Читаем без скачивания Подарок от нечистого сердца (сборник) - Светлана Алешина

Состоялся муторный разговор между Борщевским и представителем правоохранительных органов. Последний утверждал, что взятка была, Борщевский, естественно, говорил обратное. Солодова же поймали, что называется, за руку. Отрицать что-либо было бесполезно. Поймали и еще нескольких преподавателей, но те были мелкими сошками, бравшими в основном натурой, о том, как и сколько брали вышестоящие персоны, они знать не знали.

Солодов же был в курсе дела, и милиция взялась его обрабатывать. Показания он не то дал, не то не дал – этого ректор с деканами не знали. Но главное – компрометирующие записи оставались у него дома, и вроде бы в милиции о них не знали.

Ректор, правда, не мог быть уверен в Солодове до конца – нажмут, и тот сдаст материалы в милицию, спасая себя. Так думали и Борщевский с Прибыловым. И в том, чтобы Солодова не стало – нет человека, нет проблемы, – была заинтересована вся институтская верхушка.

– В общем, нужно сделать все, как полагается, – после некоторого молчания сказал ректор.

– Я уже дал распоряжение насчет похорон, – ответил Борщевский.

– Ну вот и хорошо. Что у вас еще?

– Да вроде ничего, – неопределенно пожал плечами декан.

– Тогда идите, – махнул рукой ректор.

Борщевский с Прибыловым переглянулись и поднялись со своих мест. Разговор с ректором их не удовлетворил. Да и не мог он удовлетворить в принципе – неужели Сергей Григорьевич признается в том, что это он организовал убийство Солодова.

Борщевскому, как и Прибылову, особо беспокоиться было нечего – даже если это и дело рук ректора, у которого имелись какие-то связи с преступным миром, так что нанять кого-то он мог, а потом подставил бы в милиции Борщевского, то где доказательства? За руку его никто не ловил, и милиция его раскручивать не будет. Хотя в том, что это сделал сын убитого, Борщевский, мягко говоря, сомневался.

– Ну что, ты чего-нибудь понял? – спросил Борщевский у Прибылова, когда они вышли от ректора.

– Если это и он, то ни за что не признается. А нам бояться нечего, – ответил Прибылов.

Борщевский тяжело вздохнул, покачал головой и направился к себе в кабинет. Прибылов же, посмотрев на часы, поспешил в аудиторию.

Немного погодя декан все же решил принять меры. Он снял телефонную трубку у себя в кабинете и набрал номер. Когда ему ответили, он, не здороваясь, произнес:

– Дмитрий? Здравствуй. Похоже, для тебя есть дело. Подойди ко мне в кабинет прямо сейчас.

Глава 5

История с внезапным исчезновением Дины Городовой выбила Ларису из колеи. И только когда, сообщив все факты милиции и переложив таким образом ответственность на плечи стражей порядка, наконец осталась одна, она смогла наконец поразмышлять о судьбе Солодова.

Итак, что произошло? Виктора Васильевича убивают, арестовывают его сына Андрея. Затем пропадает Дина. У всех, кто был в гостях у Городова в тот злополучный день, железное алиби. Кроме Андрея, но его-то и арестовали. Можно предположить, что в убийстве как-то замешана Дина Городова. Тогда у нее должен быть сообщник. Но кто он? Тот самый «террорист»? И главное, зачем им это нужно?

Нет, пока связь между исчезновением Дины и смертью Солодова не установлена, нужно заниматься тем, чем Лариса и собиралась, – разбираться с историей о взятках в университете, проверять связи убитого там, а также… А также покопаться в трагических загадках семьи Солодовых. Смерть дочери, матери, отца – что это? Цепь совпадений или целенаправленное и методичное уничтожение одного за другим членов семьи? Но опять же – зачем? Однако гадать Лариса считала занятием неблагодарным, а посему решила навестить того самого мальчика Кирилла, в которого была влюблена погибшая Наташа. Фамилию его она знала, знала, что учится он на филфаке и живет в университетском общежитии – этих сведений ей было достаточно, и Лариса отправилась по нужному адресу.

– Вы к кому? – сразу же при входе спросила вахтерша.

– Извините, пожалуйста, мне нужен Кирилл Сухарев, не подскажете ли, как его можно увидеть? – Лариса была сама вежливость.

– А документы у вас есть? – подозрительно глядя на посетительницу, спросила вахтерша.

Лариса протянула ей предусмотрительно взятый с собой паспорт. Вахтерша внимательно изучила его.

– Из университета, что ли? – уточнила она.

Препираться с дотошной вахтершей, а тем более объяснять ей, по какому делу она приехала, сейчас было совсем нецелесообразно, и Лариса подтвердила:

– Да-да, из университета. Я у него лекции читаю.

