Однажды я передал ученику доску для благовоний и спросил его: «Что это такое?» Он схватил ее и несколько раз встряхнул. Он сделал это потому, что у нее нет названия. Мы можем называть ее доской для благовоний, но это только наше сознание, проводящее разграничения. Почему мы должны называть ее «доской для благовоний»?
Во время затворничества я стоял перед одним человеком. Я спросил его: «Кто стоит перед тобой?» Он ответил: «Яйцо». Мне очень понравилось быть яйцом.
Когда затворничество закончилось, я спросил его: «Почему Шифу – яйцо?» Он ответил: «Когда Шифу задал мне вопрос, в моем сознании не было никаких мыслей. Поскольку мне нужно было ответить, я просто сказал что-то – и слово «яйцо» внезапно сорвалось с моих губ. Позже я подумал: «Это не вполне правильно. Как может Шифу быть яйцом? Но я сказал это, и это было сказано».
Когда он сказал: «Яйцо», – это был правильный ответ. На самом деле, любой ответ в тот момент был бы правильным, так как в его сознании не было никаких мыслей. Он находился в абсолютном состоянии и не делал никаких разграничений. Но как только его стали посещать сомнения, он утратил ответ.
Возможно, на этом затворничестве я тоже встану перед вами и спрошу: «Кто стоит перед тобой?» Тогда, вспомнив историю, которую я только что рассказал, вы можете попытаться дать похожий ответ и назвать Шифу лошадью. Однако это будет неправильно, если вы хотите дать хороший ответ. Это – различающее сознание. Это – не то сознание, которое воспринимает все как одно и тоже.
Оставь деянья и – к покою,Еще активней тот покой.
Изначально ваше сознание могло находиться в относительно устойчивом состоянии. Но когда вы понимаете, что ваше сознание не является совершенно неподвижным, вы можете попытаться успокоить его. Однако попытка успокоить сознание только заставит его активизироваться. Сознание, не проводящее разграничений, неподвижно; в нем нет взлетов и падений. Если вы пытаетесь устранить взлеты и падения, это похоже на ситуацию с ведром, наполненным водой. На его поверхности – слабая рябь. Но вы хотите, чтобы поверхность была совершенно спокойной, и дуете на воду, чтобы успокоить ее. Рябь усиливается. Затем вы нажимаете на воду руками, чтобы предотвратить ее движение. Результат – еще большее волнение. Если бы вы оставили воду в покое, рябь в конце концов улеглась бы, и поверхность воды успокоилась. Здравый смысл подсказывает нам, что мы не можем заставить воду успокоиться. Впрочем, когда дело доходит до практики, нам бывает сложно применить тот же принцип.
При занятиях практикой достаточно просто сосредоточить свое сознание на методе. Нет необходимости размышлять о том, каковы ваши успехи или гадать, улучшилось ли ваше положение по сравнению с тем, что было час назад. Во время вечерней проповеди я могу спросить вас: «Как ваши дела сегодня?» При этом вы можете выразить свои чувства. Но когда вы занимаетесь практикой, вы определенно не должны исследовать свое душевное состояние и судить о своей практике.
Кто-то сказал мне: «Шифу, мне очень стыдно. Я прихожу на затворничества раз за разом, и все же я не делаю никаких успехов». Я сказал: «Тот факт, что вы по-прежнему приходите на затворничество и практикуете, доказывает то, что вы делаете успехи».
Занимайтесь практикой с равностным сознанием и не делайте различий между хорошим и плохим. Не сравнивайте свое состояние до и после затворничества и не судите о том, хорош или плох метод, которому вы следуете. Если вы видите, что не можете следовать методу, вы можете изменить его, но сначала поймите, почему вы не можете использовать его. Вы не должны позволить любопытству управлять вашей практикой, играя с одним методом сегодня и с другим завтра или чередуя один метод с другим раз за разом. Вы должны понять, что между отдельными методами нет подлинной разницы. Держитесь за один метод и проникайте в него как можно глубже.
Это похоже на отношения в любви. Когда вы любите кого-то, вы должны продолжать эти отношения, а не менять партнеров одного за другим. Точно так же храните один метод и не меняйте свое представление о практике. Частые перемены принесут вам только беспокойство.
4. Объединение сознания
Когда погрязнешь в раздвоеньи,Как сможешь ты постичь единство?Если единства не постигнешь,Лишатся оба функций разом.
