— Ага, — хищно оскалился я, торжествующе глядя на нее, и радуясь в душе, что она попалась в расставленные мною силки. Ну, держись, ушастая, сама нарвалась!
— Давай-ка, милая, вспомним твои вопли, что я услышал, когда вытащил ваши задницы из ямы, которую, учти, вы сами себе выкопали… Как ты там вещала? «Где ты шлялся, когда нас убивали?! Почему пришел только в последний момент? Специально его подгадал, да? Решил нам доказать, что без тебя мы ничего не стоим? Сколько раз еще мы должны пройти между жизнью и смертью, чтобы ты удовлетворил свое эго?!!!»
Я вглядывался в её побледневшее лицо:
— Все верно, жёнушка, я ничего не пропустил? На память вроде раньше не жаловался, но с некоторых пор мне мозг очень часто выносят, так что, могла и ухудшиться… Так вот, дорогая моя, вы все пеняете мне, что я вечно веду себя, как пацан, а сами-то что? Когда уже ВЫ научитесь отвечать за свои поступки, не разыскивая потом виноватых вокруг? Вы сами поперлись в город, вы сами нарвались на неприятности. Вы все сделали сами! Привыкли к тому, что я всегда наготове и смогу успеть спасти ваши задницы по одному лишь щелчку ваших пальчиков? А вот — сюрприз, не всегда, я не всемогущ! Вы не помогаете мне, а только постоянно тащите назад своими идиотскими выходками. Ты — взрослая женщина, ты старше их всех, а ведешь себя хуже Ириски! Она, по крайней мере, выжила там, где любая из вас бы сдохла в муках! Да что говорить, даже я, наверное, там помер бы, если бы не она. И заметь, сестра при этом не ноет, не кричит, какая я сволочь, ни в чем меня не обвиняет — она просто принимает помощь, когда я могу её оказать и помогает сама, когда это в её силах.
Ты спрашиваешь, сколько раз вы должны пройти по грани, и когда я натешусь? А почему ты не останавливала меня, когда я спасал ваш долбанный мир? Почему ты не кричала, какой я тупица, когда я вытаскивал тебя из-под трупов пожирателей? Тебе не было меня жалко, когда я отдал всего себя, уничтожая тьму, думая, что ты умерла? Как быстро забывается хорошее, правда?
Никто из вас еще не заслужил права осуждать мои поступки. Никто из вас еще не доказал, что чего-то стоит в этой жизни. Вы защищали меня в Ватикане? Низкий поклон вам за это. Но, думаю, теперь мы в расчете.
Блять, как же меня это бесит! Почему я должен все это говорить вам, почему вас нужно тыкать носом в очевидные факты? Скажи, почему вы — такие правильные, воспитанные, рассудительные — сами не можете дойти до этого?! Я стараюсь, рву душу и жилы, чтобы вытянуть нас из трясины, куда мы погружаемся с каждым годом все сильней и сильней. Я расту, развиваюсь, я готовлюсь к будущему, которое отнюдь не такое, каким вы его рисуете в своих радужных мечтах! Что у вас в головах? Белые подвенечные платья? И Влад под каблуком? И счастливая семейная жизнь? Увы, для всего этого нужно уничтожить заразу, что захватила уже множество миров и готовится захапать наш!
А что делаете вы для того, чтобы встать плечом к плечу со мной в предстоящей битве? Вечно предъявляете мне претензии, ноете, с каким-то ослиным упрямством не хотите видеть ничего дальше своего носа, требуете, чтобы я постоянно был в поле вашего зрения, охранял ваши задницы.
Не буду ничего объяснять. Если вы до сих пор не осознали происходящего, то мои сегодняшние слова покажутся вам простым сотрясанием воздуха. Повторюсь, я никому не обещал «долго и счастливо». У меня все меньше остается времени и тратить его на ваши хотелки и глупости я больше не намерен.
Так что, дорогая моя, или прими это и запомни, что я — мужчина в этой семье, моё слово — закон. В противном случае можешь отправляться вслед за Мариной и Витторией. Больше я таких выходок не потерплю.
Более того, все, кто решит остаться, пойдут со мной в провинцию Ига, чтобы выжечь последнее крупное гнездо пожирателей на Земле. Там я лично проверю, на что вы способны, кроме того, чтобы попусту молоть языком.
На этом наш разговор закончен. Я не желаю больше к нему возвращаться. Либо примите меня таким, какой я есть, либо уходите. Нервы мне трепать я больше не позволю.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Кстати, Марра, я надеюсь, ты все хорошо расслышала? — холодно посмотрел я на притихшую элементаль.
