- Там, в верхних шкафчиках, коньяк, - подсказал. - И рядом стаканы.
Шварц молча достал и то, и другое. Свинтил крышку с бутылки, коньяк плеснул в один стакан и поставил передо мной.
- А сам? - крутанул стакан по стойке.
- За рулем.
- Оставайся.
Он усмехнулся.
С ножом отошел обратно к раковине.
Не то, чтобы я такой гостеприимный. Но если он уедет - Эмма будет спрашивать весь вечер. Она и после ресторана, где я ее мужу сказал, что мы ждем ребенка, была в ужасе.
Старалась не показывать, но я не слепой.
Разводиться она не хочет.
Да и вообще.
- Почему ты меня остановил? - спросил, отпив коньяк. - Я же почти сел в машину. Пара секунд - и взлетел бы на воздух. А ты бы одним махом решил все свои проблемы.
Он орудует ножом. Чистит картошку. Негромко работает телевизор - какой-то псевдосмешной ситком.
Шумит вода.
Горит верхний свет, и за окном уже темень, домик в заповедной зоне.
Я сюда ехал с расчетом, чтобы подальше от цивилизации, чтобы я и она.
Но сейчас в нашей кухне стоит Шварц, ужин готовит. И всё как-то. Будто так и должно быть.
- Моя проблема не ты, Артур, - сказал он, наконец. Сполоснул клубни, выключил воду. Кончиком ножа постучал себе по виску. - Всё вот здесь. В голове. Насилие - не выход.
- Ты понял это, когда моя машина взорвалась.
- А ты когда?
Усмехнулся.
Да, я сам недалеко ушел. В башке просветлело лишь этим утром.
Потому даже испугаться толком не успел. Мысль, что я мог бы сейчас не сидеть здесь - мозг не принимает ее.
- Ты полиции меня не сдал, - Шварц занялся мясом.
- У меня доказательств нет. А если бы и были - вряд ли они что-то найдут. Я сам служил в полиции. Почти. Расследование затянется, сожрет нервы и время. А ты отмажешься. И всё.
Всё.
Отпил коньяк и хмыкнул.
Еще неделю назад я бы такое на тормоза не спустил, я бы костьми лег, но посадил его.
Но это неправильно, такое желание, это несколько лет разрушает личность, мешает жить.
Шварц остановился сегодня, если бы он не заорал мне - я бы взлетел на воздух. Эта картинка в мозгах отпечаталась, как он по лужам к моей машине бежит и машет руками.
И вот. Победила не любовь, не дружба, но нечто близкое.
Я облегчение чувствую.
Поднялся и сам достал второй стакан. Налил коньяк, передал Шварцу.
- Оставайся, - предложил снова.
Он посмотрел на стакан. Не тронул, плечом отодвинул меня и загрузил мясо в духовку. Ножом застучал по доске, нарезая помидоры. Сквозь этот стук сказал.
- Ты сам понимаешь, о чем речь?
- Понимаю.
Да.
Мы не про ужин говорим. Про женщину.
- Все эти месяцы поделиться мы не могли, - он отложил нож, повернулся. - Теперь можем? Не переоценивай себя, Артур.
- Пока она твоя жена.
- И носит твоего ребенка.
Уселся обратно за стойку. И обернулся на шаги в коридоре.
Они приблизились. В кухню зашла Эмма, в белом халате и розовых тапочках, с тюрбаном из полотенца на голове.
После душа свежая, раскрасневшаяся. Она прошлепала тапочками вдоль стойки и забралась на табурет напротив меня.
С подозрением оглядела нас. Убедилась, что здесь все тихо, мирно, по-домашнему.
И напряженная складка на ее лбу разгладилась.
- Пахнет вкусно, - тонким носом она повела в сторону духовки. - Что еще надо делать?
- Ничего, любимая. Подождать, - ответил ей Макар.
Это мое слово, так я думал.
Но Эмма покраснела еще сильнее. Спрятала улыбку.
Ей нравится.
То, что мы здесь втроем.
И это надо принять.
- А сок есть? - она оглянулась на холодильник, уже собралась подняться.
- Налью, отдыхай, - опередил ее.
- Сейчас врач подойдет еще, - Шварц выставил на столе бутылки с соусом, большим пальцем потер губу. - Голова не кружится?
- Нет.
- И ничего не болит?
- Неа.
