поэты, философы, люди науки – словом, настоящие люди, люди, которые реализовали свою сущность и в которых все человечество находит частичную реализацию. С другой стороны, большинство людей, не имеющих частной собственности и находящихся всегда на краю голода, вынуждены выполнять скотскую работу, работу, которая им не подходит и которую они выполняют под диктатом бессмысленной тирании нужды»367.
Выходом из сложившейся ситуации Уайльд считает социализм: «Социализм, коммунизм, или как бы мы его ни называли, превращая частную собственность в общественное богатство и заменяя соревнование сотрудничеством, превратит общество в здоровую организацию и обеспечит материальный достаток каждому члену общества. По сути, он обеспечит жизни настоящую основу и окружение»368.
В литературе встречаются высказывания о том, что Уайльд заигрывал с социализмом. Я склонна думать, что он романтизировал социалистическую перспективу, привлекая ее для оформления важного для себя тезиса о необходимом расцвете индивидуализма как творческой свободы личности. Когда Уайльд пишет о социализме, то его прежде всего интересуют возможность и условия для творческого развития, для занятий искусством, которое не будет испытывать давления власти. Поэтому социализм в изображении Уайльда – это скорее некий идеальный мир, в котором не будет частной собственности, не будет порабощения, тяжелого поденного безрадостного труда, унижающего достоинство человека, не будет тотального контроля со стороны власти. Социализм Уайльда и власть – вещи несовместные. В своих фантазиях писатель представляет социализм отдельным от государства и власти.
Уайльд рассматривает ситуацию, в которой управление страной перестанет входить в обязанности государства. Каковы в этом случае будут функции государства? «Государство будет представлять собой свободную ассоциацию, занятую улучшением организации труда, произведением и распределением материальных благ. Государство производит то, что полезно. Личность – то, что прекрасно…
Каждый человек должен быть оставлен в покое для выбора работы по душе. Никакая форма насилия не должна применяться к нему. Если же его заставляют работать, то, во-первых, работа не будет ему по душе, и, во-вторых, она будет плохо выполнена и, следовательно, не годится для других. От нее никому не будет проку. А под работой я подразумеваю любой вид деятельности»369.
Противопоставляя труду свободную творческую деятельность, Уайльд обращается к индивидуализму, под которым он понимает творческую свободу личности.
При этом его волнует не столько свобода личности, сколько потенциальный индивидуализм всего человечества: «Признание частной собственности нанесло вред индивидуализму и обезличило его, спутав человека с тем, чем он владеет. Оно увело индивидуализм в сторону. Оно сделало доход, а не совершенство своей целью. И человек решил, что важно ИМЕТЬ, в то время, как важно БЫТЬ. Истинное совершенство человека заключено не в том, что он имеет, а в нем самом. Частная собственность разрушила настоящий и установила фальшивый индивидуализм. Она лишила часть общества индивидуализма, заставив ее голодать. Она лишила другую часть общества индивидуализма, направив ее по ложному пути и обременив ее капиталом»370.
Предполагая, что при социализме каждый человек будет выбирать работу (дело) по душе, имея все возможности для творческого развития, Уайльд считает, что все виды тяжелых работ будут выполнять машины:
Весь малоинтеллектуальный, монотонный, тяжелый труд, труд в отвратительных условиях должен выполняться машинами. Машины должны работать в угольных шахтах и выполнять санитарные функции, кочегарить на пароходах и чистить улицы, развозить письма в дождливые дни, делать утомительную и неприятную работу.
В настоящее время машины конкурируют с людьми. В новых условиях машины будут служить людям. Нет сомнений, что в этом лежит будущее машин; и точно так же, как растут деревья, а сельский житель спит, человечество будет развлекаться или наслаждаться утонченным досугом, который является высшим предназначением человека, а не труд, или создавать прекрасные вещи, или читать прекрасные книги, или просто с изумлением и восторгом изучать мир – машины же будут выполнять всю необходимую и неприятную работу… Будущее мира зависит от механического рабства – рабства машин… Это утопия?
…общество с помощью машин будет обеспечиваться всем необходимым, а прекрасными вещами займется личность. Это не только необходимо, это единственно возможный путь371.
Индивидуализм и свобода творчества несовместимы с рабством и принуждением: «Люди часто спрашивают, при каком правительстве наиболее вольготно живется художнику? Есть один только ответ – ни при каком. Проявление власти над ним или его искусством смешно… Индивидуализм не приходит к человеку с болезненной философией долга, который заключается в выполнении того, чего хотят другие, либо в самопожертвовании – пережитке прошлых диких жертвоприношений… чувство долга не должно порабощать человека. Оно приходит естественно и неизбежно… Индивидуализм… указывает человеку, что нельзя терпеть никакого насилия. Он не заставляет людей быть хорошими. Он знает, что люди хороши, лишь когда их оставляют в покое»372. С приходом индивидуализма люди будут вести себя совершенно естественно и неэгоистично, поймут простой смысл слов и будут использовать его в своей свободной и прекрасной жизни. Люди забудут об эгоизме. Будущему индивидуалисту эгоизм не принесет радости. Люди научатся сострадать и сопереживать естественным образом373.
«И когда социализм решит проблему бедности, а наука проблему болезней, сентиментальности будет меньше, а сопереживание станет глубже, естественнее и здоровее. Человек будет радоваться, наблюдая за радостью других людей. Именно посредством радости будущий Индивидуализм разовьет себя. Христос не делал попытки перестроить общество, а индивидуализм, который он проповедовал, мог быть достигнут только посредством страдания и одиночества. Идеалы, которые мы принимаем у Христа, – это идеалы человека, покидающего общество и полностью восстающего против него. Но человек по природе своей социален»374.
«Христос не восставал против власти… У него не было схемы перестройки общества. Но в современном мире есть такие схемы. Они предлагают покончить с бедностью и страданием… то, к чему всегда стремился человек, это не боль и не удовольствие, а просто жизнь. Человек стремился жить интенсивной, полной, совершенной жизнью. И когда он сможет так жить, не принуждая других и не испытывая страданий, его поступки будут доставлять ему удовольствие, а сам он будет трезвее, здоровее, цивилизованнее, он будет более сам собой… Новый индивидуализм, на который работает социализм, приведет к совершенной гармонии. Это будет то, к чему стремились греки, но не могли достичь из-за рабства, за исключением разве что своих фантазий; это будет то, к чему стремилось Возрождение, но не могло достичь, разве что в искусстве. Новый индивидуализм преодолеет эти препятствия, и это будет новая Греция»375.
Джек Лондон: вырождение под гнетом труда
Герой романа Дж. Лондона «Мартин Иден» (1909) – молодой рабочий парень, моряк, выходец из низов – тоже пришел
