— Эти дизиры могут его контролировать? — спросил Ди.
Дагон пожал плечами.
— Тринадцать лучших воительниц дизир не смогли совладать с ним в Нью-Мексико.
— Может быть, мы… — начал Ди.
Макиавелли внезапно окаменел.
— Слишком поздно, — прошептал он. — Он здесь.
Глава 29
— Я иду спать. — Софи Ньюман остановилась у двери в кухню, держа в руках стакан воды, и оглянулась на Джоша, который все еще сидел за столом. — Утром Франсис научит меня особым огненным заклинаниям. Он обещал показать, как делать фейерверки.
— Здорово! Больше не придется покупать петарды на День независимости.
Софи устало улыбнулась.
— Не засиживайся слишком долго, уже почти рассвет.
Джош сунул в рот еще один кусок тоста.
— Я до сих пор живу по американскому времени, — ответил он с набитым ртом. — Пойду спать через пару минут. Скетти завтра опять будет меня тренировать, жду не дождусь.
— Врунишка.
Джош хмыкнул.
— Ну, тебя хоть магия защитит. А у меня только каменный меч.
В его голосе звучала неприкрытая горечь, и Софи еле удержалась от комментариев. Она начинала уставать от постоянного нытья брата. Она ведь не просила, чтобы ее силы пробудили, не хотела обучаться магии воздуха и огня. Но это случилось, и ей теперь придется с этим жить, а Джош должен смириться.
— Спокойной ночи.
Она закрыла за собой дверь и оставила Джоша одного в кухне.
Доев тост, он убрал тарелку и стакан в раковину. Прополоскал тарелку в горячей воде и поставил на сушилку рядом с глубокой керамической раковиной. Налил в стакан фильтрованной воды из кувшина, подошел к двери, распахнул ее и вышел в маленький сад. Хотя был почти рассвет, он совсем не чувствовал себя усталым. Неудивительно, они же проспали почти целый день. За высокой стеной не было видно почти ничего, кроме оранжевого света фонарей. Джош поднял глаза к небу, но не увидел звезд. Сев на ступеньку, он вздохнул полной грудью. Воздух был прохладным и свежим, совсем как в Сан-Франциско, хотя не хватало солоноватого ветерка, который Джош так любил, зато вокруг витали незнакомые запахи, и не все они были приятными. У него вдруг зачесалось в носу, и он смачно чихнул, аж слезы брызнули из глаз. Воняло переполненными мусорными баками и гнилыми фруктами, и еще он почувствовал какой-то более гадкий запах, который показался ему смутно знакомым. Закрыв рот, Джош глубоко вдохнул через нос, пытаясь определить, чем это пахнет. Нечто подобное он уже чувствовал совсем недавно…
Змея!
Джош вскочил на ноги. В Париже не должно быть никаких змей! Сердце сильнее заколотилось в груди. Джош жутко боялся змей, и этот страх, от которого кровь стыла в жилах, не покидал мальчика с десяти лет. Тогда они с отцом устроили лагерь в Национальном парке «Вупатки» в Аризоне. Джош сбился с пути и скатился по холму прямо в змеиное гнездо. Когда пыль рассеялась, он понял, что лежит рядом с двухметровой змеей. Ползучий гад поднял свою треугольную голову и уставился на мальчика угольно-черными глазами. Этот взгляд длился не дольше секунды, но для Джоша она показалась вечностью, пока он не выкарабкался из гнезда, боясь не то что кричать — даже дышать. Он так и не понял, почему змея не напала на него, хотя отец убеждал его, что гремучие змеи на самом деле пугливые и что змея наверняка только что поела. Джошу еще не одну неделю снились кошмары, и однажды он даже проснулся с запахом змеи в ноздрях.
Сейчас он тоже его чувствовал.
И запах становился все сильнее.
Джош начал пятиться по ступенькам. Он вдруг услышал, как кто-то карабкается, будто белка на дерево. И тут прямо перед Джошем, на другой стороне маленького двора, за верхний край трехметровой стены уцепились когти, каждый длиной с его руку. Лапа медленно, почти брезгливо пошарила вокруг в поисках опоры, а потом так сильно вцепилась в парапет, что когти впились в старые кирпичи. Джош замер, не смея даже вздохнуть.
Следом появились конечности, покрытые толстой шишковатой шкурой. А затем над стеной возникла голова чудовища. Голова была продолговатой и похожей на каменную плиту, над ртом висел тупой хобот с двумя круглыми ноздрями, а по бокам черепа были глубоко посажены черные глаза за круглыми веками. Не в силах двигаться или дышать, Джош чувствовал, как сердце колотится с такой силой, что все тело сотрясается. Чудовище лениво повертело огромной головой из стороны в сторону, и изо рта высунулся длиннющий, жуткий белый раздвоенный язык. Чудовище застыло, очень медленно повернуло голову и посмотрело на Джоша. Оно попробовало воздух кончиком языка, широко открыло рот — так широко, как будто хотело проглотить мальчика целиком, — и Джош увидел целую пасть зубов. Это были не зубы, а острые, изогнутые зубчатые кинжалы.
Джош хотел развернуться и с криками броситься прочь, но не мог. Было что-то гипнотическое в этом мерзком чудовище, взбирающемся на стену. Всю жизнь Джоша очаровывали динозавры. Он собирал окаменелости, яйца, кости и зубы, даже окаменевшие экскременты динозавров. А теперь он смотрел на живого динозавра. В его памяти даже всплыло название зверя, на которого это чудище было похоже, — дракон острова Комодо. На воле они вырастали не длиннее трех метров, но этот монстр даже на глаз казался в три раза больше.
Треснул камень. Старый кирпич раскрошился в пыль, потом второй, третий.
Что-то хряснуло, щелкнуло, раскололось, и, словно в замедленной съемке, Джош увидел, как стена, на которой повисло чудовище, закачалась и рухнула. Железная дверь согнулась пополам, слетела с петель и обрушилась на фонтан, отбив огромный кусок чаши. Монстр шлепнулся на землю под градом падающих камней, которые его, похоже, совсем не беспокоили. От шума Джош опомнился и, спотыкаясь, поднялся по ступенькам, как раз когда чудовище неуклюже встало на ноги и зашаркало, направляясь к дому. Мальчик захлопнул дверь и опустил засовы. Он бросил взгляд в кухонное окно и вдруг заметил силуэт женщины в белом, сжимающей в руках что-то похожее на меч. Она шагнула в образовавшуюся в стене дыру.
Джош схватил с пола каменный меч и ринулся в коридор.
— Проснитесь! — закричал он. Его голос так дрожал от ужаса, что он сам его не узнал. — Софи! Фламель! Кто-нибудь!
Дверь позади него затряслась в косяке. Джош оглянулся и увидел, как чудовище сдирает своим белым языком дерево и стекло.
— Помогите!
Стекло разбилось вдребезги, и язык проник в кухню, сметая на пол тарелки, расшвыривая горшки и сковороды, опрокидывая стулья. Там, где язык касался чего-либо, металл шипел, дерево превращалось в угли, пластик плавился. Капля едкой слюны упала на пол и забулькала на кафеле, разъедая его.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