— Ох, ну силён… Напугал, прям застращал, боюсь… — попыталась было пошутить она, но сорвавшаяся с моих пальцев молния ударила ей точно в лоб, заставив упасть с дивана, растеряв всё шутовское настроение.
— Я СПРОСИЛ, ТЫ МЕНЯ ХОРОШО УСЛЫШАЛА?!!! — гневно зарычал я.
Кокон, что связывал ее, мгновенно развеялся, и Марра опустилась на колено, склонив голову.
— Да, Владыко, я все услышала.
— Вопрос с тобой мы обсудим позже, и надеюсь, ты придумаешь хорошее объяснение тому, что у меня до сих пор нет власти над царствами. И если оно мне не понравится, боюсь, я решу проверить, действительно ли драконы произошли от ящериц и могут заново выращивать оторванные хвосты.
Еще один почтительный поклон, и она растворилась в воздухе. Я обернулся и бросил глядящим на меня девчонкам:
— На этом у меня все. Возможно, кому-то требуется время, чтобы все обдумать и сделать правильные выводы. Я никого не тороплю, но учтите, с таким настроем, что у вас был до сегодняшнего дня, я не вижу вас рядом с собой в будущем. Я говорю обо всех, хотя знаю, что некоторые из вас уже давно все для себя решили. И все же, я даю вам — всем вам — последний шанс передумать. Больше его не будет. Скоро я возьмусь за вас всерьез, и тогда просто так уйти уже не получится.
Надеюсь, Селена, я ответил на твои вопросы? В любом случае, больше распинаться я не намерен. А теперь — прошу прощения, я бы хотел поговорить с Аштар наедине. Поэтому оставьте нас.
Глядя на то, как встают девушки из-за стола, я задумался над тем, не перегнул ли планку. Селена выглядела непривычно смущенной и задумчивой, при этом она переводила взгляд то на дверь, то на меня. А после, будто на что-то решившись, молча вышла. Надеюсь, в ее красивой голове не поселилась мысль меня бросить. Хотя, я не верил в такой вариант, но червячок сомнения всё же зашевелился в моей душе. Эйелен хитро улыбалась, Ольга отчаянно зевала. Походу, моя пламенная речь её вообще нисколько не впечатлила. Сомневаюсь, что она ее вообще слушала. Близняшки выглядели довольными и многозначительно поглядывали на меня. Рыжик, потершись мордочкой о мое лицо, спрыгнула с плеча и умчалась во двор.
Дождавшись, когда все разойдутся, я пересел на диван и жестом пригласил бывшую богиню присоединиться ко мне. Она попыталась было плюхнуться ко мне на колени, но я решительно пресёк эти поползновения. Тогда Аштар присела рядом, внимательно глядя на меня.
— Я долго думал. Да-да, я умею думать, какие бы противоречивые слухи об этом не ходили! И я решил, что мне необходимо усилиться. Недавние события показали, что я все еще беззащитен перед силами, о которых я плохо знаю. Ты прошла через многое, но память к тебе так и не вернулась. Но мне очень нужны твои воспоминания. В общем, надо тебя лечить — и срочно. Помощь богини мне нужна как воздух, поэтому скажи, что мне надо сделать, чтобы ты обрела былые силы?
— Я не знаю, — она расстроено отвернулась, — быть может, мне надо посетить землю, где я появилась? Вот только где она находится, я тоже не помню, — грустно закончила богиня.
— Значит, мы ее найдем, — уверенно сказал я, — костер Творца в Сером мире нам поможет. Отправимся к нему сразу, как я решу проблему в Японии. И еще вопрос, куда делась Хидеки?
— Да она не смогла связаться с братом и очень переживала по этому поводу. Сказала, что, как все выяснит, позвонит тебе. Не переживай, она тебя не оставит… — с некоторой долей разочарования отозвалась Аштар.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Это хорошо, — уже гораздо спокойнее выдохнул я. Сегодня я осознал, что потерять японку мне бы очень не хотелось. Зацепила она меня, и сильно. Завтра же сам с ней свяжусь, а ещё лучше навещу. Оставлять свою невесту во враждебно настроенном дворце, чтобы ей там промыл мозги ее папаша, я не собирался.
— А теперь отдыхай, — сказал я Аштар. — Чувствую, ко мне сейчас явятся гости, и тебе лучше не присутствовать при нашем разговоре. Не нужно тебе меня видеть…таким.