– А чем это он проштрафился? Нешто он занятия пропускает? Он парень серьезный!

«Господи, прямо мать родная!» – подумала Лариса.

– Да нет же, – внутренне раздражаясь, сказала она. – Я к нему по поводу просеминара, книжки принесла, я ему обещала.

Для убедительности Лариса достала из сумки документы из бухгалтерии. Все равно вахтерша вряд ли что-то в этом понимает и даже знает, что означает слово «просеминар».

– А, ну это другое дело, – уже с уважительными нотками в голосе произнесла она, взглянув на бумаги. – Проходите, проходите, он в двадцать третьей комнате живет, на втором этаже, правая дверь.

Лариса поблагодарила бдительную вахтершу и устремилась на второй этаж. Постучав в дверь с номером двадцать три, она услышала:

– Входите, открыто!

Лариса толкнула дверь и, войдя, увидела субтильного паренька, в очках, с волнистыми каштановыми волосами. Он сидел за столом, обложенный учебниками и тетрадями, и, по всей видимости, усердно грыз гранит науки.

– Здравствуй. – Лариса не спешила назвать себя.

– Здравствуйте, – удивленно откликнулся он. – Вы ко мне?

– Если ты Кирилл Сухарев, то к тебе, – с улыбкой произнесла Лариса. – Зовут меня Лариса Викторовна Котова, и мне нужно с тобой поговорить.

– Пожалуйста, садитесь, – он придвинул Ларисе колченогий стул.

В комнате, почти лишенной мебели, было очень чисто. Хозяин ее был явно аккуратист. Лариса присела, поблагодарив Кирилла, а тот вдруг смутился. Он вообще легко смущался, как успела заметить Лариса.

«Не хватает коммуникативного опыта», – усмехнулась она про себя, вспоминая своего знакомого психолога Анатолия Евгеньевича Курочкина.

Кирилл молчал и даже не задавал вопроса, зачем Лариса пришла. Потом тихонько кашлянул.

– Да, – кивнула Лариса. – Не буду тебя долго мучить. Я пришла, чтобы поговорить о Наташе Солодовой.

Лицо Кирилла сразу же омрачилось, он как-то весь сжался и напрягся.

– А зачем вам это? – хрипло спросил он. – И кем вы приходитесь Наташе?

– Я ее даже не знала, – честно призналась Лариса. – И, признаться, вряд ли стала бы заниматься обстоятельствами ее гибели, если бы не случилась еще одна трагедия.

– Что еще случилось? – нервно спросил он.

– Дело в том, что убили ее отца, Виктора Васильевича, – проговорила Лариса, внимательно следя за реакцией Кирилла на ее слова.

На его лице сменилась целая гамма чувств, от недоумения до какого-то удовлетворения, но Лариса сделала вывод, что он слышит об этом впервые.

Помолчав немного и как бы усваивая услышанное, он спросил:

– А при чем тут я? И почему этим занимаетесь вы? Вы разве из милиции?

– Возможно, что ты и ни при чем, – сказала Лариса. – А занимаюсь я этим потому, что в убийстве подозревают родственника моего друга. Частным образом занимаюсь. Так уж получилось, что мне не раз приходилось расследовать различные криминальные истории. А вообще я заведую рестораном «Чайка».

– И что вы от меня хотите? – с расстановкой спросил Кирилл.

– Всего лишь, чтобы ты рассказал мне об отношениях с Наташей и ее отцом. Кое-что мне уже и так известно, но мне хотелось бы услышать это от тебя.

– Мне не хочется об этом говорить, – произнес Кирилл. – Это слишком болезненная тема. Наташа была мне очень дорога, а этот… – он с трудом сдержался, чтобы не оскорбить Виктора Васильевича, – папаша запрещал нам видеться!

Незаметно для себя он уже начал рассказывать, и сейчас для Ларисы главное было не спугнуть его, чтобы он не замкнулся.

– Я прекрасно понимаю твои чувства, – кивнула она. – Видимо, Наташа действительно была тебе очень дорога…

– Я любил ее, – проговорил он. – Очень любил, а отец не мог этого понять. Я для него был недостаточно респектабелен, недостаточно мужественен. Я, конечно, не качок и не бизнесмен и никогда не стремился им стать, но не считаю себя каким-то ущербным. Я согласен, что Наташа заслуживала самой лучшей партии, а у меня нет достаточно денег даже для того, чтобы снимать квартиру, но ведь я к ней замечательно относился, очень бережно. Я бы никогда не позволил себе обидеть ее. А деньги – это же дело времени. После окончания института я бы нормально зарабатывал, и Наташа готова была ждать. Она тоже меня любила. А он не хотел этого понимать. И вот чем все закончилось! Я вам скажу, что если кто и виноват в Наташиной смерти, то только он! Он довел ее до того, что она стала встречаться с этим козлом!