Я думал прежде всего о тебе и о Тимофее. Я не могу оставить вас без всего.
Я слушала молча, глотая слезы. Идеальная картинка разбивалась прямо на моих глазах.
– Но Аркадий вступит в права только при условии заключения брака с тобой, – продолжил отец. – Это была единственная возможность обезопасить нас на случай, если и Аркадий захочет воспользоваться таким положением. Все было предусмотрено.
Я закрыла лицо руками и уже плакала по-настоящему. Не могла больше держать это в себе. Вот почему Аркадий не хотел отпускать меня.
– Дочка, – папа подошел и обнял меня, – ну что ты? У вас же ребенок будет. А он должен родиться в законном браке. Все же идеально сходится. Поверь, любовь придет со временем.
Он еще что-то много и долго говорил, но я уже не слышала.
Я бы все равно вышла замуж за Аркадия. Ради брата. И ради отца моего ребенка. Да, это был ребенок Тимура. В этом у меня не было сомнений.
Об этом же каждую встречу напоминал мне и Аркадий. Называл меня шлюхой, а малыша – ублюдком и отродьем. Он ненавидел его. И я боялась. Боялась за него.
После очередного скандала я поставила условие – он не смеет прикасаться ко мне и к моему малышу. Если он попытается причинить ему вред, я переступлю через свою любовь к Тимофею и Тимуру и все расскажу следователю, который безуспешно пытался найти насильника.
То ли я говорила убедительно, то ли Аркадий и сам понял, что лучше оставить меня в покое, но после этого он больше не заводил со мной разговоров. Стал реже появляться.
И я немного успокоилась.
От Тимофея тайком я узнала, что Тимур под домашним арестом. Наверное, так даже лучше. Я боюсь встречи с ним. Боюсь не сдержаться. Оказаться слабой.
А нельзя. Ради самого Тимура я должна держать себя. Ради него и ради нашего ребенка.
Я лежу в своей комнате и пытаюсь не расплакаться. Для себя я давно решила: я с Аркадием пока Тимуру угрожает тюрьма. Но ведь когда-то же это кончится? Его должны признать невиновным. И тогда…
– Анжелика! – голос мамы вырывает меня из моих фантазий. – Аркадий пришел! Я уехала!
И все падает внутри.
Я не хочу его видеть. Зачем он опять притащился?
Не успеваю ответить, что плохо себя чувствую, как дверь с грохотом открывается и в мою комнату вваливается Аркадий.
– Спишь? – спрашивает, плюхаясь в кресло напротив кровати.
– Зачем ты пришел? – говорю я и сажусь на кровати. – Мы же все решили.
– Не разговаривай так со мной, – зло произносит он. – Не забывай, чем ты мне обязана.
Противно и мерзко. Я отворачиваюсь.
– Я пришел, чтобы ты подписала кое-какие бумаги, – говорит он и достает какую-то папку.
– Какие ещё бумаги? – хмурюсь я.
– Они нужны для сделки. Вот. На, подписывай.
– Мне надо прочитать, что там, – отвечаю я.
– Подписывай! – настаивает Аркадий.
Встаёт и идёт ко мне. Я сжимаюсь от страха и тут раздается звонок в дверь.
Аркадий отворачивается и я быстро спрыгиваю с кровати и бегу в коридор.
Не спрашивая, открываю дверь. И почти вскрикиваю.
– Лика, – Тимур первым произносит что-то вслух. – Лика.
В одно движение оказывается рядом и прижимает меня к себе.
– Тимур, – шепчу я. – Тимур… Что ты здесь делаешь? Тебе же нельзя…
– Я пришел за тобой, – твёрдо произносит он. И собирается взять меня на руки, но я уворачиваюсь.
Со страхом оглядываюсь на дверь в свою комнату.
Нельзя, чтобы Аркадий увидел. Нельзя.
– Тимур, уходи. Нельзя. Прошу тебя. Пожалуйста. Уходи. Так будет лучше.
– Это правда, Лика? – он берет меня за плечи и смотрит в глаза. – Правда?
– Что? – шепчу я пересохшими губами.
– Ты выйдешь за него замуж? Правда? Почему, Лика? Ты же меня любишь! Меня!
– Тимур, тебе лучше уйти, – я зажмуриваюсь и отворачиваюсь.
–Это ведь мой ребенок? – в его голосе больше утверждения, чем вопроса.
Он и сам знает ответ. Я чувствую это. Но все равно не могу сказать ему правду. Не сейчас.
– Нет, Тимур, этот ребенок не твой, – произношу это спокойно, стараясь не выдать дрожь в голосе.
– Я не верю тебе, – он сжимает кулаки. – Это мой ребенок. Я знаю, Лика. Мой.
Тимур делает шаг, но я встаю на его пути. Смотрю в потемневшие глаза.
Господи, за что мне это все? Разве думала я тогда, что все приведет к этому? Но ловлю себя на мысли, что, если вернуть все назад, я бы опять прыгнула в этот омут. Опять растворилась бы в нем.
Поднимаю руку и мягко провожу по его скуле. Едва касаясь. Вспоминаю его запах.
Тимур поворачивает голову к моей руке и касается ее губами.
– Лика, – берет меня за руку. Не дает убрать. – Я пришел, чтобы забрать тебя. Тебя и нашего ребенка. Я не отдам тебя ему. Не отдам. Слышишь? Ты моя. Ты знаешь это. Пошли!
Резко дергает меня за руку на себя и обхватывает за талию.
Наклоняется и я опять забываю обо всем в его горячих объятиях.
– Ты моя, – шепчет как в бреду Тимур и впивается в меня губами.
Опять этот поцелуй. Только от поцелуя с ним у меня срывает все тормоза. Внизу живота сводит в предвкушении. Дыхание сбивается. Встаю на носочки и сама тянусь к нему.
– Лика, – шепчет мне в губы, отрываясь лишь для того, чтобы покрыть поцелуями мое лицо.
Спускается на шею. Кончиком языка проводит по коже, заставляя дрожать.
Господи. Дай мне сил остановиться.
Мы творим безумие с ним.
Нельзя.
– Тимур, – чуть не хнычу я.
Он вдруг подхватывает меня на руки, поворачивается, чтобы уйти, и тут в спину нам раздается:
– Какого черта?! Что тут происходит?! – Ты какого хера тут делаешь?! – рычит Аркадий, подбегая к нам. – Поставь ее! Дебил!
