Когда слышишь, как о вагине говорят словами, полными восхищения, это не только эротично — это еще и вдохновляет. Совершив мысленное путешествие в другие эпохи, культуры и страны, в которых к женскому началу относились с благоговением, современные женщины покидают аудиторию с совсем иными чувствами. Они выходят, ощущая прилив энергии и даже с чувством легкого головокружения. Видно, что теперь они смогут принимать другие решения, чувствовать себя по-новому.
Язык — это мощная сила. Как пишет Вирджиния Вульф о другом виде возбуждения — интеллектуальном: если «пообедал плохо — плохо думается, плохо любится, не спится… в душе не затеплится свет»[20] [5]. Она имела в виду — и она права, — что тело и воображение зависят друг от друга.
В нашей культуре сексуальное воображение женщины должно воспламеняться от скудных языковых средств: само слово «вагина» произнести довольно сложно. Это антиэроти-ческое слово (с его раздражающе резким «в» и неприятным «г»). Если вы подумаете о вагине в рамках нашей культуры (или наберете это слово в поисковике Google, или посмотрите на Amazon), вам попадутся либо холодные, отпугивающие медицинские ассоциации («вагинальный герпес, вагинит»), либо же в крайнем случае имеющие отношение к здоровью («вагинальный тонус»). Другая ассоциативная группа — это просто порнография. Почти невозможно ежедневно чувствовать свою женскую сущность, быть восхитительной, таинственной, глубокой и сложной, если сокровенная сердцевина твоего существа обозначается вульгарным, или сугубо медицинским, полным враждебности, или низменно-откровенным языком.
Проведите свой собственный эксперимент, если вы женщина. Перечитайте отрывки из Анаис Нин и Генри Миллера, ранее приведенные в этой книге. Понаблюдайте за тем, что происходит внутри вас, когда вы читаете текст, даже если это, возможно, вызовет у вас стресс. Сравнив Нин и Миллера, обратите внимание, что происходит с вами: есть ли ощущение расслабления или напряжения в мышцах, понижен ваш пульс или повышен или же все осталось без изменений? Обратите внимание на свой вагинальный пульс, если вы его чувствуете, на свое дыхание и задумайтесь: чувствуете ли вы себя в целом спокойной или встревоженной?
Занимаясь исследованиями для этой книги, я заметила, что прочитанные мной различные описания вагины в разных текстах непосредственно отражались на моем ощущении внутренней энергии и общем состоянии. После того как я утром прочитала Нин, мир засиял. Но когда я как-то днем в том же кресле на солнце, под сенью тех же бугенвиллей прочитала Миллера, я почувствовала себя больной и слабой, как будто попала под ледяной дождь.
Как далеко мы ушли от «меда» и «раковин» женщин-модернистов! Сайт Onlineslangdictionary.com, содержащий сленговые выражения, перечисляет следующие современные англоязычные сленговые обозначения вагины, связанные с насилием: «рана», «открытая рана» и даже «раненый солдат» [6]. В ответ на запрос о сленговых выражениях для вагины Yahoo.com выдает грубо звучащие слова «дыра», «рана», «щель» и т. д.
Ниже приведен отрывок из интернет-форума, в котором участвовали представители обоих полов. Их попросили перечислить сленговые обозначения вагины, но при этом не сказали, что сленг должен быть грубым. Обратите внимание, какие злые и насмешливые слова приводятся!
Энди: Я видел несколько номинаций на лучшее сленговое слово, обозначающее влагалище… Лично мое любимое — дырка.
Дэвид: Отбивная.
Зои: Полсэндвича, кролик со вспоротым брюхом, солонина
в белом соусе.
Льюис: Помойка мясника.
Стив: Овальная дырка.
Стивен: Кобура для члена, пилотка, щелка.
Стив: Гнездо для петушка.
Кин: Волосатая мидия.
Дэниэл: Сэндвич с рыбой, шаурма, авоська для колбасы.
Энди: Спящая летучая мышь — это для больших, обвислых половых губ.
Эндрю: Лучше всего старые проверенные типа «киска». Еще есть неплохое выражение: «волосатый рыбный пирог».
Энди: Я нигде, кроме как здесь, не встречал слова «мохнатка». Здорово: «Покажи нам свою мохнатку, красотка!»
Я думаю, большинство женщин согласятся, что почти все эти словечки и выражения либо просто отвратительны, либо невыносимо отвратительны. Поразительно, сколько из них связаны с мясом: «отбивная», «помойка мясника», «шаурма». Это, конечно, не «шампанское» и «икра», но все же такие слова не вызывают совсем уж оскорбительных, уничижительных ассоциаций. Скорее, эти грубые выражения описывают что-то, с чем было бы неприятно заниматься сексом. Попадаются в современном сленге и другие словечки, которые не имеют ничего общего с мясом, но звучат довольно глупо: «гамбургер», «булочка» и т. д.
