нахождения у нас в стране.
Он только должен будет платить ежемесячный штраф в размере ста долларов за каждого такого работника. Но есть один ньюанс.
Всего этого можно избежать. Если вы сделаете заявление о желании получить гражданство нашей страны. то вы его получите автоматически, так как у вас здесь есть родственники и по происхождению вы корейцы. Но это надо сделать на протяжении следующей недели.
- Сейчас. спрошу у Мин Джи, как она к этому относиться!
- Не выключай голофон, а просто позови её сюда.
Маша нехотя оторвалась от каталога машин и подошла ко мне. Узнав, в чём дело, она спросила:
- А можно двойное гражданство взять?
- Можно! Это у нас для «бананов» практикуется. – Ответил полицейский..
- Тогда скажите, куда нам надо обратиться?
- Если вы свободны завтра утром, то я за вами заеду. И вместе поедем к моему другу в Иммиграционную службу.
- И во сколько нам обойдётся вся эта авантюра? – Поинтересовалась Маша.
- По три тысячи с носа и вечер в ресторане ! – Смеясь, ответил капитан.
Мы посмотрели друг на друга. Деньги у нас есть, а лишнее гражданство не помешает.
Тем более, мы не знаем, каково состояние дел в местных России и Грузии, да и никакой собственности там у нас нет.
А завтра мы свободны – всем конкурсантам дали день отдыха.
- Мы согласны! Когда вы сможете подъехать?
- К одиннадцати утра я буду у вас, хубэ! Все равно, эти лентяи из Иммиграционного комитета придут на работу только к двенадцати! Аньён!
- Аньён!
- Что произошло? – Спросили нас Алиса и Женя.
- Да вот, завтра мы поедем получать гражданство Кореи. Всё равно у нас в Грузии и России никого нет. Тем более, что нам дадут двойное гражданство.
- А нам нельзя получить такое же? - Спросила Алиса.
- Сейчас позвоним капитану!
- Антьён, это снова мы!
- Но я ведь с вами уже договорился!
- Тут иностранки, две русские девушки, тоже захотели получить двойное гражданстрво, но у них, кроме нас, никого в Корее знакомых нет и родственников тоже.
- Это немного осложняет дело. Они должны знать корейский язык, у них должен быть поручитель – взрослый кореец, который никогда не выезжал из страны. Да и стоить это будет в два раза дороже!
Если они не знают языка, то обязаны будут ходить на специальные курсы и через полгода сдать тесты в Центре языка.
Мы перевели девочкам то, что сказал капитан, и они решили перенести всё оформление двойного гражданства на лето. Так и сообщили капитану.
Только мы захотели с Машей продолжить знакомиться с местной историей, как пришло извещение.
«Каннам стайл» купили тысяча двести меломанов. Мне и Рыжику пришло сразу по девять тысяч – мы опять соавторы. Алисе пришло двенадцать кило баксов, а Юко и Жене по три тысячи вечнозелёных.
Хальмони тоже куда-то позвонила и потом позвала меня на кухню.
- Я взяла патент на ту приправу, что мы тогда сделали по твоему рецепту. Я назвала её «Соньяо». Мой знакомый проверил это в специальной лаборатории и выдал заключение о полном соответствии всем нормам нашего законодательства. Он работает в пищевой компании «Аш-Си Биотех».
Они поставляют по всему миру биологически чистую продукцию.
Он сейчас сообщил мне, что главный менеджер компании согласен приобрести патент за сто тысяч долларов. Больше всё равно никто не даст.
Нам на руки попадёт по тридцать тысяч долларов – 20% суммы уйдёт в налоги, ещё 20% придётся отдать знакомому – без его проверки и бумаги нам вообще и патент никто бы не дал. Согласна, Джин?
- Да! – Ответила я, подумав минуту.
- Тогда сейчас я ему позвоню, и всё сделаем через голофон.
Через час у нас в руках был подписанный договор о том, что Пак Хё Бин и Пак Джин Хо продали патент острой приправы «Соньяо» фирме «Биотех» за сто тысяч долларов. Тренькнули голофоны и наши счета у каждой увеличились на тридцать тысяч баксов. Если так пойдёт дело, то я к концу года уже и летающую машину смогу купить!
Я побежала к Маше.
- Рыжик, вспоминай какие-нибудь рецепты, что вы там, в Комсомольске, делали. Мне за аджику тридцать кило баксов сейчас перевели. Столько же и хальмони получила.
Вообще-то нам дали сто тысяч, но пятая часть улетела в налоги, ещё и человеку, который даёт заключение о годности продукта для корейцев, тоже пришлось отстегнуть пятую часть, а остальное мы с бабушкой разделили пополам.
- Пока голова не работает. Это ведь не срочно?
- Нет. Как вспомнишь, скажешь хальмони. И если ей понравиться то, что ты скажешь, то она это запатентует, а потом продаст. Просто на леталку накопишь быстрее. А может, хватит и квартиру себе купить. Правда, не думаю. Здесь недвижимость очень дорого стоит.
- Ладно, потом подумаю. Давай разберёмся с конкурсом, а затем…
- Да, наверное, так лучше будет!
Глава 20
На следующий день полицейский приехал к нам без пятнадцати одиннадцать. Мы с Машей спустились вниз и уже через сорок минут машина нас привезла к зданию Иммиграционной службы. Потом нас промурыжили в коридоре минут пятнадцать, пока не пришёл знакомый капитана.
Вошли в кабинет. Я думала увидеть какие-нибудь полки, полные документов. Но ничего этого не было.
В комнате стоял простой стол с крутящимся стулом, вентилятор на длинной ножке и небольшой диванчик, куда мы и приземлились.
На столе у чиновника стоял монитор и десктоп. Но при заполнении различных бланков он применял свой голофон.
Вначале он взял наши удостоверения, выданные иммиграционным отделом по регистрации иностранцев на территории Кореи. Попросил наши зарубежные паспорта. Снял их голофоном.
Потом мы подписали путём приложения наших пальцев к голограммам заявления с просьбой выдачи нам корейского гражданства в дополнение к имеющимся гражданству России (для Маши) и Грузии (для меня).
Чиновник дал нам подписать ещё штук семь или восемь других документов. Затем ему перевели данные о нашем происхождении, наличии родственников в Корее, а он связался по голофону с хальмони и та официально подтвердила, что готова поручиться за нас перед властями Кореи.
Через два часа нам торжественно вручили удостоверения граждан Кореи, а насчёт выездных паспортов этой страны чиновник нас просветил, что мы их получим только после официального обращения в иммиграционную службу при выезде из страны в любом направлении.
Мы перевели деньги на указанные чиновником
