Читаем без скачивания Третий Город (СИ) - Светличная Елена

Глава 46

Дарма зажег масляную лампу. Еще издалека увидев распахнутую настежь дверь, он тут же отправил своих людей поднимать всеобщую тревогу, проверять все строения и дома в поисках Лу. Оставшись наедине со своими чувствами и мыслями, он осветил комнату — здесь явно была борьба. Его девочка никогда не сдается без боя, но даже ей не всегда удается одолеть мужскую злобу. Дарма с бледным от беспокойства лицом осмотрел разбитое окно, сломанный стул и валяющуюся сковороду. Если они ее хоть пальцем тронули, он убьет их всех, и на этот раз выполнит свою клятву! Достаточно он прощал…

Заставив себя отключить чувства и включить голову, Дарма задумался. Если бы их целью было убить девушку, они бы прикончили ее прямо в доме и скрылись по-тихому. Следы борьбы говорили, что она им нужна была живой, иначе хватило бы расстояния вытянутой руки и меча. Кому и для чего понадобилась Лу? Ответ очевиден — Мадер на нее давно зуб точил, вот и прислал своих людей ее похитить. Для чего? Дарма встряхнул головой, ни один из возможных вариантов не сулил ей ничего хорошего. Надо найти ее до того, как эта скотина отыграет на ней всю свою злость. Дарма вылетел на улицу, одним движением садясь в седло и с места поднимая коня в галоп.

Глава 47

Лу, застонав, приподняла голову. Ее нещадно клонило в сон, но пульсирующая боль в виске напоминала — что-то было не так. Попробовав открыть глаза, она проморгалась, привыкая к свету, а потом уже попыталась вспомнить, что произошло. От удара у нее кружилась голова, а в теле волнами разливалась неприятная слабость. Память начала постепенно возвращаться, и Лу, плюнув на головокружение, стала с беспокойством осматривать небольшую комнатку, освещенную несколькими лампами, прикрученными к стенам. В комнате кроме большого деревянного стола и стула ничего не было. Лу обхватывала довольно широкий в диаметре деревянный столб, прибитый к полу, ее руки были туго завязаны веревкой, отчего начинали неметь. Ноги не связали, и за это стоило поблагодарить похитителей, иначе сидеть у столба было бы совсем неудобно.

Дверь скрипнула и Лу вздрогнула. На табурет опустилась немаленькая фигура Мадера, который, по-отцовски улыбаясь, смотрел на Лу. Девушку окатила такая волна ужаса, что она испугалась повторно лишиться сознания. К своему стыду она готова была зарыдать от охватившей ее паники.

— Хе-хе. Я вижу, ты прекрасно понимаешь свои перспективы, да, дорогая? — Лу стала с усилием вытягивать руки из петли веревок, в надежде растянуть узлы, стараясь не шевелить при этом корпусом. Хорошо, что столб прикрывал от глаз Мадера ее кисти рук.

— Можешь ковыряться сколько хочешь. Мои узлы надежны. — Лу не перестала пытаться. Черт, она не хотела умирать! — Я смотрю, ты сегодня немногословна. Это меня не возбуждает. У меня есть немного времени насладиться твоим страхом, не хочу упускать такой возможности. Может, тебя что-то интересует? Принято давать последнее слово перед казнью. — Лу постаралась пропустить последние слова мимо ушей.

— Почему нет совета? — Лу переборола первые порывы слабости и постаралась восстановить внутренний стержень. Не будет она скулить как шавка — не получит Мадер такого удовольствия.

— О! Вернулась моя заноза! Восхищаюсь твоей выдержкой. Совет ничего не знает о происходящем. Посланника Дармы я повесил, письмо сжег, больше никого капитан не отсылал в город и это меня опечалило.

— Ты что, все это время прятался в лесу?

— Удивительно, не правда ли?

— Почему было не вернуться в город?

— Потому что там меня ждет смерть. — Лицо Мадера превратилось в злобную маску. — Совет решил, что я — опасный антисоциальный тип. Утром двух членов совета нашли с перерезанным горлом, и решили, что это сделал я. Правильно решили, кстати. Меня по-тихому изгнали из совета, решив арестовать, но близкие люди предупредили о надвигающейся облаве и я, собрав остатки своего войска, без промедления выступил в Форт. Пришлось, правда, убить еще пару посыльных — от совета, чтобы Дарма ни о чем не догадался. Это была последняя возможность вернуть власть, но вмешалась ты. — Мадер прожигал ее ненавидящим взглядом. Лу слушала генерала как зачарованная.

— Я думаю, пришло время уничтожить тебя, а вслед за тобой прогнется и Дарма.

— Стой, стой. Я еще не получила всей информации.

