много вопросов в жизни не хотят решать.
А что, в жизни, кроме его работы, ничего нет? А мы не работаем?! Я тоже работаю, но, когда я знаю, что моя помощь нужна кому-то в другом селе и в другом районе, я первый оказываюсь там. Это нормальное явление.
Р.П. Мне лично кажется, что любой чересчур сильный уход влево или вправо – это плохо. Надо, как Будда говорил, посередине идти. Трудоголик или лентяй – это одинаково плохо. Немножко поработать, немножко полениться – это хорошо.
Я мужчина, должен быть спокойным и уверенным, чтобы вся семья и страна на меня смотрели и знали, что то, что я сказал, то и сделаю. А если я работаю, работаю и работаю или ленюсь, ленюсь, ленюсь и отстаньте от меня, то что я за человек?! Крайности – это плохо.
З.С. Трудоголики нужны. Если ты лентяй, ты сам себе неудобен, в семье с такими трудно. А если говорят: «Не мешайте мне, я работаю, я занят, занят, занят…», то это уже слишком. C такими тяжеловато. Но и неплохо. Потому что они тянут.
Р.К. Меня часто называют трудоголиком. Я думаю, что это плохо, но трудоголизм, каковым его считают люди, не всегда на самом деле является трудоголизмом. Иногда это то, что человеку надо. Опять же, я думаю, что для полноценной жизни, нужно не жить односторонней жизнью. Я думаю, что моя жизнь была бы гармоничнее, если бы я могла посвящать больше времени дому и не приезжала бы туда такой усталой и раздраженной. Я бы хотела больше времени посвящать своим родителям, заботе о них.
А.Б. Для общества феномен трудоголизма – это хорошо. Для человека не очень. Трудоголик теряет чувство своего окружения. Он сужает свое восприятие действительности рамками только работы.
С.У. Я бы сказал, что трудоголизм чрезмерен. Такая жизнь скучна. Есть выражение «золотая середина», «баланс», его надо искать. Если люди говорят, что слишком заняты своей работой и у них нет времени для общения, то, может быть, такой человек просто хочет покоя? Одиндва часа, чтобы что-то написать.
Я допускаю, что, если смотреть на меня со стороны, может показаться, что я трудоголик. Но я сам так не считаю. Дверь моя всегда открыта…
Е. Амбивалентное отношение к труду в литературе
Амбивалентное отношение к труду, признание как положительных, так и отрицательных его сторон, характерны не только для философской мысли, но и для художественной литературы XIX–ХХ столетий.
В 1891 г. было опубликовано эссе Оскара Уайльда «Душа человека при социализме», в котором он подверг резкой критике физический и другие виды труда: «Человек создан для лучшей работы, чем убирать грязь»363. Через 10 лет герой пьесы «На дне» (1901) Сатин, рассуждая о предназначении человека, произносит известные миру слова: «Человек свободен… он за все платит сам: за веру, за неверие, за любовь, за ум – человек за все платит сам, и потому он свободен!.. Человек – вот правда! Что такое человек? <…> Это огромно! В этом все начала и концы… Всё в человеке, всё для человека! Существует только человек, все же остальное – дело его рук и его мозга! Чело-век! Это великолепно! Это звучит… гордо! Че-ло-век! Надо уважать человека! Не жалеть… не унижать его жалостью… уважать надо! <…> Хорошо это… чувствовать себя человеком!.. Я арестант, убийца, шулер… ну, да! Когда я иду по улице, люди смотрят на меня, как на жулика… и сторонятся, и оглядываются… и часто говорят мне – “Мерзавец! Шарлатан! Работай!” Работать? Для чего? Чтобы быть сытым? (Хохочет.) Я всегда презирал людей, которые слишком заботятся о том, чтобы быть сытыми. <…> Не в этом дело! Человек выше! Человек выше сытости!..»364
«В русской культурной традиции, – пишет современный исследователь трудовых отношений Н. Григорьева, – труд становится предметом полемики в 1893 г., когда в журнале “Северный вестник” появляется статья Льва Толстого “Не-делание”. В этой статье писатель, задетый за живое дискуссией, развернувшейся между Эмилем Золя и Александром Дюма, высказывает резко отрицательное отношение к труду. В свою очередь текст Толстого провоцирует ученика Николая Федорова – В.А. Кожевникова выступить в защиту производственной деятельности в брошюре “Бесцельный труд: “не-делание” или дело? Разбор взглядов Эмиля Золя, Александра Дюма и графа Л.Н. Толстого на труд”. Если Толстой наставляет читателя на путь добродетели, основанный на недеянии, то Кожевников предлагает им поверить во всеобщий добровольный труд, направленный к единой и всеобъемлющей цели»365.
Задолго до появления работ О. Уайльда, Л. Толстого, А. Дюма и других писателей Ф.М. Достоевский размышляет о противоречиях труда в «Записках из Мертвого дома» (1860–1861), написанных под впечатлением лет, проведенных в Омском остроге (1850–1854). Писатель обращается к особенностям труда осужденных, описывает как тяготы, так и положительные моменты их жизни.
Через 100 лет после публикации «Записок из Мертвого дома» А.И. Солженицын в рассказе «Один день Ивана Денисовича» (1962) продолжает тему, затронутую Достоевским, предлагая неоднозначную трактовку трудовой деятельности в условиях, далеких от каких бы то ни было проявлений гуманности.
Не случайно в ХХ в. появился роман швейцарского писателя Макса Фриша «homo Фабер» (1957). Это произведение – протест против техницизма и трудоцентризма современного общества, современного мировосприятия.
Оскар Уайльд: свобода творческого самовыражения
Оскар Уайльд (1854–1900) – английский писатель, драматург, эстет – в эссе «Душа человека при социализме» обращается к вопросу о том, что нужно для развития творческой индивидуальности человека, при каких условиях личность может достичь высот самореализации: «Сейчас много чепухи говорится и пишется по поводу достоинства ручного труда. Ничего достойного в ручном труде нет, более того, в большинстве случаев он унизителен для человека. Вообще, для человека является моральным оскорблением выполнять то, в чем он не находит удовольствия, и многие формы труда являются таковыми. Подметать грязные улицы в течение 8 часов на пронизывающем ветру – отвратительное занятие. Подметать их с достоинством кажется невероятным. Подметать с радостью – ужасным. Человек создан для более достойной работы, чем убирать грязь»366.
Подвергнув критике условия и характер трудовой деятельности как в прошлом, так и в настоящем, Уайльд обращается к вопросу о том, что нужно для развития творческой индивидуальности человека. В современном ему обществе он не находит необходимых условий для полноценного развития личности. Этому мешают многие факторы, и прежде всего частная собственность, ведущая к социальному расслоению. Конечно, наличие частной собственности дает людям «возможность выбирать ту сферу деятельности, которая им по душе и доставляет истинное удовольствие. Это
