Дагон скосил на волшебника свои рыбьи глаза.
— Ты, моргающий, высокомерный идиот! Что-то в доме отпугнуло Нидхёгга, вот почему он убежал! И это была не Тень, потому что он ее схватил. Не забывай, это чудовище ничего не боится! Туда вошли три дизиры, а вышла только одна! Там произошло что-то ужасное!
— Дагон прав. Это катастрофа. Нам нужно полностью пересмотреть стратегию. — Макиавелли повернулся к водителю. — Я обещал тебе, что если дизиры провалят задание, то Ската твоя.
Дагон кивнул.
— Вы всегда держали слово.
— Ты работаешь на меня уже почти четыреста лет. Ты всегда был мне предан, я обязан тебе жизнью и свободой. Я освобождаю тебя от службы, — объявил Макиавелли. — Иди и найди тело Тени. И если она до сих пор жива, делай все, что считаешь нужным. Иди же и будь осторожен, дружище.
Дагон двинулся в путь, но вдруг остановился и спросил:
— Как вы меня назвали?
Макиавелли улыбнулся.
— Дружище. Будь осторожней, — предупредил он заботливо. — Тень не просто опасна, она убила многих моих друзей.
Дагон кивнул. Он снял ботинки и носки, обнажив перепончатые лапы с тремя пальцами.
— Нидхёгг наверняка отправился к реке, это его стихия. — Внезапно полный острых зубов рот Дагона расплылся в подобии улыбки. — А вода — мой дом.
И он умчался в ночь, шлепая босыми ногами по тротуару.
Макиавелли оглянулся и посмотрел на дом. Дагон прав: что-то отпугнуло Нидхёгга. Что же там случилось? И где еще две дизиры?
Послышались шаги, и из переулка вдруг выбежал Джош Ньюман, неся в руках каменный меч, из которого сочился золотой огонь. Не глядя по сторонам, он обежал вокруг разбитой машины и бросился по следу монстра, помеченному разбушевавшимися сиренами автосигнализации.
Макиавелли повернулся к Ди.
— Кажется, это тот американский мальчик?
Ди кивнул.
— Ты видел, что он нес? Похоже на меч, — медленно проговорил Макиавелли. — Каменный меч? Но ведь это не Экскалибур?
— Нет, — коротко ответил Ди.
— Но у этого меча определенно каменный клинок.
— Это не Экскалибур.
— Откуда ты знаешь? — спросил Макиавелли.
Ди полез под пальто и достал короткий каменный меч, точно такой же, какой нес Джош. Клинок дрожал, почти незаметно вибрируя.
— Потому что Экскалибур у меня, — ответил Ди. — А у мальчишки его точная копия, Кларент. Мы всегда подозревали, что он у Фламеля.
Макиавелли закрыл глаза и поднял лицо к небу.
— Кларент. Неудивительно, что Нидхёгг сбежал из дома!
Он покачал головой: да разве может случиться что-нибудь хуже этого?
Телефон Ди снова завибрировал, и оба подпрыгнули. Волшебник чуть не разломал аппарат на части.
— Что? — рявкнул он в трубку.
Примерно минуту он слушал, потом очень аккуратно закрыл телефон и сказал еле слышно:
— Перенель сбежала. Она свободна и блуждает по Алькатрасу.
Качая головой, Макиавелли развернулся и пошел по переулку к Елисейским Полям. Он получил ответ на свой вопрос. Случилось кое-что еще хуже, совсем скверное. Если Николя Фламель просто пугал Макиавелли, то Перенель приводила его в ужас.
Глава 33
— Я тебе не деточка! — разозлилась Софи Ньюман. — И я знаю не только огненную магию, дизира…
Имя всплыло у нее в памяти, и вдруг Софи узнала все, что знала об этих существах Аэндорская ведьма и за что она их презирала.
— Я знаю, кто вы! — крикнула девочка, и в ее глазах зажегся серебряный огонь. — Вы валькирии!
Даже среди старейшин дизиры не были до конца своими. Они никогда не жили на Дану-Талис и держались холодных северных земель на полюсе мира, в краю колючих ветров и дождя со снегом.
В смутные времена после падения Дану-Талис мир повернулся на своей оси и большую часть планеты охватили великие морозы. С севера и юга плыли льдины, сгоняя людей в пределы тонкого и все еще зеленого пояса вокруг экватора. Исчезали целые цивилизации, разрушенные изменившимся климатом, эпидемиями и голодом. Поднимались уровни морей, затопляя прибрежные города, изменяя ландшафты, а внутри континентов обледенение стирало с лица земли города и деревни.
Дизиры вскоре поняли, что способность к выживанию в суровом северном климате дает им особое преимущество перед другими расами и цивилизациями, которые не могли справиться со смертоносной бесконечной зимой. Армии диких женщин-воинов быстро захватили большую часть севера, порабощая города, избежавшие обледенения. Дизиры беспощадно уничтожали любого, кто пытался им противостоять, и за это они получили свое второе имя — валькирии, то есть «выбирающие убитых».
Очень быстро валькирии взяли контроль над замерзшей империей, которая охватила все северное полушарие. Они заставили людей-рабов поклоняться им как богам и даже требовали жертвоприношений. Любые бунты жестоко подавлялись. Когда обледенение начало распространяться дальше, дизиры стали поглядывать на юг, на остатки цивилизации, которые еще пытались бороться за выживание.
Перебирая мелькающие в голове образы, Софи увидела, как в одну-единственную ночь закончилось правление дизир. Она узнала, что случилось тысячелетия назад.
Аэндорская ведьма сотрудничала с омерзительным старейшиной Хроносом, который управлял самим временем. Ей пришлось пожертвовать глазами, чтобы увидеть извилистые линии времени, но она никогда не жалела об этой жертве. Пронесясь через десять тысяч лет, она выбрала одного воина из каждого тысячелетия, а потом Хронос нырнул в каждую эпоху, чтобы переместить этих воинов в ледниковый период.
Софи знала, что ведьма специально потребовала, чтобы ее внучку Скату перенесли в прошлое для сражения с дизирами.
Именно Тень возглавила атаку на крепость дизир. Это был город из прочного льда на вершине мира. Ската уничтожила королеву валькирий Брунгильду и бросила ее в кратер извергающегося вулкана.
К тому времени, когда солнце появилось из-за горизонта, силы валькирий были разбиты навсегда, а их холодный город лежал в растаявших руинах. Выжила лишь горстка жителей. Они бежали в жуткое ледяное царство теней, в которое не сунулась бы даже Ската. Выжившие дизиры назвали ту ночь Рагнарёк, Судный день богов, и поклялись вечно враждовать с Тенью.
Софи сложила руки, и в ее ладонях появился маленький смерч. Огонь и лед уничтожили дизир в прошлом. А что, если использовать немного огненной магии, чтобы подогреть ветер? В тот момент, когда у Софи возникла эта идея, дизира прыгнула вперед, подняв меч высоко над головой.
— Ты нужна Ди живой, но он не сказал «целой и невредимой»! — прорычала она.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
