вот никак я не ожидала ничего подобного.
- Тише! – остановил начавшуюся потасовку староста, - Тише. Соблюдайте себя!
Оглядев внимательным взглядом всех молодых девиц, он сначала остановил свой взгляд на светловолосой красавице, а затем пристально посмотрел на меня.
- Лелею рядите Настьку, - сказал он коротко, взяв меня за руку и выводя в центр поляны. А затем, чуть наклонившись ко мне, прошептал, - Ты Ваньку моего от себя отвадь, и ежели он предложит тебе Ярило вместе встречать, то отказом ответь. Не пара он тебе, поняла?