Она сидит, оперевшись на локти и смотрит на нас. Все еще недоверчиво, с любопытством.
Но в ладошку тайком улыбается.
Радуется, что мы с ее мужем ведем себя, почти как друзья.
Ей комфортно.
Я вижу это только теперь, когда перестал думать лишь о себе, своей мести.
А если все устраивает мою женщину.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
То и я найду верный путь. Чтобы сделать ее счастливой.
Глава 78
Глава 78
Эмма
Ужин закончился слишком быстро. Муж говорил, что не хочет есть и собирался домой, но все же остался.
Когда я попросила.
Он поел даже. Врал, что не голоден.
И Артур пил немного, а Макар совсем нет.
Потому, что надо за руль.
Это тяжело, смотреть на него в грязном костюме и представлять, что он сядет в машину, поедет куда-то в ночь.
Один.
А мы останемся здесь, спать ляжем в обнимку.
Не знаю точно, что у них сегодня случилось. Но не совсем ведь дура, догадываюсь.
Машины просто так не взрываются.
А то, что они оба сидят здесь со мной, за столом - означает одно лишь.
Они помирились.
Я не могу не радоваться.
- Вкусно, просто невозможно, - сказала, с сожалением отодвигая пустую тарелку. - Спасибо тебе.
- Ерунда.
Могла бы еще потянуть время, попросить добавки. Но в меня больше не влезет, до сих пор слегка подташнивает, я молчу.
Иначе меня отправят ложиться, Макар уедет...
А так у меня хотя бы иллюзия остается, что я все контролирую.
- Пить точно не будешь? - Артур поднялся. Прошелся до холодильника, заглянул на полки. Достал бутылку шампанского и повертел ее в руках. - Вроде как, повод есть. Мой второй день Рождения.
Посмотрела на мужа.
Он задумался.
- Давай, - решил после паузы.
И я с готовностью поднялась за бокалами.
Нашлось лишь две штуки - красивые, новые, в нераспечатанной коробке.
Но мне и не нужно.
Врачи говорят, что глоток-другой при беременности не повредит, только я не хочу. Организм меняется, меня теперь тянет на фрукты и овощи, иногда еще на сладкое.
Скрывая довольную улыбку, добавила к шампанскому клубнику.
- За тебя, милая, - сказал Артур, подняв свой бокал, в котором с шипением разбегаются в разные стороны пузырьки.
Они оба лишь пригубили.
Макар облизнул губы и поднялся.
- Ладно. Посуду сами помоете, - сказал он, похлопал себя по карманам. - Так, где я пиджак оставил?
- Ты точно поедешь? - поднялась вслед за ним.
И это очень неприлично, уговаривать другого мужчину остаться на ночь, когда рядом стоит отец твоего ребенка.
Но ведь это не просто мужчина, а мой муж.
- Поеду, - к моему разочарованию ответил Макар. Посмотрел на часы. - Поздно уже. - Тебе надо отдыхать.
- Так я не устала, - ничего не могу сделать с собой. Хочу и буду настаивать. - Сейчас выходные. Когда ты еще выберешься на природу. Ты все равно уже здесь. Завтра поедем все вместе. Машины у нас ведь нет...
Покосилась на Артура.
Он, кажется, не против моей приставучести. Цедит шампанское. И в глазах светится веселье. Может быть, это пережитый стресс плюс алкоголь.
Потому он сейчас так расслаблен.
Но я верю в другое - они действительно помирились. И в этом доме начало положено новой, более крепкой дружбе.
- Могу оставить вам свою машину, - Макар стоит у стола. Поиски пиджака бросил, но он не уходит, он сомневается и остаться хочет - чувствую. - Если хочешь, Эмма, берите мое авто. Сам вызову такси.
- Это обязательно? - не выдержала и спросила напрямую. Встретила взгляд мужа - открытый и ясный. И в пальцах сжала спинку высокого барного стула. - Если тебя никто не гонит - для чего уезжать? Мы сами тут гости. Так почему нельзя остаться?
- Эмма, - в голосе мужа скользнули такие знакомые мне нотки раздражения. Взгляд стал жестче, уголки губ опустились. - Ты сама прекрасно понимаешь, о чем меня сейчас просишь. Не переночевать и вместе добраться до города. Нет. Не это.
Стало жарко.
Машинально оттянула ворот халата.