Немногие позитивные или забавные выражения, которые я видела на современных сайтах сленга, это «жимолость», ласковое «кукурузная оладья», «лизни-меня-пожалуйста» и экзотические «фрукт страсти» и «южная красотка». Выражение «карта Тасмании» пользуется популярностью в Австралии: по-видимому, остров Тасмания выглядит как перевернутый треугольник.
Изредка можно встретить и слова, несущие в себе явно положительную оценку. Например, на Blackchampagne.com попадаются такие прозвища для клитора, как «засахаренный миндаль» и очаровательное «жемчужный язычок» [7].
Все это позволяет предположить, что современные молодые люди на Западе никак не соотносят сленговые названия вагины с мрачными представлениями прошлого и пришедшими оттуда оскорбительными ассоциациями. Вместо этого большинство выражений означают низкосортный фастфуд и не наносят серьезного эмоционального удара. Связана ли эта тенденция с порнографией, в которой вагина представлена как «авоська для колбасы?» Связано ли это с производством порнографии — массовым, как дешевая еда, или тем, как представлен секс в порнографии — как нечто быстрое и легко заменимое? И с тем, как порнографию используют, особенно это поколение, порожденное ею, — небрежно и многократно, как фастфуд?
Демонстрирует ли сленг, что порнография добилась эффекта, противоположного тому, которого опасалась Андреа Дворкин? Многие молодые люди вместо страстного желания проникнуть в вагину рассматривают ее с расслабленной эмоциональной отстраненностью как нечто лишь немногим более привлекательное, чем шаурма или сэндвич, разогретый в микроволновке.
Женский сайт Tressugar.com перечисляет дружелюбные по отношению к женщинам обозначения вагины — и это, несомненно, попытка противостоять представленным в изобилии негативным сленговым выражениям. Сайт был создан западными женщинами в возрасте около 20 лет. На его примере видно, что эти молодые женщины, живущие в эпоху постсексуальной революции и постфеминизма, воспринимают свои вагины не как что-то темное и зловещее и не как что-то манящее, необыкновенно притягательное. Скорее, они считают их милыми и безобидными: это что-то вроде пушистой малышки Hello Kitty или сладости; метафоры сливаются, и получается коробка пастилы, завернутая в мех и украшенная блестками.
Сайт также призывает женщин присылать свои собственные слова для обозначения вагины, чтобы противостоять враждебным или неприятным сленговым словам, придуманным мужчинами. Некоторые из любимых выражений этих молодых женщин связаны с чем-то очень вкусным: «ням-ням», «горшочек меда», «вкусности». Другие обозначают меховые аксессуары или пушистых домашних животных: «муфта», «бобрик», «котенок». Есть женщины, которые называют свои влагалища как смешных маленьких сестренок, подобно тому как некоторые мужчины дают ласковые прозвища своим пенисам.
В размещенной в женском журнале рекламе вагинального дезодоранта — да, этот продукт из лихих 1960-х снова появился в продаже — улыбающаяся рыжеволосая модель в очень коротком ярко-желтом платье, подняв руки, словно в салюте, восклицает: «Вау для моей “фру-фру”…» Далее реклама продолжает: «…огонька, цветка, причуды, йони, дамского сада», а затем следует предостережение (ох, уж эти постоянные предостережения!): «Знаете ли вы, что некоторые обычные гели для душа и мыло, если они используются для интимной зоны, могут лишить ее естественной защиты, вызывая сухость и раздражение? ЕеийтевЬ с его рЬ-сбалансированной формулой, разработанной специально для кожи интимной зоны, подарит максимальной нежный уход вашей “кошечке”, “персику”, “фру-фру”! Как бы вы ее ни называли, покажите, что вы ее действительно любите!» Завершается реклама заявлением, что ЕетйгезЬ предлагает «экстрауход для того, что внизу».
«Ваше влагалище плохо пахнет — это позор!» — эту рекламу мыла 1960-х заменили искусственно созданным, нарочито веселым и раскрепощенным языком, но все эти «фру-фру» (мне сразу представляются персонажи детского телесериала «Телепузики» — плюшевые существа, которых зовут Тинки-Винки, Дипси, Ляля и По) или даже «кошечки», «муфты» и «ням-ням» — хотим ли мы прогуляться по такому «дамскому саду»?
