к себе и выкинула их в окно. Те смачно шлёпнулись на асфальт под окнами. Со стороны беседки раздался одобрительный гул. Девушка приветливо помахала старушкам рукой и закрыла окно.
– Нет, – вдруг услышала он истошный вопль Валентина и грохот входной двери. Мать стояла в растерянности посреди зала и смотрела то на балкон, то на входную дверь.
– Ну, слава богу, избавились, – с облегчением вздохнула Даша, и сразу же кинулась проверять ключи.
Её, мамины и ещё одни, с золотым брелоком, висели на привычном месте. Валентин, убегая вслед за своими тряпками, даже не подумал о них.
– Вот и замечательно, – пропела девушка себе под нос, закрыла двери на замок и собрала все ключи в карман.
– Тань, выползай, террориста больше нет, – крикнула Даша, проходя мимо своей комнаты и пошла в мамину спальню.
Мама стояла на балконе и тихо плакала. Даша начала неторопливо собирать вещи, висевшие и лежавшие в шкафу. В дверь кто-то позвонил. Мать улыбнулась и кинулась открывать.
– Мам, не суетись, ключи у меня, – крикнула девушка из спальни, – передай альфонсу, что передача имущества будет происходить через балкон.
Девушка взяла стопку нижнего белья мужчины, пошла на балкон и отправила следом за чемоданом. Вернувшись в комнату, она открыла рот. Таня стояла у шкафа и тщательно шарила по карманам.
– Тань, ты чего, кукухой двинулась? Это что, отрицательная аура так на беременных женщин влияет? – удивленно спросила Даша.
– Чего-чего, того, – пробурчала Таня, – ты же сейчас сгребёшь все в охапку и выбросишь в окно, а у него все карманы забиты вашим под завязку.
Таня начала вытаскивать и кидать на кровать мелкие предметы. Колечко, которое мама дарила Даше на шестнадцать лет, её детские сережки, цепочка с крестиком, грамм так на сорок, мужские часы.
– Тань, погоди, ну это-то не наше, – Даша подняла часы и цепочку, – нельзя же уподобляться ему и обворовывать за то, что он воровал.
– Почему нельзя? – по-деловому спросила Таня, – Можно. Кроме того, это все куплено за ваш счет, это твоя мать ему все подарила.
Мама, как будто услышав Танины слова, пробежала на балкон.
– Откуда ты знаешь? – спросила Даша.
– Я тебе уже все объяснила, дар у меня такой, вижу по цветам. Остальное догадываюсь. Не веришь, возьми и проверь, зачем тебе спрашивать? В жизни бы не подумала, что я его где-то применить смогу, – хмыкнула Таня.
– Так это у тебя что, давно?
– Ну, то, что я вижу, кому что принадлежит, с самого детства. Я просто воспринимала это как игру, и даже не догадывалась, что это можно применить в обычной жизни.
Мать побежала к входной двери, утирая слезы и всхлипывая.
– Усыпить её, что ли? – тоскливо сказала Даша, смотря вслед матери.
– Если сможешь, усыпи, – ответила подруга, – пусть поспит, отдохнет. Сейчас для неё это лучший вариант. По себе знаю, время лечит. Я, кстати, всё, – сказала она, подвинув груду денег и драгоценности к Даше, – остальное можешь выкидывать.
Даша сгребла одежду в охапку, но Таня её остановила:
– Плечики сними, балда, они тоже денег стоят, – и начала ловко собирать их и бросать на кровать.
– Скряга ты моя, мой ты Скрудж Макдак в российском исполнении, – засмеялась Даша, – все забрала, ничего не забыла?
– Всё, хотя, конечно, по идее, половину вещей нужно было бы оставить.
– Что, тоже мать покупала?
– Ага.
Даша кинула вещи на кровать.
– Таааак. Вот рубашечка, подходящая в огород ходить, – захихикала она.
Мать пробежала обратно на балкон.
– Так, мне это уже надоело, – девушка отбросила рубашку и пошла вслед за матерью.
Та стояла на балконе и молча глядела, как Валентин пытается уложить в чемоданы собранное бельё. Девушка прикоснулась к маме и приказала:
– Спать.
Та обмякла, и начала падать. Даша подхватила её и перенесла в зал, затем выглянула в окно и спросила:
– Все собрал, жлобяра? Сейчас ещё принесу, – и вернулась к Тане, – знаешь, пожалуй, я ничего не оставлять, ну его нафиг, я это на себя не надену, – она брезгливо откинула рубашку назад, в кучу мужской одежды, схватила все в охапку и решительно понесла на балкон.
– Хотя, нет, погоди… – она остановилась на пороге балкона и выбрала из груды одежды пиджак, – как ты думаешь, он дорогой?
– Очень, – ответила Таня, – он стоит почти как все эти вещи, вместе взятые.
– Это же замечательно, – воскликнула Даша и понесла его в коридор.
Когда Таня зашла туда следом, на Даше уже были её грязные кроссовки. Она аккуратно разложила пиджак на полу и старательно начала вытирать ноги об него.
– Вот тебе, сволочь, за моё поруганное детство… Это тебе за Куклу… это тебе за её белое брюшко… это тебе за маму… а это просто так…
Девушки шли по городу и обсуждали сегодняшний день:
– Тань, ты извини, что так получилось. Вообще, у нас никогда так не было. У нас всегда был хлебосольный дом, всегда были дома друзья – подружки и мамины, и мои. В основном, конечно, мамины, у меня с подругами как-то всегда был напряг. Я больше с пацанами дружила, футбол там… Коньки, лыжи. Ну и дома тоже бесились, чтоб переночевать с подружкой вообще проблем не было, а тут вот такое… Если честно, я даже пожалела, что не отвезла тебя в гостиницу, ты не сильно испугалась?
– Не знаю, если честно, сама не поняла. Но извинятся тебе точно не за что, ты же не виновата. Ты ещё молодец, по мне, так ты была спокойная, как танк. Слава богу, что без жертв обошлось.
– Это потому, что бабушка предупредила, и я была готова ко всему. А так-то да, дров бы я наломала. Я теперь понимаю, почему она сказала, что мне в деревне лучше оставаться. С моим-то характером… Это я казалась спокойной, чтобы тебя не испугать, ты и так как мышь серая сидела, – захихикала Даша, – ой, Танька, смотри какая курточка…
Девушки кинулись к витрине.
– Таня, пошли, посмотрим, – потянула подругу Даша в магазин, и как полагается женщинам, они забыли всё на свете, потому что у девочек начался шопинг…
Освободились они в седьмом часу вечера и, как и договаривалась Даша, направились домой к адвокату. Девушки едва смогли поместиться в лифт, настолько много было у них покупок. Костя их встречал уже у лифта.
– Дашхен, привет, как я рад тебя видеть, – он обнял девушку и начал отбирать у неё сумки.
– Костян, знакомься, это Таня, у неё проблемы с наследством.
Таня напряженно посмотрела на знакомого Даши, тот с улыбкой на лице протянул девушке руку:
– Приятно познакомиться, Костя.
Таня пожала руку мужчине и сразу расслабилась,