— Тянешь время? — Мадер засмеялся, Лу передернуло. — Надеешься на помощь Дармы? Не поможет он тебе. Не найдет. А когда я закончу, то подкину твое истерзанное тело прямо к двери его штаба, чтобы убить горем. Но ты права, у нас есть еще немного времени. Ритуал надо выполнять ровно в два часа, еще рановато.

— К-ка-кой ритуал? — Лу показалось, или генерал сошел с ума?

— Ты же ничего не знаешь! Мне иногда так хотелось кому-то рассказать, но приходилось держать язык за зубами. Но тебе можно — покойники никому ничего не расскажут. — Лу проглотила тугой комок, от ужаса у нее поджилки тряслись. Дарма, поторопись! — Мой прадед был уважаемым человеком, имел прекрасное по тем меркам образование, но имел неосторожность влюбиться. Моя прабабка была удивительной женщиной, ты, кстати, очень на нее похожа — темпераментная, бесстрашная красотка. Но, родив ребенка, женщина сильно заболела, и никто из лекарей не мог ей помочь. Тогда мой прадед стал искать другие способы излечить болезнь по всему миру, и наткнулся на одного старого оккультиста, который передал ему старинную книжечку с непонятными символами и текстами. Дед был настолько отчаявшимся, что поверил во все россказни сумасшедшего, и, взяв книгу, отправился обратно, надеясь воспользоваться последней надеждой. Но, вернувшись обратно, он нашел свою любимую мертвой — ее похоронили за день до его возвращения. Убитый горем, он откопал бабушку и провел над ее телом ритуал, предназначенный для живого. Деда нашли на кладбище с перегрызанным горлом, а через несколько дней на город напали первые мертвые. — Лу смотрела на Мадера широко распахнутыми глазами, не понимая, верить ему или нет. — Книга долго переходила из рук в руки. Кто-то из ученых смог отгадать символы и приготовить лекарство, спасающее от яда мертвых. До этого всех покусанных или оцарапанных скидывали со стен или бросали в яму, где они умирали среди сотен разлагающихся трупов. В итоге книга оказалась у моего отца, который, умирая, передал страшную тайну мне. — Мадер замолчал, уставившись в пустоту. Лу не стала его беспокоить — пусть он хоть всю ночь так сидит. Но через секунду тот снова перевел взгляд зеленых глаз на пленницу. — У каждого свои причины творить зло, Лу. И часто это не плохие люди сами по себе, просто их путь к цели лежит через чью-то боль.

— Какая же причина была у вас? Новая волна мертвецов — это ваших рук дело? — Мадер, причмокнув, посмотрел на часы, продолжая.

— Я — не ученый и не историк. В общих чертах я представлял, как проводить ритуал, но тогда, по-видимому, совершил какую-то ошибку — в Форте вдруг появилась незнакомка из другого времени. А причина? Я стал терять власть, Дарма начал слишком задирать голову и мне ничего не оставалось, как отбросить его назад на несколько шагов.

— И вы уничтожили ночную красавицу, стремясь ослабить Форт еще сильнее?

— Верно. Но не просто ослабить, а уничтожить. Но время пришло, мы слишком заболтались, моя дорогая. — Лу еще раз дернула веревки, в ужасе наблюдая, как Мадер поднимался на ноги. Сердце Лу выпрыгивало из груди и она, часто дыша, не отрываясь, смотрела на генерала. Тот, сделав несколько шагов, резко схватил и волоком притащил кого-то из соседней комнаты — незнакомый мужчина был обвязан с ног до головы толстой веревкой, и испуганно мычал через закрывавший его рот кляп.

— Что вы собираетесь делать? — Лу боялась угадать. — Мадер, не надо. Мы поможем вам. Я помогу вам восстановить место в совете нормальным способом. Мы…

— Поздно, дорогуша. Я — уже есть зло. — Мадер воткнул кинжал в шею мужчины и тот, закатив глаза, рухнул на пол, сотрясаясь в агонии. Лу дернулась в сторону, но проклятые веревки никак не хотели ее отпускать. Да где же помощь, когда она так нужна? Мадер опустился, развязал веревки на уже мертвом теле, и вытащил кляп изо рта убитого. Встав над трупом, Мадер стал раскатисто что-то проговаривать, что очень было похоже на речитатив, но на каком языке — Лу не понимала. Она несколько раз окликнула Мадера, но тот, словно в трансе, не реагировал на ее выкрики. Веревка начала медленно проскальзывать по вспотевшим ладоням, и Лу почувствовала легкий луч надежды. Когда она решила, что еще немного и освободится, наступила гробовая тишина и Лу замерла, боясь дышать. Мадер, вспотев, стоял над телом, тяжело дыша. Через мгновение труп открыл глаза, и Лу истошно закричала.