Читаем без скачивания Подарок от нечистого сердца (сборник) - Светлана Алешина

– А что случилось потом? – спросила Лариса. – Когда Наташа была еще жива?

– Она начала встречаться с другим парнем. Тот был из очень обеспеченной семьи. Правда, татарин.

– А как Виктор Васильевич отнесся к ее выбору?

– Он воспринял это – час от часу не легче. Я думаю, что Наташа поступала в пику ему. Дескать, ты хотел обеспеченного – пожалуйста. Да еще и малообразованного мужлана.

– В каком смысле?

– Это были слова Наташи. А отец по-прежнему пытался отговорить дочь от новых отношений, хотя уже гораздо мягче. Но та словно завелась. Нет уж, говорит, папочка, ты хотел такого – получай! Поначалу, когда Виктор Васильевич еще не знал этого Равиля, он даже обрадовался, что дочь наконец переключилась на кого-то. Но когда увидел его… Прямо сказал, что более наглого типа не встречал. Короче, пришел в ужас. Но Наташа словно удила закусила. Стала совсем на себя не похожа. Грубила отцу, издевалась над ним. А потом случилась эта история, в которой Виктор Васильевич винил полностью себя. Он считал, что Наташа покончила с собой, не вынеся разлуки с Кириллом. А потом, наоборот, и Кирилла винил, даже говорил, будто тот специально нанял того водителя, чтобы убить Наташу. В общем, с ума сходил. Мотался по инстанциям непонятно для чего, требовал, чтобы дело расследовали тщательнее. Как будто это могло что-то изменить! Просто человек потерял голову от горя, я так думаю. А потом, уже после смерти мамы, он и вовсе совершил откровенно бредовый поступок.

– Какой именно? – спросила Лариса, потому что Зина снова замолчала.

– Он пошел к этому Кириллу и потребовал компенсацию за моральный ущерб. Денежную. Назвал какую-то совершенно нереальную сумму…

– А Кирилл что?

– Подробностей я не знаю, но только поняла, что тот, естественно, отказался. Там произошла какая-то безобразная сцена, Виктор Васильевич не стал мне ее описывать. А больше я ничего не знаю. Отчим так обессилел, уснул прямо за столом. Я пыталась его растолкать, уложить в постель, но так и не смогла. Потом ему стало плохо с сердцем. Я вызвала «Скорую», его кое-как привели в чувство и уложили спать. В общем, это была кошмарная ночь, о которой мне до сих пор вспоминать неприятно. Даже жутко…

Они снова помолчали.

– А дальше что? – продолжала допытываться Лариса.

– Да, собственно, больше и рассказывать-то нечего. Наутро отчим выглядел довольно жалко. Видно, переживал, что так разнюнился передо мной. Потом завел меня в кухню и настоятельно попросил никому не говорить о том, что он мне рассказал. Уверял, что это все был пьяный бред, на самом же деле все не так происходило. Я заверила его, что никому ничего не скажу.

– И больше вы к этому разговору не возвращались?

– Никогда! – заверила ее Зина. – Словно и не было этой ночи. Просто вспоминали порой маму, Наташу, но в те подробности уже не лезли. Ой! – Зина вздохнула и подперла голову рукой. – Ну пожили бы в общежитии, раз уж он так их сюда не хотел пускать… В конце концов, это был их выбор…

– А ты не видела никогда этих парней – Кирилла, Равиля?

– Кирилла видела, когда он несколько раз приходил к нам. А Равиля нет, никогда не приходил к нам. А Кирилла как-то раз потом видела у Наташиной могилы, с полгода назад.

– Виктору Васильевичу ты об этом не сказала?

– Нет. Зачем?

– Да, в общем, незачем, – согласилась Лариса. – Больше ничего не можешь вспомнить?

– Нет, – ответила Зина. – Все, что знала, выложила.

– Спасибо, Зина. А теперь, может быть, все же назовешь кого-то из тех, с кем общался ваш отчим?

Зина снова задумалась.

– Да ни с кем, – сказала очень уверенно.

– И что же, у него совсем не было друзей? Он ни с кем не встречался, не общался?

– Если вы имеете в виду женщин, то, по-моему, у него никого не было. Во всяком случае для меня эта сторона его жизни была закрыта – я никогда никого не видела в доме, да он и не привел бы к нам постороннюю женщину. Думаю, что постоянной подруги у него все же не было. К тому же с момента смерти мамы прошло мало времени. А что касается друзей… Да, у него был один друг, его бывший однокурсник. Я, правда, даже не помню, как его зовут, он очень давно у нас не появлялся. И не знаю, как его найти. А надо бы на похороны позвать, он ведь даже не знает, что отчим умер.

При упоминании о похоронах Зина горестно вздохнула.

– Господи, – проговорила она. – Завтра еще и похороны… Это и деньги, и нервы… У Виктора Васильевича есть сбережения, но их как раз в обрез и хватит на похороны. Ну и так, по мелочи… Ладно, ничего, сейчас не в этом дело. А вы на похороны пойдете?

