— Поблагодарите вашу тётушку, — сказал он, пожимая протянутую руку, — за то, что она заботится о вас.
— Всенепременно.
Это было произнесено таким тоном, что брови Райли полезли на лоб.
— Поймите, она ведь действительно хотела вас защитить.
— Я знаю.
С этими словами Танзи внезапно отвернулась и подошла к двери.
— Куда вы?
Она посмотрела на него так, будто его вопрос несказанно её удивил. Словно то было не его ума дело. Сказать по правде, ощущение было не из приятных. Но в том-то и беда, что в Райли отреагировал отнюдь не профессионал.
— Пойду собирать вещи.
— Это ещё зачем?
— Я весьма признательна тётушке за её заботу. Но не вижу ни малейшей необходимости в том, чтобы находиться здесь и дальше. Как я понимаю, вас наняла моя тётушка, так что ей решать, увольнять вас или нет. Но где мне жить — решаю я сама.
— Вам есть смысл остаться здесь, — спокойно возразил Райли. Он никак не ожидал такого поворота событий. — Система наблюдения первоклассная. Всё под контролем.
Танзи пропустила реплику Райли мимо ушей и вновь направилась к двери.
— Что ж, я это ценю, однако… — Она неожиданно остановилась и повернулась к нему. — Скажите честно, что вы подразумевали под этим «все»?
Райли пристально посмотрел на неё. Что ж, на её месте любой бы задался подобным вопросом.
— Не волнуйтесь, я не извращенец и ни за кем не подглядываю. К тому же в вашей комнате никаких камер и «жучков» нет.
— И на том спасибо, — сухо ответила она.
— В отличие от почти всего остального дома, — продолжал он, не сводя с неё взгляда. — Входы, выходы, снаружи, внутри, и всё такое прочее. Вряд ли у вас дома есть нечто даже отдалённо похожее, так что…
— К себе домой я вас не пущу. Я поговорю с Миллисент, чтобы она сохранила за вами деньги на текущие расходы. Мне будет гораздо спокойнее, когда я узнаю, кто этот тип — хотя бы для того, чтобы окончательно удостовериться, что это не Мартин. Но расходы по расследованию я должна взять на себя, так будет справедливо. Тем не менее должна вам сказать — я не нуждаюсь в сторожевом псе.
— Простите, но, кажется, вы забыли о записке.
— Ничуть. Однако ваше присутствие никак не повлияло на планы того, кто мне её подбросил.
Райли от злости лишь стиснул зубы.
— Откуда нам было знать, что он пойдёт на контакт. Кстати, это немаловажно. До тех пор пока мы не узнаем, кто он такой, я бы рекомендовал вам придерживаться вашей договорённости с Миллисент. Конечно, здесь тоже имеются свои слабые места, но это куда лучше, чем превратиться в доступную мишень.
От Райли не укрылось, что Танзи вздрогнула. Нет, ей хотелось бы это скрыть, но не получилось. С другой стороны, скрытность — её не самая сильная сторона. Ещё одна причина, почему он должен постоянно держать её в поле зрения.
Райли стоило немалых трудов не простонать — в голову ему полезли совершенно ненужные мысли.
— Вот вы всё время говорите «мы». Это потому, что у вас общее дело с отцом? Должна ли я понимать, что он уже что-то раскопал? — В глазах Танзи вспыхнул огонёк надежды. — Он, случайно, не тот пожилой человек, что подходил к вам на балу?
— Нет.
— Понятно. Но всё равно, кто это был такой? Ещё один клиент?
— Мой отец сейчас выполняет другое поручение, — уклончиво ответил Райли, решив, что и без того раскрыл уже почти все карты. Если её интересует его прошлое, пусть попробует покопаться в нём сама. — Что же касается слова «мы», — упорно гнул он свою линию, — я уже сказал вам, что у меня есть контакты на стороне.
— И откуда они у вас?
— Как и у любого бизнесмена — через знакомства и связи с другими бизнесменами.
И не важно, что в данном случае этим бизнесом был футбол. Спортивные состязания служили, помимо всего прочего, ареной для установления разного рода деловых контактов. А если его контакты обязаны своим существованием не плошадке для игры в гольф, а футбольному полю, то какая разница? — задала себе вопрос Танзи. — А как на вас вышла моя тетешка?
Райли встал, упёршись руками в бока.
— Интересно, откуда у вас такое низкое мнение обо мне? Я ведь, кажется, уже объяснил вам и про танец, и про записку.
— Не в этом дело. Просто обычно моя тётушка предпочитает старые, солидные фирмы, а не какую-то там самодеятельность, частную семейную лавочку в духе «я и мой папаша». Как, например, в вашем случае.
— Что ж, приятно было узнать ваше мнение о мелком и среднем бизнесе. Признаюсь честно, я польщён.
— У меня и в мыслях не было унизить вас. Посмотрев ему в лицо, Танзи поняла, что Райли думает по этому поводу.
— Мы получили рекомендацию от одного её знакомого, чьё поручение выполняли несколько месяцев назад. Мистер Уотерстон, если это имя вам что-то говорит.
Танзи поразилась:
— Тот самый, который прошёл через скандальный развод? Газеты тогда пестрели аршинными заголовками. Отличная работа!
Танзи не могла не улыбнуться. Райли одарил её колючим взглядом.
— Вы не знаете всех подробностей. Впрочем, я не намерен вас с ними знакомить.
Танзи развела руками и улыбнулась ещё шире.
— Вы говорите совсем как тот чопорный Райли, с которым я познакомилась в самом начале.
— Чопорный? — растерянно выпалил Райли. — Да не чопорный вовсе, а…
— Ну, тогда педантичный. Сентенциозный.
— Нет-нет, в следующий раз предупредите меня, чтобы я не вступал в препирательства с писательницей. Простоя пытался держаться в тени. Слиться со стенкой, не высовываться, не бросаться в глаза.
— Просто чтобы не попасться мне в лапы. — Танзи рассмеялась, но смех получился какой-то невесёлый. — Приятно слышать, что родная тётушка имеет обо мне столь же высокое мнение, как и средства массовой информации.
Танзи приподняла руку, словно желая предупредить возможные возражения с его стороны. Райли же по-прежнему надеялся, что не ляпнет ничего такого, что помешает ему узнать, что, собственно, она думает про «того чопорного Райли».
— Я знаю, о чём вы думаете. Могу себе представить, чего вы начитались обо мне, пока проводили это своё, с позволения сказать, — для пущей убедительности Танзи изобразила пальцами кавычки, — расследование.
— Танзи…
— Не спорю, — перебила она его, — я снимаю мужиков. Наверное, чаще, чем другие. — Она в упор посмотрела ему в глаза. — Но я не сплю с первым встречным. Конечно мужчины имеют своё применение и…
Это было уже слишком. Райли закатил глаза. Танзи тотчас вцепилась в это как в повод.
— Что? Или только вам, мужчинам, можно отпускать в адрес женщин унизительные замечания?
— Вы когда-нибудь слышали от меня, чтобы я унизительно отозвался о женщине?
— Мы с вами не слишком давно знакомы, так что у меня ещё не было возможности услышать ваше мнение о женщинах. Кроме того, я говорю в общем.
