Марсия подошла к перилам и окликнула играющих у пруда детей.
— Лори, Суми-сан не видно? Я хотела бы с ней поговорить.
Прежде чем Лори успела ответить, Суми-сан сама вышла из дома и вопросительно посмотрела на Марсию.
— Прежде чем уйти, я поставила наверху новый цветок. Вы его не видели?
— Цветок ю гао? — спросила Суми-сан и отрицательно покачала головой. — Не видела, не брала.
Марсия отпустила ее. Не было смысла спрашивать Ясуко-сан. Повариха никогда не поднималась наверх. А если бы цветок передвинула Лори, она бы тотчас же об этом сказала. Лори заинтересованно посмотрела на мать.
— Может быть, цветок понадобился леди из соседнего дома, когда она приходила?
— Леди из соседнего дома?
Лори поднялась с колен и подошла ближе к дому.
— Да. Красивая леди в белом кимоно. Не так давно я посмотрела и увидела, что она стоит, наклонившись над цветком, как раз там, где ты сейчас стоишь, — Лори понизила голос до шепота: — Она немножко похожа на привидение, правда? Она такая красивая — как леди из сказки. Или как леди на картине в папиной комнате.
Пораженная Марсия замерла, слушая Лори.
— Что случилось потом?
— Я не знаю. Томико что-то понадобилось, и я пошла ей помочь. А когда я снова посмотрела на веранду, леди уже ушла. Как призрак. Я не слышала ни звука. Она только что была там и потом она ушла.
— А цветок? — спросила Марсия.
— Я не знаю. Мне кажется, что после этого я не видела цветка.
— Хорошо, дорогая. Спасибо, — сказала Марсия.
Лори вернулась к игре, и некоторое время Марсия осматривала веранду. С этой стороны узкая галерея вела прямо к тому месту, где находилась дверь, соединяющая обе половины дома. Марсия задумчиво подошла к двери и нащупала ручку. Та легко повернулась в руках Марсии, и когда она толкнула дверь, то раздался легкий скрип.
Кто-то оставил незапертой дверь между двумя половинами дома.
XVII
В первый момент Марсии очень хотелось распахнуть дверь и заглянуть на другую половину дома. Но в то же время она была немного испугана. Как мягко выразилась Нэн, мадам Сетсу не совсем в здравом уме. А Марсии вовсе не хотелось, открыв дверь, оказаться в одной комнате с сумасшедшей. Конечно, дверь нельзя оставлять незапертой. Сегодня же вечером она поговорит об этом с Джеромом.
За обедом она ничего не сказала Лори. Джером игнорировал жену, обращаясь только к Лори, и как обычно девочка отвечала отцу возбужденно, причем Джерому слишком легко удавалось привести ее в это состояние. Когда обед был закончен, и Лори опять ушла поиграть в саду в светлых сумерках, Марсия остановила Джерома в холле, чтобы поговорить с ним.
— Произошло нечто странное, — сказала она. — Алан Кобб вчера принес мне лунный цветок, и сегодня утром я поставила его наверху на веранде. Лори говорит, что японка из соседнего дома — кузина Чийо, прошла на нашу половину дома и смотрела на цветок. Когда позже я поднялась наверх, дверь была незаперта, и цветок исчез.
Джером сунул руку в карман, вытащил связку ключей и осмотрел ее.
— Я разберусь с этим делом, — резко сказал он. Когда на следующее утро она поднялась наверх, чтобы посидеть на веранде, то обнаружила, что дверь заперта и все было как прежде, кроме пропавшего цветка. Заметив его осутствие, она подумала: «Пусть этот лунный цветок доставит удовольствие бедной мадам Сетсу».
Эти дни были для Марсии временем внутреннего беспокойства. Ночью, прежде чем заснуть, она пыталась убедить себя в необходимости действовать завтра же. Несмотря на предупреждение Нэн, она должна приложить собственные усилия. Она, по крайней мере, может достать билеты на самолет в Штаты, даже если придется немного отодвинуть дату отъезда. Тогда у нее будет время убедить Лори, что у нее нет другого выбора, кроме как ехать домой с матерью. Однако каждое утро она просыпалась в страхе вызвать недовольство Джерома и опасалась предпринять какие-нибудь шаги.
Итак, дни шли за днями, и она все откладывала момент решительных действий. У Марсии было ощущение, что она беспомощна, что ее загнали в ловушку, из которой не выбраться.
Потом однажды вечером ей позвонил Алан. Джерома опять не было дома — по всей вероятности, он был в соседнем доме.
— Завтра воскресенье и, похоже, будет чудесный день, — сказал он. — Не хотели бы вы с Лори поехать на пикник?
Она охотно приняла его предложение. Ей нужен был только повод выбраться из этого дома, избавиться от этого утомительного однообразия. Может быть, за время, проведенное в обществе Алана, ее мысли прояснятся, укрепится ее решимость действовать.
Лори уже укладывалась спать, когда Марсия вернулась в их комнату с вестью о предполагаемом пикнике.
— Я попрошу Ясуко-сан сделать нам хороший ланч, — сказала она Лори. — Мистер Кобб зайдет за нами около одиннадцати. Он говорит, что совсем недалеко от нас есть чудесные дворцовые сады, которые он хотел бы нам показать. Нечто совсем непохожее на Кийомицу.
Лори просияла при слове «пикник», но когда Марсия упомянула имя Алана, лицо ее помрачнело, она повернулась спиной к матери и встала у погасшего камина. Марсия обеспокоенно следила за ней.
— Ты плохо себя чувствуешь? — спросила она.
— Я хорошо себя чувствую, — ответила Лори. Она смотрела на японскую куклу, которую подарил ей Алан. На кукле все еще была маска демона, которую одела на нее Лори.
— Ты всегда любила пикники, — сказала Марсия. — Так в чем же дело?
— Это не из-за пикника, — Лори не смотрела на мать. — Это из-за мистера Кобба. Папочка его не любит. Он думает, что маленькая маска… — она огорченно осеклась. — О, это неважно. Это не имеет значения.
Так вот почему Лори в тот раз плакала над маской, а потом выбросила ее в сад. Джером как-то связал маску с Аланом, он что-то высмеял.
Марсия тихонько взяла куклу и сняла с нее маску.
— Ну, — сказала она, — так лучше, не правда ли?
Лори взяла куклу из рук матери, посмотрела на пухлые щечки и темные раскосые глаза, на милое невинное круглое личико, походившее на все юные лица, которые они видели в Японии.
— Почему ты хочешь, чтобы она носила маску? — спросила Марсия. — Мне кажется, что без маски она гораздо приятнее. Теперь она такая, какая она есть. Такая, каким обычно бывает сам мистер Кобб. Надеюсь, что теперь ты не станешь больше ничего выдумывать про маски.
Лори не ответила. Но она взяла куклу, залезла с нею на кровать и посадила ее спиной к подушке. Лицо Лори выражало удивление и неуверенность.
Марсия села на кровать и взяла руки Лори в свои.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