Лариса не собиралась этого делать, потому что не видела смысла. К тому же на похороны, хотя и с явным нежеланием, собирался Степаныч, и Ларисе не хотелось оставлять ресторан без присмотра без нужды.

– Спасибо, что решилась рассказать, – поблагодарила она Зину. – Я еще не знаю, поможет нам это или нет, но еще раз спасибо за информацию.

– Да не за что, – вздохнула Зина. – Еще бы это не напрасно было…

– Ты что собираешься делать дальше? – помолчав, спросила Лариса. – Не сейчас, конечно, а вообще.

– Что мне делать еще? Буду продолжать работать, жить в этой квартире… Хотя после этой истории мне жутковато тут находиться. Даже сегодня. Прямо боюсь тут ночевать. – Зина передернула плечами. – Может быть, я ее продам и куплю другую. Подальше отсюда. Конечно, с Андреем нужно посоветоваться.

– Ну, сходи к кому-нибудь из подруг переночуй.

– Нет, что вы! Я должна сегодня быть дома – обычай такой.

– Ну как знаешь. Зина, а что тебе еще известно об этих парнях? Я имею в виду Равиля и Кирилла.

– Я знаю, что у Кирилла фамилия Сухарев и что живет он в университетском общежитии. А про Равиля, к сожалению, не знаю практически ничего, кроме того, что он живет где-то в районе Первомайской площади.

– Так, ну хоть уже что-то, – удовлетворенно проговорила Лариса.

После ухода от Зины она села в свою «Ауди» и отправилась в ресторан. По дороге Лариса думала о том, с чего начинать расследование. У Зины алиби, с дружком ее Жорой, как она убедилась, у нее такие отвратные отношения, что ему эта квартира и близко не светит, на ограбление это не похоже…

Значит, надо копать где-то в другом месте. И почему-то сердце подсказывало, что нужно заниматься этой темной историей, связанной со смертью Наташи. Странная получается цепочка – вначале погибает дочь, затем мать, потом отец… Вот в этом бы разобраться поподробнее.

Глава 4

Однако разобраться в этом сразу же после разговора с Зиной Ларисе не удалось. Едва она вошла в ресторан и позвонила Карташову с просьбой отыскать следователя Гречихина и назначить с ним встречу, как дверь ее кабинета распахнулась и на пороге показался взбешенный Степаныч. Лицо администратора пылало, а глаза готовы были выскочить из орбит.

– Что случилось? – только и успела спросить опешившая Лариса, но Степаныч ее, похоже, не слышал.

– Вот, вот! – ревел он, буквально вламываясь. – Вот что в этой семейке происходит! Совсем уже кранты!

– Да в чем дело-то?

– Дело в том, – крикнул Степаныч, – что мне судьба такая досталась! Мало того, что эти дуры достали, так еще сестра родная…

Он не договорил, сокрушенно замотав головой.

– Что-то случилось с Диной?

– Что-то точно случилось, – мрачно сверкая белками глаз, ответил Городов. – Знать бы еще только, что…

– Подожди, ты можешь рассказывать по порядку и конкретно? – не выдержала Лариса.

– По порядку… – чеканя слова и шумно выдыхая после каждого, засопел Степаныч, – я могу. Короче, Динка опять меня кинула. Должна была сегодня приехать по делу одному в ресторан и не приехала. Я прождал как дурак, на склад с утра не поехал… Главное, знает, что у меня работа… – Степаныч осекся и продолжал уже спокойнее: – Я, короче, подождал-подождал и к ней домой поехал. Думал, спит, кобыла ленивая, как всегда. Звоню-звоню – никто не открывает. Я еще покричал даже. Тут соседка высунулась… И говорит, что шум какой-то слышала, вроде какой-то мужик на Динку орал. А потом утихло все, и она исчезла.

– Как исчезла?

– Ну так… По словам, короче, этой бабки, выходит, что этот мужик – бандит. И что он Динкой был очень недоволен. Вот я и боюсь, что он ее там… – Степаныч понизил голос и почесал голову. – Прикокнул, короче. А у меня ключей с собой не было от ее квартиры, я же их с собой постоянно не таскаю! Вот я и хочу, Лариса Викторовна, – голос администратора зазвучал мягче и ласковей, – чтобы мы с вами туда проехали, дверь открыли и… Посмотрели, – закончил он, после чего скромно потупил взгляд.

– А без меня, значит, боишься? – усмехнулась Лариса.

– Я не знаю, что там, – с вызовом уставился на нее Городов. – А вдруг… Короче, я в ментовку попадать, как племянник Андрюша, не желаю. А то… Ну в общем, вы понимаете. Соседи – они везде стебанутые.

– Ну хорошо, поехали. – Лариса поднялась, явно взволнованная сбивчивым рассказом Степаныча.