Я хмуро вздохнула, а подруга тихо хихикнула:
- А Ванька Колобов снова упился, - тихонечко хрюкнула от смеха в кулачок подружка, - Из рощи вышел, еле на ногах стоял. Так его дружки под руки вели, а он то и дело на лес оборачивался, да тебя худым словом поминал.
Я снова вздохнула. И вперила свой недовольный взгляд в спину светловолосой красавицы, что так и вешалась на моего мужчину. Пусть это было пока только для меня одной. Но в моих мыслях он уже давно стал моим.
- Что-то не слышно вашего пения, девицы-красавицы, - раздался обеспокоенный голос старосты, который так и вился вокруг молодого князька, стараясь хоть как-то угодить и развлечь знатного гостя.
А парень был явно не в духе. И даже не весть откуда взявшийся стул с высокой спинкой и стол с яствами и чаркой бражки, не улучшили его настроения. Он с раздраженным видом смотрел на толпу веселящихся молодых парней, а завидев меня, и вовсе нахмурился.
А я же продолжала прожигать в затылке Любаши не малых таких размеров дыру. Почувствовав на себе мой взгляд, девушка недовольно передернула плечами и обернулась. Наши глаза встретились, и я ощутила такую неприкрытую ненависть в её взгляде, что чуть не пошатнулась.
- Смотри, смотри, - снова зашептала мне на ухо Лиза, и легонечко ткнула меня локтем в бок, привлекая внимание, - Смотри, кажется, о тебе говорят.
- Кто? – растерянно перевела я на неё взгляд.
- Да князь же, - ответила подруга.
Я посмотрела в сторону, и действительно, староста стоял, склонившись в раболепном поклоне, возле вальяжно развалившегося на стуле княжича. Тот что-то тихо нашептывал старику на ухо, а староста же только и успевал кивать головой.
- Да, конечно, - поддакивал старик, - Почему бы ей и не спеть?
А затем староста, отыскав меня взглядом, громко произнёс:
- А теперь пусть наша прекрасная Леля споёт нам, - прокричал он, - Ну же, Настёна!
Все вокруг умолкли и уставились на меня.
Данила, тоже заметив меня, долго смотрел немигающим взглядом. И все дальнейшие попытки надоедливой Любаши вновь привлечь его внимание были полностью им проигнорированы.
А я же успела только подумать: «Мой! Никому не отдам!», прежде чем слова песни полились из моих уст:
Как на берегу озера тайком,
Загорали русалочки втроём.
Да болтали русалки о любви,
Кто кого заманил в свои силки.
Чу, по берегу парень, да молодой!
Ой, девчонки, хорошенький он такой!
Ой, подружки, влюбилася, немогу!
Ой, девчата, хочу я его, хочу!
Припев:
Я тебя зацелую! Обниму, сильно, сильно!
Я тебя заколдую! До утра, долго, долго!
Я тебя зацелую! И скажу нежно, нежно:
Если я полюбила, значит ты мой навечно!
Не смотри мне в глаза, заворожу!
Ой, да не убежать, когда гляжу!
Я во взгляде его сама тону!
Ох, и тянет любовь меня ко дну!
Три звезды, три русалочки у реки!
Ох, и не заплывайте вы за буйки!
Ой, да не перейти эту речку вброд!
Закружит, мужики, вас водоворот!
Припев:
Я тебя зацелую! Обниму, сильно, сильно!
Я тебя заколдую! До утра, долго, долго!
Я тебя зацелую! И скажу нежно, нежно:
Если я полюбила, значит ты мой навечно!
Не знаю, почему я выбрала именно эту песню, но мне всегда очень нравилось творчество группы «Фабрика». А эта песня пришлась сейчас особенно к месту. Теперь Данила смотрел лишь на меня, и только меня.
- Ах, колдунья, что творит, - восхищенно выдохнула за моей спиной Лиза, - Гляди, подруженька, как бы беды не вышло. Мужик он бывалый, вдовый, может с собой не совладать.
Я решила проигнорировать беспокойство в словах девушки.
Нас с Данилой разделяло не менее тридцати шагов. Мы так и продолжали стоять и пристально смотреть друг на друга.
«Ну же, иди ко мне» - мысленно подумала я.
- Остановись, - до моего уха долетели тихие хриплые слова, - Не делай этого.