Всегда, когда вы проводите разграничения, ваше сознание вступает в противоречие. Противоречие предполагает двойственность. Какое отношение это имеет к практике? Последователь обычно хочет обрести просветление или состояние Будды. Однако это порождает двойственность субъекта и объекта. Человек, стремящийся что-либо обрести, отделен от обретения, объекта своего поиска. Стремясь объединиться с Буддой, он отделяет себя от этого. Это – состояние противоречия.
Или, возможно, последователь хорошо знает, что он никогда не был отделен от Будды. Однако, поскольку он еще не ощутил это единство, он ищет Будду внутри самого себя. И все же даже поиски Будды внутри себя порождают противоречие между его устремленным сознанием и внутренним Буддой. Таким путем никогда не достичь единства.
Если это так, то стоит ли заниматься практикой, вовсе ни к чему не стремясь? Каждый день мы повторяем Четыре Великих Обета. Четвертый обет гласит: «Я клянусь достичь Высшего Состояния Будды». Какова цель повторения этого обета, если стремление к достижению состояния Будды порождает противоречие? С другой стороны, возможна ли практика, если мы не определим свою цель?
Если вы действительно верите в то, что разграничения не существует, вы можете заниматься практикой без противоречия. Вы должны обладать верой в фундаментальное единство, чтобы приступить к практике. Однако многие люди продолжают оставаться в двойственности. Они могут говорить о едином Боге, но считают себя отделенными от Бога. В Чань вы с самого начала практики должны верить в не-двойственность. То же самое единство выражено в гунъане: «Мириады дхарм возвращаются к единому. К чему возвращается это Единое?» Другими словами, если все существование исходит от Бога, то от чего исходит Бог?
Вера в сознание придает особое значение практике. Многие из вас практикуют подсчет дыхания. Цель этого метода – достичь объединенного, или однонаправленного состояния сознания. После того как вы достигаете точки, в которой нет других мыслей, кроме счета, рано или поздно счет также прекращается естественным образом. Цифры исчезают, дыхание исчезает, и мысль о подсчете дыхания также исчезает. Единственное, что остается, – это ощущение существования. Использование такого чаньского метода, как хуатоу, может привести к сходному результату на начальных стадиях. В определенный момент хуатоу может исчезнуть, или вы просто больше не можете использовать его. Но это не всегда означает, что вы достигли состояния однонаправленности сознания. Вы можете по-прежнему сохранять мысль о попытке использовать хуатоу. Только когда мысль о практике исчезнет, ваше сознание окажется в спокойном состоянии единства.
Человек, который воспринял единство, отличается от обычного человека. Его вера сильнее, чем у того, кто может в лучшем случае понять рассудком, что такое не иметь разграничений в собственном сознании. Пережить это на собственном опыте – совсем другое дело.
В даосизме существует высказывание о том, что одно дает рождение двум, а два дают рождение всей множественности вещей. Мы не должны думать, что третий патриарх смешивает даосизм с буддизмом. Дело лишь в том, что он использует даосскую терминологию для выражения буддийского учения. Высшая цель даосизма – не та же, что в случае Веры в сознание, так как Чань выходит за пределы единого. Но мы должны сперва достичь состояния единения, прежде чем мы сможем преодолеть его.
Практика Чань должна развиваться в такой последовательности: рассеянное сознание, простое сознание, единое сознание, отсутствие сознания. Сначала мы собираем свои рассеянные мысли в более сосредоточенное, или простое, состояние сознания. Из этого сосредоточенного состояния мы можем перейти к сознанию единства. Наконец, от единого сознания мы переходим к состоянию отсутствия сознания. Этот последний процесс может быть осуществлен быстрее при помощи чаньских методов хуатоу или гунъань.
Переход от единого сознания к отсутствию сознания не означает, что все исчезло; скорее, это означает, что вы освобождаетесь от однонаправленности сознания. Тот, кто пребывает в едином сознании, может либо испытывать привязанность к самадхи, либо воспринимать себя тождественным какому-либо божеству. Только после освобождения от этого единства и перехода к отсутствию сознания вы возвращаетесь к своей собственной природе, также именуемой «у», или «Чань».
Даже несмотря на то, что это продвижение в практике действительно имеет место, при самих занятиях практикой вы не должны думать: «Я стараюсь сосредоточить сознание. Я хочу достичь состояния единого сознания, состояния отсутствия сознания». Если у вас есть такие мысли о стремлении, вы попадете в беду. Просто занимайтесь своим методом; практикуйте свой метод до самого конца. Это само по себе близко к состоянию единства. Если вы не отступите, рано или поздно вы достигнете точки, когда метод исчезнет и вы обретете единое сознание.
