– Это потому, что ты лезешь во все щели и пытаешься все проблемы решать в одиночку, – перед девушкой появился домовой.
– Ну, вот… ещё один… Я ему сказала и тебе говорю: дорогие мои, ну не могу я мимо пройти. Если никто не собирается этого решать, значит, нужно решать мне. Если не я, то кто же? А кроме того, это ты меня поднял среди ночи и погнал пожар тушить.
– Зачем тратить время и силы на мелочные потребности никчёмных человечков?
– Ого, как ты опять заговорил. Ну, наверное, затем, что я тоже человек.
– Когда же ты поймёшь, что ты не человек, ты великая ведьма и тебе уготована другая участь! – начал закипать домовой.
– Да что ж такое-то сегодня, – возмутилась Даша, – я только встала, а на меня уже все рычат и требуют чёрт знает что… Додо, может быть, я когда-нибудь и стану великой ведьмой, но той участи, что вы мне уготовили, я не желаю. Та участь ведёт меня к неминуемой гибели, а я только жить начала! Я хочу пожить, посмотреть мир, хочу увидеть будущее. Ну, не хочу я никем повелевать! Мне бы свой дар освоить и им научиться командовать, вот это моя главная цель, а то такие закидоны вытворяю, что сама не знаю, что будет в следующую минуту.
– Правильно, нужно освоить и начать повелевать, – поддакнул Дормидонт.
– Тьфу ты, снова здорово, – плюнула с досады Даша и хотела что-то возразить домовому, но тут в дверь кто-то постучался, и она отвлеклась.
Пришлось вставать и открывать дверь. На пороге стоял Пашка, опрятный, побритый и с папкой в руке.
– О, мать, ну ты красавица, ты что, так и спала не раздеваясь?
– О господи, а тебе-то чего от меня надо? – взвыла Даша. – Пашка, у меня уже реально даже на раздевания сил нет.
– Даш, ты чего? Ты же обещала данные дать.
– А-а-а, точно. Прости, туплю. Никак не могу проснуться, – ответила девушка и, махнув рукой, – проходи, – зашлёпала по полу тапками.
– Ну уж не-е-е, – заулыбался парень, – за приглашение спасибо, но в дом я не пойду.
– Домового боишься? – спросила она, тот кивнул в ответ. – Ну, и правильно делаешь, – ответила Даша, взяла со стола документы, которые до сих пор там валялись, и вышла на улицу. Сев на лавку, она выбрала нужную бумагу. – Вот смотри, вот он, – девушка протянула Пашке договор купли-продажи.
– Ну-ка, ну-ка, – сказал тот, взяв всю кипу документов. Внимательно их просмотрел и уставился на девушку. – Дашка, я не понял, ты что, все эти участки купила? – он махнул в сторону своего дома.
– Вообще-то я хотела купить только два, но этот жирный хряк как-то вышел на моего риэлтора и начал навязывать мне свой дом за сто тысяч. Ну, нахамил, надавил, я обиделась и купила его, только не за сто, а за двадцать. Я же тебе уже рассказывала.
– Да я тебе не про то… Я тебе про то, что как на это отреагирует Алексей…
– А почему я должна об этом думать? Я решаю свои проблемы.
– Ну, он же к тебе как бы это…
– Чего это, чего ты несёшь?
– Ну, любит он тебя, – через силу выдавил парень и покраснел.
– Ну и что? Сегодня любит, завтра разлюбит и построит под моим носом притон, оно мне надо? Оно тебе надо?
– Да чего сразу притон-то, – начал возмущаться Паша.
– Ты сначала подумай, к чему это все приведет, а потом возмущайся. Паша, ты хочешь работать на служебной машине таксистом у жирных, наглых богатеев? Нет? Вот и я не хочу, чтоб они ко мне лезли. Так что всё, закончили разговор.
– Дашка, да что ты будешь делать с такой прорвой земли и четырьмя домами?
– Что-нибудь придумаю. Вон тот дом, что пошел заваливаться, разберем и тебе вместо сгоревшего сарая поставим небольшой сруб. Будет у тебя там хорошая мастерская, с печкой. Всё равно я его хотела на дрова пустить. А двор я полностью расчищу, засею газонной травой и поставлю там беседку. Понимаешь, у меня мечта идиота, хочу белую беседку. В дом возле бабы Маши скоро родственник приедет, пусть со своим домом и огородом справляется сам, а с этим, – девушка кивнула на соседский дом, – что-нибудь придумаю, пусть гостевым будет. Друзья будут приезжать, им же где-то ночевать нужно будет. Тем более, на него топлива много не уйдёт, если там никто не живёт, достаточно будет двух – трёх градусов тепла, чтоб ничего не промёрзло.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Нифига ты размахнулась, – хмыкнул участковый, – но вернемся к нашим баранам. Почему ты думаешь, что это Плохиш поджег мой сарай?
