Я непонимающе смотрела на них.
— Должен тебя огорчить, детка, — продолжал издеваться Расхарт, — на Хаса «дурман» не действует. Так что… отвечай! — рявкнул он, хорошенько встряхивая меня.
— Перестань! Я понятия не имею, о чем ты! — закричала я. — Я только ванну приняла! И ничем… — слышишь! — ничем не мазалась, кроме шампуня и мыла! Вон они, на столе, можешь понюхать! А что такое «дурман», я вообще не знаю!
— Врешь! — прошипел он, приближая свое лицо к моему. — Ты маленькая лгунья…
— Рас!
— Помолчи, Хас! Я все равно узнаю, зачем ей это…
— Рас, обнюхай ее.
— Что?
— Обнюхай ее, — повторил Хас. — Проверь, пахнет от нее или в комнате.
Должно быть, композиция была забавная — прищурившийся Расхарт, держащий меня за грудки, и я с вытаращенными глазами и открытым ртом. А потом я вообще выпала в осадок. Полукровка начал меня обнюхивать как собака, начиная с волос и заканчивая ступнями. Лицо, шея, спина, ключицы, грудь, живот, бедра, колени — все! И это было… эротично! Проклятье! Из-за этого воздержания я становлюсь нимфоманкой!
— Не пахнет, — наконец удивленно вскинулся Расхарт. — Тогда откуда…
— Нэя, сюда кто-нибудь заходил? Хас снова приблизился, осторожно обнимая меня.
— Да. Сначала он, — я кивнула в сторону бесчувственного детины, — и еще один принесли бочку, сказали, что заберут ее через полтора часа. И пришли, забрали бочку. Все было нормально. А потом появился этот эльф…
— Эльф?! — хором воскликнули мужчины.
— Что ему было надо? Или очередной твой знакомый? — прищурился Расхарт.
— Нет, я не знакома с ним. Он меня напугал. — Я поморщилась от воспоминаний. — Я за стол села, ждала, пока эти за ведрами придут, а тут он, со спины подкрался.
— И что хотел?
— Просил поделиться номером, — буркнула я, отводя глаза. — Сказал, что мы все комнаты заняли, а ему ночевать негде.
— И все? — подозрительно уточнил Расхарт.
— Нет. Еще деньги предлагал.
— Только деньги? — хмыкнул Хас.
— Не только, — вконец смутилась я. — Но я отказала, и он ушел. А потом… потом этот… за ведрами пришел… — Меня снова затрясло от пережитого. — Я смогла вырвать руку и применила свою силу… а он… он ревел от боли, но продолжал… и огонь… он даже не заметил…
— Тише, тише… — Хас прижал меня к груди. — Все хорошо, девочка, все в порядке, ничего не произошло…
— Он… — Я снова начала задыхаться. Перед глазами встала отвратительная рожа, борода с застрявшими в ней крошками хлеба, и в ноздри снова ударил тот мерзкий запах…
— Рас! — как сквозь вату услышала я выкрик Хаса, и какая-то сила оторвала меня от его груди.
В следующую секунду я увидела сосредоточенное лицо Расхарта. Его вертикальный зрачок то расширялся, то сужался.
— Нэя, смотри мне в глаза, — ласково коснулся меня бархатный, слегка мурлыкающий голос. — Все хорошо, малыш, все в порядке, я никому не позволю обидеть тебя… Веришь?
Какой запах… Я вдохнула поглубже. Дышала бы и дышала им…
— Верю, — еле слышно выдохнула, и в ответ блеснула улыбка, но не такая, как у того эльфа, а более… открытая, что ли, искренняя…
— Умничка, а теперь спи. — И Расхарт легонько прикоснулся своими губами к моим.
«А они у него мягкие», — скользнула мысль, и все погрузилось в темноту.
Пробуждение было тяжелым. Голова, будто чугунный котел, гудела и была неподъемной, словно я хорошенько перебрала накануне. Застонав, я еле оторвалась от подушки и, сев на кровати, огляделась. В комнате, кроме меня, никого не было.
