Так, похоже мой вид слишком трагичен.
— В порядке, — бодро улыбнулся я, смахнув испарину со лба. — Тренировался.
Она недоверчиво прищурилась, но сделала вид что поверила.
— Ты пропустил экзамен. Выпускной. Просто не явился. Илья, после того как ты открыл в себе дар, ты совсем забросил учёбу!
— Ты давно вернулась? — я облокотился о стену, стараясь не сползти по ней вниз. Да когда же это прекратится-то.
— После… ну ты понимаешь, — она посмотрела в сторону двери и смущенно улыбнулась, но тут же сделала страшные глаза и жарко зашептала:
— Ты никому не рассказал об этом? Меня уволят, если узнают! Я знаю, что мальчишки любят хвастаться, но…
Лиза раскраснелась, потерялась.
— Я не все, — улыбнулся я девушке. Отлепился от стены, подошёл, взял учительницу за плечи. Она робко улыбнулась. — Не все. Что за экзамены? Зачем они мне?
Об учёбе я совсем забыл. Ну ведь мелочи такие, зачем она вообще нужна.
— Ты ополоумел, Илья? Это твой билет во взрослую жизнь!
— У меня тут очередь из академий, Лиз. Вот прямо очередь. Выбирай кого хочешь. И…
— И все они забудут про тебя, если ты не получишь аттестат! Ты что, Илья⁈ — какие большие у неё глаза. — Кому ты будешь нужен с неоконченным интернатом? Никакие квоты на таких бездельников не распространяются.
Ну не получу и ладно. Не расстреляют же меня за такое. Буду необразованным. Чтобы жить это и не обязательно.
— А что за экзамен я пропустил-то хоть? — я подошёл к кровати, устало сел на простыню. Задвинул дипломат ногой. Лиза пристроилась рядом. Положила ладошку мне на колено.
— Мой, Илья. Ты пропустил мой экзамен, — вкрадчиво произнесла она, заглядывая мне в лицо. — Ты чего?
— Прости… Договоримся? — попытался пошутить я.
— Ты же… — она выпрямилась и отстранилась, — ты же не ради экзамена сделал… Это?
— Похоже, что ради экзамена? — усмехнулся я. — Моё коварство должно быть слишком безгранично.
— Прости, прости, — торопливо проговорила она. — Прости… И не волнуйся за мой экзамен. Здесь мы что-нибудь придумаем. Я больше переживаю за остальные. У тебя всю неделю сейчас каждое утро будет выпускной.
Быстро как-то всё произошло. Мне казалось что на следующей неделе должна была начаться всё школьная нервотрёпка.
— Ну, значит сдам, Лизонька! Вот прямо сейчас и начну учиться. А какой у меня экзамен завтра-то?
— Дурак! — возмутилась она, не больно шлёпнула меня ладошкой по плечу. — Это твоя жизнь, Илья. Если ты сейчас её испортишь, то что будет потом? Кем ты закончишь, а? Клерком в местной администрации?
— Я чувствую в себе потенциал повелителя ада, — важно сообщил я, глядя в её красивые глаза. Так переживает, очень мило. Но мне нужно ехать. Я не смогу думать ни о чём, пока не удостоверюсь что Княгиня в порядке.
— Какой из тебя повелитель ада, Артемьев!
— Лучший! — в целом, мне было чем гордиться.
— Значит так, ты дурачишься, значит тебе не так уж и плохо, — вынесла вердикт она, встала с кровати, оправила юбку. — Возьми учебник и садись читай. Я лично завтра тебя приду будить. Чтобы был здесь! Ходишь сюда, будто бы в отель! Понял? Физика у тебя завтра!
— Так точно, ваш высокобродь! — отрапортовал я с улыбкой. Она закатила глаза, торопливо склонилась, чмокнув меня в губы, и спешно выскочила прочь. Физика. Физика. Ладно. С этим мы как-то разберёмся.
Отыскав в груде учебников, валяющихся в углу комнаты, нужный — я сунул его подмышку и медленно, стараясь не уходить далеко от стен, побрёл на парковку интерната. По дороге встретил Лизу и увидев её возмущённый взгляд — потряс над головой учебником и показал большой палец. Учительница нахмурилась, на лице не было ни следа от былого тепла. Сейчас это была строгая преподавательница. Суровая, неприступная.
Такси приехало быстро, и усевшись на заднее сидение я попытался вникнуть в стены текста и груду формул. Удивительное дело, но ненужная мне прежде информация уже была в голове. Память юного тела открывалась с хорошей стороны. До того дня, как пришлось захватывать власть в мире демонов, я же пытался учиться.
Минут через пять меня натурально укачало, поэтому учебник лёг на сидение, а я уставился за окно. Вид зелени и уютных домиков вдоль трассы наполнял натуральным удовольствием. Как же люди не ценят таких простых вещей, когда в их жизни есть место зелёному цвету. Да, ёжкины кошки, любому цвету, кроме оттенков серого!
Вон, какой чудесный дуб раскинул ветви с пышной листвой, в которой утопают солнечные лучи. А вот здесь цветет сирень. Или, вон, клумба цветов перед разукрашенным домиком. Аист дремлет в гнезде, на яркой автобусной остановке торгует семечками бабушка в красочном платке, идёт по обочине едва различимая Княгиня в пёстром платье, рыжий кот на заб…
— Стоп! — гаркнул я водителю. Машина вильнула, и таксист разразился проклятьями.
— Останови уже! — поморщился я его тираде. — К остановке вернись.
— Ты охренел, малой? — взгляд его в зеркале заднего вида был гневен.
— Очень. Останови на остановке. Пока прошу по-хорошему.
Я поправил пиджак, показав амулет.
— Простите, господин, — таксист мигом погрустнел, но послушно доехал до пустой остановки. Я выскочил из машины, оставив дверь открытой. Едва заметная Княгиня, опустив голову, медленно-медленно плыла по обочине. Я нагнал её и встал перед ней. Призрак прошла сквозь меня, но тут же замерла и развернулась. Улыбнулась тепло.
Ох, обнять бы её сейчас! Напугала меня. Получается я, пусть и неосознанно, бросил соратницу возле закрытой зоны. Стыдно, Илюша! Это же она больше суток обратно домой возвращалась. Проклятье, без сил мы с ней оба весьма жалкое зрелище. Тоже мне, убийцы Пожирателя.
— Идём, идём, — позвал я её к машине. Таксист тем временем вышел из автомобиля, намереваясь закрыть распахнутую мною дверь.
— Стоять, я еще не отменял заказ, — увидел это я. Проклятье, если водитель будет борзеть, то мне его и не наказать толком. Однако мужик отделался лишь шумным вдохом и эмоциональным хлопком своей двери, когда вернулся на место.
Он с подозрением наблюдал за тем, как я медленно иду к его автомобилю. Как стою возле двери для чего-то. Как с заботой заглядываю в салон, улыбаясь пустоте. Ничего, дядь, ничего. Мы, одарённые, все немножечко с придурью. Должен был уже привыкнуть.
— Давай обратно, я передумал.
— Заказ до Кротово…
— Считай что оплачен и давай как новый, — устало отмахнулся я. Всё же человек работал, и работа у него, ну право, нервная.
Лицо водителя посветлело. Княгиня со счастливым видом устроилась прямо за ним и смотрела в окошко. Автомобиль развернулся, а я всё никак не мог налюбоваться на свою спутницу. Тогда, в сражении с Пожирателем, я был готов к