– Вот почему сарай, не поняла, а вот почему твой дом, понимаю. Ладно, сразу признаюсь честно. Помнишь, ты дом просил помыть? Ну так мы и помыли. Только потом оказалось, что помыли мы дом Плохиша, а не твой. Ошиблись, понимаешь? Вот и он, думаю, ошибся. В деревне-то сколько лет не был, да ещё и в темноте. Я уверена, что это был он.
– Да я тоже чего-то убеждён, что это именно он.
Зазвонил телефон и парень, взяв трубку, представился и стал слушать звонящего.
Минуты через две он посмотрел на девушку исподлобья, встал с лавочки, отошел поближе к забору и начал отвечать короткими фразами:
– Нет… Да… Не думаю… Я уверен.
Послушав ещё минут пять собеседника, вдруг взорвался:
– Да нормальная она девка, совершенно адекватная. Да поумнее тебя будет. Если привести её к тебе в отдел, тебя сразу же увольнять придётся, чтоб просто ей глаза не мозолил и не раздражал.
Пашка мельком глянул на Дашу, руками показал, что ещё вернётся и вышел за калитку. Там он начал ходить по дороге туда-сюда, размахивать руками и что-то говорить. В связи с тем, что расстояние было большое, девушка могла услышать только «Бу-бу-бу». Поговорив так ещё минут десять, парень уставился на Дашу, пошел ей навстречу, протянул телефон и сказал:
– Это тебя.
– Меня? – удивилась она и взяла трубку, – Я слушаю.
– Здравствуйте, – официально сухо поздоровался мужчина, – капитан Воронков Александр Григорьевич, уголовный розыск. Я веду дело об убийстве, – он подозрительно невнятно произнёс фамилию убиенного, но девушке было всё равно, убиенных вокруг неё не было, – скажите, вы знаете Славину Маргариту Романовну?
– Может, и знаю, только имя её мне ни о чём не говорит. Назовите день и опишите женщину, – покачав головой, ответила Даша.
– Брюнетка, карие глаза, прямой нос, – Даша закатила глаза, полицейский, что ещё можно сказать.
– Красивая женщина, бизнесвумен, лет сорока, с офигенной укладкой волос крупными волнами, очень аккуратно выглядит, интеллигентная, машина у неё синего цвета номер 699, буквы не помню.
– Ну, можно и так, – хохотнул полицейский, – да, это она.
– Ну, значит, уже поняли, что говорим об одном человеке, – облегченно вздохнула девушка, – так… когда… Сейчас будем вспоминать. Это было через четыре дня после шашлыков, Паш, посмотри по календарю, когда у нас шашлыки были, – Даша открыла календарь на своём телефоне и подала его Павлу.
Тот быстро посмотрев, ответил:
– Третьего числа.
– Ну, значит, седьмого августа с двенадцати до, примерно, полвторого она была здесь.
– А можно поинтересоваться, о чём вы разговаривали, потому что она замкнулась и отвечает односложно: «Это личное».
– Да, в общем-то, личное и есть. Жаловалась, что доход упал, что устала, что нужно надёжное плечо, а попадаются только альфонсы.
– А о родственнике она ничего не говорила?
– Она – нет. Это я сказала, что он у неё в фирме ворует. Женщина была просто в шоке и настроена выгнать его и из дома, и из фирмы, а что?
– Выгнать или убить? – напрямую задал вопрос капитан.
– За такое не убивают, – усмехнулась Даша, – за такое руки обрубают и жить оставляют. А если вы хотите узнать, кто убил, но стесняетесь, то я вам подскажу. Родственничек играл в подпольном казино. Если хотите точный адрес, то Ленина 31, в подвальном помещении, где бассейн. Там, за бассейном, большой зал, дверь замаскирована под пошлую картину с русалкой. Тоже мне, конспираторы, блин. Проиграл много, и не смог отдать. Угрожал ему мужчина лет пятидесяти, похожий больше на корейца, чем на китайца. У него из-под завернутых рукавов выглядывала татушка. Хвост то ли рыбы, какой-то, то ли дракона.