Потирая пульсирующие виски, я заставила себя встать и побрела к тазу для умывания. Освежилась, и мне стало гораздо легче.
Какое-то странное чувство поднялось в душе, и чем дальше, тем сильнее оно меня мучило, будто я забыла что-то… От напряженного размышления меня отвлек тихий скрип двери. На пороге стоял Хас с кружкой в руках. Я невольно хмыкнула — кружка просто терялась в огромной руке наемника, а потом пришли воспоминания… Бочка и мои неуклюжие попытки помыться… Двое пыхтящих и кряхтящих мужиков, вытаскивающих ее… Эльф… Тяжесть чужого тела и грязная борода… Господи…
Левую сторону лица пронзила хлесткая, обжигающая боль. Вскинув руку и прижав ее к щеке, я непонимающе посмотрела на Хаса.
— Прости, — он выглядел по-настоящему расстроенным, — но у тебя опять началась паника, а Раса нет поблизости.
— Да ничего… — Я кивнула, приходя в себя. — А при чем тут Рас?
— На вот, выпей. — Он протянул мне кружку, в ней оказался какой-то травяной отвар.
— Что это?
— Голова болит? — не ответив на мой вопрос, участливо спросил он и, дождавшись кивка, сунул кружку мне в руки. — Вот и пей.
— Объяснишь, что произошло?
— Объясню. — Он присел рядом. — Ты просто магнит для неприятностей. Такое объяснение подойдет?
— Нет… — растерянно протянула я.
— Ладно, пойдем более длинным путем. Ты умудрилась напороться на арэльфа.
— Это еще что за зверь?
— А это, детка, еще один вид полукровок. Не менее редкий, чем наш Рас. Бывает, что эльфы вступают в союз с арэйвами, но шесть из десяти детей принимают исключительно наследие эльфов, без намека на то, что досталось от арэйвов, то есть они чистокровные эльфы. Трое из десяти рождаются чистокровными арэйвами, и только один ребенок может объединить в себе гены обоих родителей. И именно это делает их опаснее любого чистокровного арэйва или эльфа. А знаешь чем? А тем, что у них появляется особая способность, схожая с применением «дурмана». Они в состоянии вызвать страсть, любовь и похоть не только у заинтересовавшего их объекта, но и сделать это явление массовым. Или, наоборот, усилить страх, ненависть, стыд… Разнести по воздуху все это, как заразу. И противиться этому могут только полукровки, как Рас, и те, кто специально закрыт от этого вида магии. Как, например, Даагонские. — (У меня на мгновение остановилось сердце.) — Похоже, у тебя в предках кое-кто из них и отметился… вот откуда способности к некромантии и… огню, что удивительно…
Я поспешила увести разговор в сторону:
— А при чем тут Рас?
— А Рас при том, Нэя, что в результате смешения генов он не только сам неподвластен чарам арэйвов, но и способен учуять их и даже снять!
— Ничего себе…
— А то! — кивнул Хас. — Это, кстати, одна из причин, почему арэйвы терпеть не могут таких полукровок и не допускают их в свои земли.
— Э?
— У арэйвов в ходу одурманивание друг друга. Чем сильнее арэйв, тем большее количество соотечественников он может подчинить. Они все поголовно носят амулеты, чтобы защититься друг от друга. У них так и по социальной и служебной лестнице продвигаются. Единственное ограничение — нельзя воздействовать на королевскую семью. За это сразу смерть. Да и вообще, если нижестоящего поймают на очаровывании вышестоящего, то следует множество санкций… Хотя, сама понимаешь, у них самые сильные — это именно аристократы. А ты умудрилась в богами забытом месте отыскать и привлечь к себе внимание арэльфа! Причем довела его до такого состояния, что полтрактира с ума посходило. Вчера в зале такое творилось… Мы сразу и не поняли, из-за чего все это… только здесь…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