- Не мешай мне, Ветер, - одними губами прошептала я и протянула свою руку Даниле, хоть нас и разделяла целая поляна.
Он сделал один нерешительный шаг, затем другой, третий. А дальше он уже уверенно и быстро приближался ко мне. На лице его была решимость.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Данила! – заверещала где-то за его спиной Люба, но нам обоим было плевать на её вопли.
И когда он, наконец, коснулся своей огромной ладонью моей руки, я торжествующе улыбнулась, чувствуя, как наши пальцы переплелись.
Решительно потянув меня к роще, он длинными быстрыми шагами увлекал меня всё дальше от поляны. Я же старалась не отставать, и мне приходилось практически бежать рядом. Не выдержав, он подхватил меня на руки и побежал быстрее, пока шум праздника совершенно не стих за нашими спинами.
Глава 29
Его горячее дыхание обжигало мне кожу, а тепло рук согревало тело через грубую ткань белой рубахи. Голова кружилась от запаха тела мужчины, что так бережно прижимал меня к себе. И я чувствовала, как сильно билось его сердце в этой крепкой широкой груди.
- Даня, - ласково прошептала я, и мужчина остановился.
Тяжело дыша, он опустил меня на прохладную траву, и склонился надо мной, внимательно вглядываясь в моё лицо.
- Даня, - снова прошептала я и прижала свои маленькие ладошки к его щекам. Затем они скользнули на шею парня, притягивая его ближе.
Наши губы встретились, и я услышала сквозь поцелуй сдавленный стон Данилы. Обхватив моё лицо ладонями, он принялся яростно целовать мои щеки, глаза, лоб и губы, что-то бормоча при этом невразумительное.
- Данечка, хороший мой, - только и успевала я отвечать на его поцелуи, зарываясь пальчиками в густые пряди его волос.
Это продолжалось долго, очень долго. Он, то яростно атаковал мои губы, неумело вторгаясь в мой рот языком, то внезапно прекращал, словно устыдившись своего безудержного напора, а затем вновь ласково покрывал быстрыми поцелуями всё моё лицо.
Как же было хорошо! Даже не описать словами. Чувствовать, как этот могучий и крепкий мужчина, весь дрожал от желания, как неловко стискивал моё тело сквозь тонкую ткань моего длинного балахона, как рвано дышал и хватал ртом воздух каждый раз, когда отрывался от моих губ, а потом снова впивался в них, словно в последний раз.
Его рука нетерпеливо легла на моё бедро и спустилась ниже к колену. А затем, потянув за край моей рубахи, его горячая ладонь коснулась моей голой ноги. Лодыжка, колено, бедро…
Стон вырвался из моей груди, тело горело от его прикосновений и жаждало большего. Его всего и целиком. Со мной. Для меня. Во мне.
Его же желание ощущалось довольно отчетливо, и уже давно упиралось в моё бедро. И только непонятно каким чудом парень ещё держался и не срывал с нас обоих одежду.
- Мммм, - тихо простонала я, чувствуя горячую руку Данилы на внутренней стороне своего бедра, и потянула за край его пояса, развязывая его.
Мне не терпелось почувствовать его влажную кожу под своими ладонями, огладить его голую грудь.
Но рука парня неожиданно замерла, так и не достигнув цели, а я же разочарованно выдохнула.
- Постой, - прозвучала его, то ли просьба, то ли мольба.
Он чуть отстранился от меня и посмотрел на светлеющее небо. Ночь заканчивалась, наступало утро.
- У нас с тобой всё будет по правильному, по-людски, - проговорил он, оправляя край моей задранной рубахи.
Данила встал и протянул мне руку.
- Пойдем.
Он поднял с травы наши венки и, чуть замешкавшись, передал мне мой, свой же надевать не торопился.
- Ты примешь мой венок? – тихо спросил Даня, подавляя смущение и пытливо всматриваясь в моё лицо.
- Конечно, - так же тихо ответила я.
- Тогда пойдем, встретим приход Ярила вместе, - вновь протянул он мне свою руку.
Народ потихоньку возвращался на поляну. Кто-то держался за руки со своей обретенной парой, а кто-то так и стоял в одиночестве. Все молчали и лишь внимательно смотрели, как первые лучи солнца окрашивают верхушки деревьев и крыши домов.
